Оказывается, от всего числа подписчиков меня читают 32% представителей сильного пола

***

Оказывается, от всего числа подписчиков меня читают 32% представителей сильного пола.

И раз уж мы тут все свои, позвольте сегодня немного гендерного сепаратизма. 😉

Девушки, пост не для вас. Отдыхайте.

Просто накипело. Вернее, накопилось тёплое.

Я часто думаю о том, из чего соткана ткань нашей реальности. Мы ищем тонкие материи, работаем с энергиями, но база — она всегда в простом. В них.

Я вспоминаю, как в 12 лет мы поехали в лес с классом, и я по неосторожности напоролась ногой на сухую острую ветку. Порез был неприятный, кровь, слёзы - классика жанра. Рядом оказался старшеклассник, которого все звали Димыч. Он молча стащил с себя ветровку, разорвал её на полосы и перевязал мне ногу так, что кровь остановилась сразу. А потом сказал: "Не вой, всё заживёт. Держи кармашек — там яблоко, отвлекись". Яблоко было тёплым, и почему-то именно это успокоило больше, чем перевязка.

Или как в институте, на первом курсе, я дико боялась экзамена по сложному предмету. Думала, что не сдам,а про препода ходили страшные легенды одна красочнее другой, как первокурсников проверяют на прочность. Говорили, что он мог сразу сделать выводы - правильно человек пришел в профессию или чье - то место занимает.

Преподаватель — пожилой мужчина с седой бородой — остановил меня в коридоре за день до экзамена, когда я шла взять методичку и сказал: «Слушай, хватит читать и волноваться. Ты же умная девочка. Иди домой, выпей чаю и ложись спать. А завтра просто расскажи всё, как знаешь. Я никуда не денусь, послушаю".

И я сдала. На пять. Потому что он в меня поверил раньше, чем я сама.

Или как в 21 я в машине стискивала кулаки и сжимала зубы - тогда меня подставили на работе, потому что был "свой человек" на это место. А мой друг Серёга, который вёз меня домой, просто слушал меня целых полчаса, (а это для мужчины геройство, честное слово! ) и на прощание сказал: "Запомни: этот дурак — не все мужчины мира. Не злись на жизнью обиженного, он свое ещё получит, просто не сразу. А работу ты ещё лучше найдешь, честное слово. Иди домой, я позвоню тебе завтра в обед, проверю, поела ли ты"

И ведь позвонил.

А потом привез всяких вкусностей. Прямо как в детстве.

Или как однажды наш сосед дядя Лёша, которому 67, принёс мне тяжеленный пакет с ягодами до самой двери, потому что "женщина не должна таскать такую тяжесть, у вас спина не для этого, вы цветы растить должны".

Понимаете, о чём я? Это же не просто "мужчины-герои". Это тот самый стержень, на котором держится быт, нервы и наше спокойствие.

Я смотрю на них и вижу опору.

Они могут быть брутальными бородачами а - ля Чак Норрис или худыми очкариками-нумерологами. Могут говорить басом или фальцетом. Могут носить бороду или быть гладко выбритыми.

Но в каждом из них живёт этот древний механизм: "Если рядом женщина растеряна, её надо накормить, обогреть и сказать, что всё будет хорошо".

Они не лезут в наши женские внутренние (или внешние) истерики с непрошеными советами. Они просто молча наливают чай, двигают шоколад и закрывают форточку, чтобы не дуло. А утром мы просыпаемся и понимаем: истерика прошла, а мужчина всё ещё рядом. И это ли не магия?

Они — наши якоря.

Когда нас штормит от Плутона к Венере, когда мы ищем себя и теряем, когда у нас ПМС или творческий кризис — они остаются той самой константой.

Им плевать, во сколько градусов мы накрутили бигуди и подходит ли цвет помады к сегодняшнему дню недели. Они говорят: "Ты и так красивая".

Я уважаю мужчин за их прямоту.

У них всё проще: любит — значит, заботится. Ценит — значит, защищает. Дорожит — значит, терпит наши разговоры о том, "какой очередной эзотерический сон приснился".

Они не видят оттенков там, где их нет. И, чёрт возьми, иногда нам стоит у них этому поучиться.

Они — наша земля.

Потому что сколько бы мы ни летали в астрале и ни синхронизировались с луной, нам нужен кто-то, кто купит еды, починит кран и просто скажет: "Иди сюда, я тебя обниму, и ничего не бойся".

Мужчины, спасибо вам.

За то, что вы есть.

За то, что вы берёте на себя этот мир, который иногда рушится, и делаете его для нас тихой гаванью.