Каз сдался своему наваждению. Он решил больше не бороться с желанием и будь что будет. Но Мия ещё не знает, что охотник сменил тактику и готов нападать.
17. Натурщик
С её стороны
Конечно, я всё прекрасно помнила, что произошло на вечеринке и после неё. Моё тело бросало в жар при мысли о той ночи и фантазиях о том, что могло произойти. Но недавний звонок от мамы вернул меня в реальность. Она рассказывала о своих планах на свадьбу следующим летом и предстоящей свадебной поездке на острова. После разговора с ней я чувствовала себя паршиво и не могла собраться. Я ощущала себя зверем, мечущимся в клетке из стороны в сторону. Мне нужно было всё обдумать.
Однажды я обнаружила Каза в своей комнате. Он стоял спиной к двери и разглядывал мой альбом для рисования.
Черт! Там же лежал его портрет. Забыв о том, что я старалась держаться от него и всех грехов подальше после моего распутного поведения с Казом на вечеринке, за долю секунды я оказалась возле него и выхватила альбом. Но было поздно. В другой руке он уже держал этот злополучный рисунок и ехидно улыбался уголками губ. Он медленно повернул ко мне голову и промурлыкал:
— Так вот что ты делаешь ночами, — он улыбнулся ещё шире. — А я неплохо получился.
— С чего ты взял, что это ты, — я попыталась вырвать у него листок, но он увернулся.
— Кто ещё это может быть, — продолжил Каз. Улыбка не сползала с его лица.
— Послушай, что ты делаешь в моей комнате? Я же не вторгаюсь в твоё пространство, — я хотела перевести разговор в другое русло.
— Уверена? Ты же была у меня в комнате, даже лежала у меня на кровати, — он медленно начал ко мне приближаться.
Расстояние между нами сокращалось слишком быстро, я должна что-то сделать. Он намекает на ту ночь, когда был пьяным и наш первый поцелуй в его комнате? Он перестал притворяться? Но теперь моя очередь.
— Каз, я не знаю, о чем ты говоришь, — мой голос дрогнул. — Послушай, ты не мог бы…
Я попыталась остановить его приближение, положив руку на его грудь, и ощутила его учащенное сердцебиение.
Но это его не остановило. Мне пришлось отступить назад, но я наткнулась на сиденье кресла. Каз преградил мне путь к отступлению, схватив руками спинку кресла с обоих сторон. Расстояние между нами стремительно сокращалось.
Он наклонился вперёд, а я машинально — назад. Почему он этого больше не скрывает? Дело в рисунке? Он понял, что нравится мне?
Я попыталась прожечь его сердитым взглядом, но его глаза, наполненные озорной искрой и желанием, не дали мне этого сделать. Как ни старайся, тяжело ему сопротивляться. Ведь в глубине души я желала его. Но…
— Брат! Прекрати! — я сделала упор на первом слове и силой толкнула его.
От услышанного его руки и плечи напряглись, а лицо исказилось. Но Каз не сдвинулся с места и продолжил наступление.
— Я ещё не твой брат, — ответил он, приближаясь ещё ближе и став ко мне вплотную. Я ощутила всю твердость его мускулистого тела. — Может, повторим наш поцелуй?
— О чем ты говоришь? — мой взгляд сразу же упал на его губы. — Ты что-то путаешь.
— Я ничего не забывал, милая Мия, — одной рукой он обнял меня за талию, другой — приподнял мой подбородок.
— Не надо, Каз, — я завертелась в его руках как юла. Если он снова поцелует меня, я не сдержусь и растворюсь в нем. Я не могу, не должна. Наши родители…
Он прижался ко мне лбом, ещё немного, и наши губы соприкоснутся.
— Разве ты этого не хочешь, Мия? — прошептал он.
Боже, как же он притягателен. Так и хочется впиться в него губами и никогда не отпускать.
— Каз, пожалуйста, прекрати. Ради наших родителей.
Он резко отстранился. Напряжённый, как струна, он стоял, отпустив руки по бокам.
— Ладно, я не буду тебя заставлять, — в его взгляде читалась тоска. — Мия, но ты должна понимать: у них — своя жизнь, у нас — своя.
— Я… отношусь к тебе, как к брату, — соврала я.
Он сжал челюсти, и его взгляд упал на пол. Однако через мгновение он снова взглянул на меня и, слегка запрокинув голову на бок, улыбнулся одним уголком губ.
— Ты пытаешься переубедить меня или себя? — спросил он, снова приближаясь ко мне.
Мне нечего было ответить.
Он погладил мои волосы и убрал одну торчащую прядь за ухо.
— Я буду ждать, Мия, — прошептал он. — Но не думай, что я просто так это всё оставлю.
Каз повернулся и направился к двери.
— Кстати, — он потряс рисунком, который всё ещё держал в руке. — Могу быть натурщиком в любое время дня и ночи, обращайся.
Он игриво подмигнул и прикрыл за собой дверь.
Этот рисунок стал тем переломным моментом, после которого Каз перестал скрывать свои чувства.
_______________________________
Он перестал притворяться. Но между ними всё ещё стена — родители, статус «брата и сестры», страх перед последствиями. Кто, по-вашему, сорвётся первым? И что страшнее — его открытое преследование или её тайное желание быть пойманной?
Продолжение — следующая глава с его стороны. Ночь. Её комната. Он больше не сможет просто смотреть.
А если захочется заглянуть «за кулисы»: обсудить персонажей, узнать о процессе создания или просто пообщаться с автором — добро пожаловать в группу ВКонтакте.
#двестороны #альбахакимо #роман #российскийавтор #книжнаялихорадка #книжныйблог #книголюб #чточитать #книжныеновинки #рекомендациикниг #романтика #дзенчитает #текстдзен #книгадня