🇻🇪 В феврале 2026 года в Венесуэле формируется окно возможностей для ускоренного восстановления нефтедобычи на фоне смягчения ограничительных мер США и заявленного курса Вашингтона на перезапуск отрасли. США рассматривает венесуэльский нефтяной сектор как крупный проект восстановления и ожидает притока инвестиций. Одновременно практика реализации «быстрых» проектов показывает наличие устойчивых барьеров: изношенность инфраструктуры, дефицит оборудования и высокая правовая неопределенность.
ℹ️ Показательным примером является история буровой установки Alula, доставленной из Китая в район озера Маракайбо. При транспортировке установка повредила трубопровод, что привело к затяжной утечке нефти и многомесячному ремонту. После монтажа в конце 2025 года ожидаемый эффект по росту добычи оказался ограниченным, что демонстрирует повышенную аварийность и сложность даже базовых работ.
🛢 На этом фоне иностранные компании, присутствующие в Венесуэле, стремятся занять направления раннего прироста добычи, прежде всего там, где возможны результаты без длительной переработки. Отмечается активность таких компаний как Chevron, Repsol, ENI, Maurel & Prom и CNPC; первоочередные планы включают восстановление простаивающих скважин, ремонт производственных объектов и устранение «узких мест» логистики PDVSA. Полевые наблюдения в районе Маракайбо – загрязнение, переполненные ёмкости, заброшенные месторождения и очереди за топливом – подтверждают, что даже «простые» задачи требуют значительных ресурсов.
🇨🇳 Проект China Concord Resources Corp. (с поставкой Alula) отражает типовую модель «быстрого старта» и сопутствующие ограничения. Эта программа, стоимостью около 1 млрд долл., направлена на достижение заметного роста добычи к концу 2026 года за счёт восстановления сотен неактивных скважин, однако источники указывают на дефицит газа для поддержания давления, утрату части техданных и логистические проблемы с доставкой персонала. Дополнительно сохраняется неопределенность из-за политических сигналов США о нежелательности участия компаний из стран-конкурентов, ранее активно работавших в Венесуэле в период санкций.
🛢 Для западных компаний, прежде всего Chevron, ключевым фактором становится доступ к лёгкой нефти и разбавителям (нафте), без которых сверхтяжёлые баррели Венесуэлы трудно транспортировать. Поэтому конкуренция идёт не только за проекты, но и за оборудование, мощности смешивания и инфраструктуру экспорта. В этом контуре отмечается находящиеся в стране буровые установки SLB, которые потенциально могут ускорить работы при наличии правовых условий и приемлемой безопасности.
🔴 Инфраструктурные ограничения остаются системными: требуются модернизация экспортных терминалов (включая Bajo Grande), углубление канала в озере Маракайбо и восстановление переработки сверхтяжёлой нефти, в том числе на объекте Petropiar, который длительное время не ремонтировался полноценно. Одновременно сохраняется структурная проблема: при доминировании запасов Оринокского пояса доступ к переработке/смешиванию имеют лишь немногие проекты, что делает масштабирование экспорта зависимым от узкого круга мощностей и логистики.
📄 Параллельно сохраняется правовой риск. Венесуэльская реформа нефтяной отрасли, одобренная в январе, расширяет автономию иностранных операторов, но инвесторы указывают на неустойчивость контрактных моделей. США в феврале выдали общие лицензии, расширяющие допустимые операции, однако сохраняются ограничения и политическая неопределенность относительно устойчивости американской линии в будущем.
🗒 В заключение следует отметить, что текущая конфигурация действительно создаёт предпосылки для увеличения добычи за счёт восстановительных мероприятий и точечных проектов. Однако деградация инфраструктуры, технологические «узкие места», высокая аварийность и правовая неопределенность ограничивают темпы и предсказуемость результата. Переход к устойчивому росту, особенно в Оринокском поясе, потребует длительных капитальных инвестиций и стабильных гарантий.
👤 Евгений Орлов
↗️ Подпишись на 🌐🌐🌐
