Найти в Дзене

«Мужчина должен» - на этом в России сходятся и мужчины и женщины вне зависмости от возраста и жизненного опыта – во всяком случае об этом

говорят данные опроса ВЦИОМ «Любовь с расчетом» Главный нормативный факт, который фиксирует опрос: модель «мужчина-кормилец, женщина-домохозяйка» остаётся доминирующей Социальный консенсус: 51 % считают её приемлемой всегда 37 % готовы принять её в отдельных случаях 5 % неприемлемой Мужчины поддерживают норму жёстче женщин: 59 % против 45 % за безусловную приемлемость Женщины чаще оговариваются: 43 % готовы принять это только в отдельных случаях (против 29 % у мужчин) То есть мужчины видят в этом естественный порядок вещей, женщины - скорее допущение, которое не должно становиться правилом Можно было бы предположить, что молодёжь откажется от традиционной модели, но данные говорят об обратном С 2001 г/р и позднее, поддерживает норму даже чаще старших: 56 % против 46 % у 1948–1967 г/р Традиционная модель не размывается, она воспроизводится Молодые люди обоего пола не спешат отказываться от представления, что мужчина — главный добытчик А вот когда (теоретически) основно

«Мужчина должен» - на этом в России сходятся и мужчины и женщины вне зависмости от возраста и жизненного опыта – во всяком случае об этом говорят данные опроса ВЦИОМ «Любовь с расчетом»

Главный нормативный факт, который фиксирует опрос: модель «мужчина-кормилец, женщина-домохозяйка» остаётся доминирующей

Социальный консенсус:

51 % считают её приемлемой всегда

37 % готовы принять её в отдельных случаях

5 % неприемлемой

Мужчины поддерживают норму жёстче женщин:

59 % против 45 % за безусловную приемлемость

Женщины чаще оговариваются:

43 % готовы принять это только в отдельных случаях (против 29 % у мужчин)

То есть мужчины видят в этом естественный порядок вещей, женщины - скорее допущение, которое не должно становиться правилом

Можно было бы предположить, что молодёжь откажется от традиционной модели, но данные говорят об обратном

С 2001 г/р и позднее, поддерживает норму даже чаще старших:

56 % против 46 % у 1948–1967 г/р

Традиционная модель не размывается, она воспроизводится

Молодые люди обоего пола не спешат отказываться от представления, что мужчина — главный добытчик

А вот когда (теоретически) основной доход приносит женщина, восприятие меняется радикально

Только 12 % считают это приемлемым всегда

60 % допускают как временное или исключительное явление

25 % — неприемлемым в принципе

Мужчины чаще готовы принять женское лидерство всегда (14 % против 10 % женщин), но женщины чаще соглашаются на «отдельные случаи» (64 % против 54 %)

В целом обе группы сходятся в том, что это нетипично

Поколенческая динамика тоже показательна

Самая высокая толерантность к женщине-кормильцу — у 1992–2000 г/р — 17 % всегда

Самая низкая — у 1948–1967 г/р и поколения до 1947 г/р — по 9 %

Но даже у молодёжи безусловное принятие не превышает 17 %

Основная масса говорит: «в отдельных случаях»

То есть это не норма, а вынужденная мера

И это важный сигнал: общество готово признать женское «финансовое лидерство» только как исключение, подтверждающее правило

61 % опрошенных признаются, что были в ситуации, когда содержали своего партнера (были основным кормильцем)

Но за этой средней цифрой разрыв:

76 % мужчин против 48 % женщин

Мужской опыт "кормильца семьи" практически универсален, женский — встречается у каждой второй

Симметричная картина — с опытом финансовой зависимости от партнера

47 % опрошенных были в роли, где основной доход приносил партнёр

И здесь разрыв зеркальный:

62 % женщин против 28 % мужчин

Каждая третья женщина никогда не была в роли зависимой, но большинство — были

Мужчины в этой роли оказываются крайне редко, и 69 % никогда не имели такого опыта

При этом личный опыт влияет на нормативные установки незначительно

Мужчины, имевшие опыт финансовой зависимости, чаще не видят в женском финансовом лидерстве ничего страшного: 20 % против 14 % в среднем

Опыт смягчает норму, но всё равно большинство 54 %

допускают такую ситуацию лишь в отдельных случаях

Женщины, имевшие опыт содержания семьи, не становятся более радикальными сторонницами женского лидерства

68 % допускают его в отдельных случаях

11 % — всегда