Алексей Николаевич Сапьянов, житель хутора Лагутники, — человек, который уже знал, что такое армия. После срочной службы он ещё четыре года оставался на контракте, а потом уволился и вернулся к мирной жизни. Но в июне 2023 года судьба сделала крутой поворот: на СВО погиб его двоюродный брат Александр Лосинец. И Алексей снова надел форму. На этот раз — мотострелковых войск.
В октябре 2023 года украинские формирования предприняли контрнаступление на Херсонском направлении, пытаясь овладеть левым берегом Днепра. В этой операции неприятель задействовал свои лучшие подразделения. Результатом был захват села Крынки.
— Крынки удерживали, в основном, иностранные наёмники, — заявляет Алексей Николаевич.
Он признаётся, что свой первый бой он не забудет никогда.
— Мы, 45 человек пошли на штурм Крынок. Прилёт двух БПЛА «Баба Яга» заставил нас в спешке искать укрытия, которыми служили деревья и неровности рельефа местности. Я упал в какую-то не очень глубокую ямку. Но это было только начало. Из-под кручи правого берега на той стороне Днепра выполз танк, с твёрдым намерением нас уничтожить — и тут стало по-настоящему страшно. В голове пронеслась непрошенная мысль: «Мама, зачем я сюда приехал!», — признаётся Алексей Николаевич.
Мне приходилось разговаривать не с одним участником СВО — и все они испытывали сходные чувства. Никто из них не считал себя мужественным, непобедимым воином. Они скромные герои, относящиеся к своему участию в боевых действиях как к работе, трудной и опасной, которую выполняли, достойно, не жалея себя. К примеру, ефрейтор Сапьянов получив контузию, эвакуируя тяжелораненого товарища, отказался ехать в госпиталь.
— После контузии, полученной от взрыва снаряда, выпущенного по нам из танка, я потерял чувство ориентации и, вообще, перестал что-либо соображать — пошёл в сторону позиций ВСУ — друзья догнали, остановили, привели в чувство, — рассказывает Алексей Николаевич.
Удачный прорыв в районе Днепра мог бы обеспечить армии ВСУ продвижение в сторону Крыма. Наши войска не могли этого допустить, поэтому бои шли ожесточённые и серьёзные.
— Неприятель организовал круглосуточное наблюдение с дронов за нашими позициями: почти постоянно по нам работала арта. Продвижение на территорию неприятеля на 500 метров считалось хорошим результатом. Были и раненые, и погибшие — это суровая действительность, которой не избежать, — говорит Алексей Николаевич.
Он считает, что в бою часто помогает выжить чудо и взаимовыручка.
— Мы сдерживали наступление часа два, примерно, с 10 утра до 12 дня. Отбились: наступила тишина и вдруг с правого фланга — дрон, который нам никак не удавалось сбить. Потом по нему отработала РСЗО, но расслабляться было рано. Опять прилетела «птица». На этот раз «Камикадзе». Нас было пятеро — и мы укрылись в заранее вырытой норе, покрытой сверху спальным мешком, в которую и врезался дрон. Основной удар пришёлся на меня — осколками посекло голову, спину, ноги. Остальные пострадали несколько меньше и начали отползать к запасной норе. Дело осложнялось ещё и тем, что дрон сбросил зажигательную смесь — начался пожар, сдетонировали патроны. И самое лучшее, что можно было сделать — это унести ноги с этого места. Я же по своему состоянию сделать этого не мог, ноги я перестал чувствовать совсем, — рассказывает Алексей Николаевич.
Три часа к раненому 27-летнему ефрейтору Сапьянову пробиться было невозможно: враг этому активно мешал.
— Спустя три часа двое — Борис (позывной Тайга) и Андрей, (позывной Питбуль), захватив носилки, накрывшись бронежилетами, рискнули — пошли искать меня. Нашли, уложили на носилки, укрыли бронежилетом, потащили вначале к старшему — Артемию, (позывной Костян). Он, оценив моё состояние, решил, что на позициях мне больше делать нечего и приказал доставить меня на эвакоточку, располагающуюся в двух километрах, — рассказывает Алексей Николаевич.
После эвакуации для Сапьянова, началось длительное лечение в госпиталях Севастополя и Санкт-Петербурга. Он перенёс только на голове три операции.
В июне 2025 года Алексей Николаевич Сапьянов, награждённый медалью «Участник СВО» и медалью «За отвагу» вернулся в родные края и начал адаптироваться к мирной жизни.
— На СВО привычки мирной жизни исчезают быстро. Я не любил — и никогда не ел тушёнку, тем более холодную, с застывшим жиром. У нас обеспечение было хорошее, но однажды мы попали в переделку и продукты нам не могли подвезти три дня. Уходя на задание, я захватил банку тушёнки — это был неприкосновенный запас на случай, если будет ещё хуже. Спустя три дня она мне показалась такой вкусной…. А вот привычки, приобретённые на СВО, уходят труднее. Настолько привык питаться всухомятку, что только сейчас понемногу начинаю, есть супы и борщи, — рассказывает Алексей Николаевич.
И хотя наш земляк полностью ещё не восстановил здоровье, но планы на будущее уже есть. И связаны они с армией. Алексей Николаевич думает влиться в ряды мобильной группы «Барс», которая которая охраняет нефтяные заводы.
Н. Ясинская