Последний в своём роде: три истории о тех, кого мы можем не увидеть
Знаете, каково это - быть единственным? Не просто единственным ребенком в семье или единственным мужчиной в женском коллективе. Я про другое. Быть последним представителем целого вида на планете. Представьте: ты ходишь по земле, и кроме тебя - никого похожего больше нет. Вообще. Нигде.
Такие существа действительно существовали. И существуют сейчас, хотя их осталось так мало, что можно пересчитать по пальцам. Их называют исчезающими видами, и за каждым таким видом стоит своя история - грустная, иногда нелепая, но всегда поучительная.
Самец, который оказался слишком застенчивым
В начале 20 века на острове Ванкувер жил последний представитель кагамийской лесной куропатки. Звали его... да никак не звали, это была просто птица. Последняя птица своего подвида. Ученые знали о нем, следили, надеялись, что где-то бродит самочка. Но самочки не было.
И вот этот пернатый холостяк делал то, что делают все куропатки весной - пытался привлечь партнершу. Он токовал, распускал перья, издавал призывные звуки. Но ответом ему была тишина. Годы тишины. Он умер в 1932 году, так и не дождавшись невесты. Вместе с ним исчез и весь подвид. Просто потому, что не нашлось той единственной, кто ответил бы на его зов.
Ученые потом долго спорили: может, самочки всё же были, но слишком далеко? А может, этот конкретный самец просто плохо старался? Но правда проще и страшнее: людей стало слишком много, леса вырубали, и куропатки просто не успели приспособиться.
Черепаха, которая не хотела быть последней
А вот история со счастливым концом, хотя и с огромным трудом. Одинокий Джордж - так назвали последнего абингдонского слонового черепаха с острова Пинта. Его нашли в 1971 году, и он был один. Совсем один. Все его сородичи были съедены моряками и китобоями еще в 19 веке.
Джорджа перевезли на научную станцию, поселили в роскошный вольер и даже подселили к нему двух самочек другого, близкого подвида. Ученые очень надеялись, что природа возьмет свое и появятся гибридные малыши. Но Джордж, видимо, был принципиальным. Он игнорировал соседок годами. Просто жил своей черепашьей жизнью, ел кактусы и задумчиво смотрел вдаль.
В 2012 году Одинокий Джордж умер. Ему было около ста лет, и он унес с собой гены целого подвида. Но его история всколыхнула мир. Начались программы по разведению черепах, поиски родственников. И знаете - нашли! На соседнем острове обнаружили черепах с частью генов абингдонского подвида. Надежда еще есть. Не для Джорджа, но для его генетического наследия.
Носорог, которого охраняли с автоматами
Последний северный белый носорог по кличке Судан умер в 2018 году. Он жил в Кении под круглосуточной охраной. К нему даже приставили вооруженную охрану, потому что браконьеры не дремлют - рог носорога стоит бешеных денег.
Судан стал знаменитостью. У него был свой аккаунт в Tinder, между прочим. Шутка такая: его создатели надеялись собрать деньги на ЭКО. Потому что естественным путем продолжить род Судан уже не мог - возраст. А самки северного белого носорога еще оставались, но тоже в преклонном возрасте.
Когда Судана не стало, в мире осталось всего две самки его подвида. Две пожилые носорожихи, мать и дочь. Они живут под охраной, и ученые борются за то, чтобы извлечь из них яйцеклетки и оплодотворить замороженной спермой самцов. Шанс крошечный, но он есть.
Что это всё значит
Эти истории не про то, как всё плохо. Хотя, если честно, часто именно так и есть. Они про то, как хрупка эта жизнь. И про то, что мы, люди, уже научились терять виды, но только начинаем учиться их спасать.
Каждый раз, когда исчезает последний, мир становится чуть проще и чуть беднее. И дело даже не в практической пользе - просто это невосполнимая потеря. Как сжечь книгу, которую никто никогда не прочитает. Как стереть песню, которую никто не запишет.
Может быть, именно поэтому так важно сейчас обращать внимание на тех, кому нужна помощь. Пока они ещё есть. Пока ещё не стало слишком тихо.
