В этот славный день Отчизны, замолвим друзья, прекрасен наш союз, слово о самоходках, которые делал Уралмаш, и их экипажах. Наглядно иллюстрирует боевую мощь и отвагу уральских добровольцев, уральских богатырей краткое письмо с фронта.
"От шести до десяти лет проработал каждый из них на Уралмашзаводе. Фёдор Гержов и Ваганов стали хорошими токарями, а Михаил Митрохин — мастером приёмки. Они дружили на заводе и все добровольно пошли воевать за Отчизну. Ещё в вагоне, на пути в свою часть, друзья о чём-то долго советовались. И, как только приехали на место, они подали заявление на имя командира: «Знаем друг друга давно, вместе делали самоходки на заводе и просим дать нам возможность воевать в одном экипаже».
Просьбу друзей удовлетворили. И они в учёбе и в сражениях оправдали доверие командиров. В недавнем бою, когда часть стремительно наступала на врага, отличился экипаж самоходки. В этом бою был ранен Ваганов…
…На днях вручали ордена и медали самоходчикам. Вот подошёл к командиру могучий, как дуб, Гержов, за ним — высокий, сильный, с раскрасневшимися щеками Михаил Митрохин. Они напоминали древнерусских богатырей. Славным воспитанникам Уралмаша вручили медали «За отвагу».
Наводчика Филимонихина заводские и фронтовые друзья-добровольцы поздравляли с орденом Красной Звезды.
Уралмашевцы, конечно, помнят токаря Владимира Прокофьевича Филимонихина. На третьем участке в цехе т. Вылегжанина стоит его станок «Вагнер» № 317. Он славно работал на нём, создавая самоходки для фронта, он пре-красно воюет на одной из уралмашевских машин.
В одном бою самоходное орудие оказалось как бы в клещах немецких противотанковых пушек. Несколько из них сконцентрировали огонь по самоходке. Прямое попадание снаряда в крыло сделало вмятину в броне.
— Вправо огонь! — скомандовал командир, и Владимир Прокофьевич первым выстрелом уничтожил противотанковую пушку. В ту же секунду он заметил отходящий танк противника и стал посылать ему в спину «гостинцы». Замер танк на месте, открылись люки, и немецкие солдаты в шлемах побежали, спасая жизнь.
Стало темнеть. Бой как будто затихал. Механик Рогожкин сделал круг — в приборах для наблюдения ничего не видно, но это было обманчиво. Как только самоходка вышла из укрытия, заговорили три противотанковые немецкие пушки. Сейчас судьба экипажа, машины была в руках Владимира. Летели вражеские снаряды то справа, то слева, то над головой. Филимонихин отвечал метким огнём, и две пушки замолчали. Но третья всё-таки успела пристреляться к машине. Снаряд ударил в противооткатный механизм, воспламенилась жидкость, огонь обжёг лицо Владимиру. Мелкие осколки впились в руки механику-водителю. Превозмогая боль, Рогожкин стал выводить машину из-под обстрела, но отойти не успел. Третья болванка ударила в борт, однако и она не сумела прогрызть стальную плиту. Броня от прямого попадания снаряда в одном месте разошлась как бы веером на три части, но всё же не пропустила снаряда.
В глубине леса стоит испытанная в сражениях, любимая экипажем боевая машина. Владимир Прокофьевич обошёл её, показал все вмятины в броне и ласково сказал:
— Мне хочется обнять товарищей, которые делали эту самоходку, они воевали и били немца вместе со мной".
По материалам: ЗТМ, 04.11.1943
Уважаемые читатели! Поздравляем Вас с Днём защитника Отечества!
#ВеликаяОтечественнаявойна
#Самоходки
#УральскийДобровольческийТанковыйкорпус