Почему Болгар так быстро восстановился после захвата чингизидами, что такое булгарская концепция и от кого все же произошел татарский этнос, рассказал директор Института истории им. Ш. Марджани Радик Салихов. Подробнее – в материалах «Миллиард.Татар».
«Булгарская знать была инкорпорирована в состав Золотой Орды, и эта исламская традиция была подхвачена уже правящими кругами»
– Вы упомянули про булгар, кипчаков и татар и что все они восходят к хунну. Но у нас достаточно долго в советское время была популярна концепция булгарского происхождения татар. И, как следствие, у многих возникла путаница – булгары мы или татары. Как мы все-таки соотносимся с булгарской и ордынской татарской концепциями?
– Конечно, мы – татары. Не надо забывать, что булгары – это политоним. Булгары не были единым этническим массивом, его невозможно назвать булгарским этносом, это все-таки народность. Это народ, еще не сложившийся в полной мере, но уже сделавший очень серьезные шаги в этом направлении благодаря эмиру Алмушу, который принял ислам в качестве государственной религии. До нашествия чингизидов уже прошел бурный процесс формирования булгарского этноса, хотя племенные и культурные различия в их среде еще оставались. Их объединяла только крепкая мусульманская вера, то есть Волжская Булгария была мусульманским государством.
– Но там были и племена – буртасы, сувары и т. д.
– Буртасы, сувары, баранджары, барсилы, их там чуть ли не семь племен было, многих мы и не знаем. Были еще протовенгерские и финские племена, которые тоже жили в этом государстве. Надо еще принять во внимание, что булгары были частью большого гуннского конгломерата, связанного с великим переселением народов и Хазарским каганатом, потому что булгары были родственниками хазар.
– Если не ошибаюсь, даже византийские источники, упоминая булгар, называют их гуннами?
– Да, конечно. Это был такой единый массив – и Хазария, и Волжская Булгария. Здесь надо учитывать еще момент геополитического взаимодействия с древнерусским государством. Потому что на этой арене в тот период было два главных игрока – древнерусское государство и Хазарский каганат. Затем, после падения каганата на арену международной политики и взаимодействия с Древней Русью, вышла Волжская Булгария. Это надо принимать во внимание.
Когда случился Западный поход Бату и началось формирование новой государственности, не только захватчики влияли на жизнь покоренного населения. В первую очередь оно само сильно влияло на самих пришельцев, ассимилировало их, в том числе и с точки зрения духовной культуры. Принятие ханом Узбеком в XIV веке ислама как государственной религии во многом очень сильно зависело от того, что Золотая Орда до хана Узбека в основе своей формировалась на территории бывшей Волжской Булгарии, где основная масса населения и знать исповедовали ислам. А знать была инкорпорирована в состав Золотой Орды, и эта исламская традиция была подхвачена уже правящими кругами.
«После взятия в 1236 году Болгар очень быстро восстановился»
– Сами археологи, кажется, говорят, что первым строением, которое возвели монголы на территории Болгара, была масштабная соборная мечеть?
– Да, совершенно верно, это тоже процесс взаимообмена. Вообще мы видим, что возрождение того же Булгара после его взятия в 1236 году произошло очень быстро. В период увлечения наших исследователей булгаризмом было очень модно описывать какие-то катастрофические последствия походов чингизидов: пожарища, массовые убийства, геноцид населения. Но судя по той логике процесса, который происходил, в реальности все было далеко не так. Все-таки чингизиды вели довольно сбалансированную политику, которая оставляла для местной знати и элиты шансы встроиться в новую систему государственных отношений. Поэтому Болгар быстро превратился в цветущую территорию Улуса Джучи не только как центр городской культуры, но и как сельскохозяйственная житница, как крупный коммерческий центр на пересечении торговых путей. То есть та функция, которую он выполнял до чингизидов, не просто сохранилась, но и приобрела еще больший размах в этот период. И дальше весь бассейн реки Волга вплоть до Камы превратился в центральные владения Улуса Джучи.
– То есть можно сказать, что на территории Золотой Орды происходит формирование так называемых средневековых татар, которые составят основу в дальнейшем для поволжских татар?
– Вы правы. И основу этих золотоордынских татар составили в том числе и булгары, другие племена и роды, которые проживали на этой территории. В истории много случаев, когда разные народности, находясь в горниле большой культуры и сильной государственной власти, превращаются в особое этническое сообщество, объединенное общей территорией, экономикой, языком, обычаями, культурой, исторической памятью, героями.
– Это как древнерусское государство, где поначалу были кривичи, вятичи, поляне?
– Совершенно верно. Аналогичный процесс происходил и в Улусе Джучи. И именно в этот период, я думаю, вообще уже с XIV века мы не можем уже говорить о существовании булгар, мы можем говорить только о средневековых золотоордынских татарах или ордынских татарах, в том числе и в Болгаре.
– Если не ошибаюсь, в Булгаре есть даже камни с нисбой «ат-Татари» (Татарский)?
– Да, это уже средневековые татары, которые хранили память о былом величии Болгара. И частое использование тахаллуса «аль-Булгари» только подчеркивало связь с тем местом, где был принят ислам еще в X веке, где существовала очень богатая городская культура, традиции. Не случайно Болгар стал первой столицей Улуса Джучи. Об этом тоже сохранялась память, величие этой памяти.
Также нельзя оставить без внимания монументальность и качество архитектурных построек в городе Болгар. Эти здания по своей грандиозности и монументализму превосходят даже постройки более поздних золотоордынских городов, потому что от тех городов практически ничего не осталось, а наши памятники прошли через века, это говорит о качестве строительства, о количестве вложенных средств и о том, что Болгар и в последующие столетия оставался одним из крупнейших мегаполисов золотоордынской державы.
Поэтому мы с большим уважением помним о наследии волжских булгар, помним, что они тоже наши далекие предки, но все же мы должны признать, что с эпохи Золотой Орды, уже на протяжении многих столетий мы живем с самоназванием «татары».
«Для средневековых татар не существовало каких-то территориальных границ»
– Переходя к Золотой Орде – там случилась Великая Замятня, империя разрушилась, распалась на несколько государств. Какое государство было основным для поволжских татар? Можно ли так говорить, или они все имеют к нам отношение?
– Вообще для средневековых татар не существовало каких-то территориальных границ, несмотря на возникновение самых разных юртов, с самыми разными правителями. Это был все-таки единый татарский мир от Сибири до Крыма, где перемещались большие группы людей. Крымская знать становилась знатью Казани, сибирская знать могла перейти в Астрахань, то есть это все равно были процессы, которые продолжали происходить так же, как это было в период Золотой Орды. Конечно, новые ханства имели свои масштабы и свою силу, а в какое-то время Крымское ханство стало ассоциироваться как преемник Золотой Орды, но в общем-то для средневековых татар не было разницы, где находиться. Сибирский и крымский царевичи могли вполне уютно себя чувствовать на троне Казанского ханства, как и казанцы в Крыму. С учетом того, что все чингизиды, правившие на этих территориях, в основном являлись родственниками, то никаких разговоров о каких-то коренных отличиях просто быть не может.
– Если перейти к более позднему периоду XVIII-XIX веков, то говорят, что есть общность мусульманского Волго-Уралья. Можно ли сказать, что это продолжение того же постордынского пространства?
– Вся эта территория, которая объединяет современных татар и мусульман России, повторяет контуры золотоордынского государства – от Татарского пролива до Калининграда, татарский народ существовал на этой территории. Я бы сказал, что в XIX – начале ХХ века, даже с конца XVIII века мы должны учитывать фактор торговой экспансии татар. Она тогда приобрела еще более грандиозные масштабы, и происходило проникновение татар в самые различные уголки Российской империи. Достаточно вспомнить, например, что при строительстве железных дорог практически все станционные буфеты, трактиры и постоялые дворы так или иначе принадлежали татарам. Это было повсеместно – и в Сибири, и в европейской части страны, и во время строительства КВЖД на территории Северного Китая было большое количество татарских поселений. Татары как народ с предпринимательской жилкой отправлялся на любую территорию, где можно было получить большую прибыль.
– Некоторые даже свои монографии называют «Татарская империя», да?
– Да. Мы же видим торговые колонии татарские, начиная с Сеитовского посада под Оренбургом (Татарская Каргала) и заканчивая целой цепочкой городов в Казахстане. Эти крупные городские образования – слободы, это все точки, куда приходили татары, это был их плацдарм для ведения больших, международных и, как правило, оптовых коммерческих операций. У татар всегда была самая главная функция – соединение внутренних рынков страны с международными рынками Востока. То, чем сейчас Татарстан уже успешно занимается. Это историческая многовековая традиция, которая сегодня присуща и республике.