Заводская труба докурила свой день,
Я бреду сквозь проходную, отбрасывая тень.
Пропахла одежда бензином и потом,
За спиной остаётся работа, работа...
Но стоит у входа он, молчалив и суров,
Изучает меня взглядом без слов.
Его взгляд — будто сканер, холодный, как сталь,
И ему моих мыслей, похоже, не жаль.
Я не могу понять, что ищет чекист
В моей потной спецовке, что он там унюхать смог?
Запах честного масла, мозолей и искр?
Или запах крамолы, что спрятан меж строк?
Мои руки в мозолях, душа — как наждак,
Каждый винтик и болт — это мой личный знак.
Я не прячу ни бомбы, ни тайных бумаг,
Только горечь и пыль в загрубевших руках.
Он подходит всё ближе, и воздух застыл,
Словно ищет ответ, что я в сердце сокрыл.
Но в нём только усталость от прожитых смен,
Да желание простых, людских перемен.
Я не могу понять, что ищет чекист
В моей потной спецовке, что он там унюхать смог?
Запах честного масла, мозолей и искр?
Или запах крамолы, что спрятан меж строк?
Пусть он нюхает дальше, пусть смотрит в упор,
Моя правда — вот здесь, это мой коридор.
От станка до дома, от ночи до дня,
И другого здесь запаха нет у меня.
А он ищет измену, подвох и обман,
Загоняя мой дух в свой стеклянный капкан.
Но спецовка пропахла лишь жизнью простой,
И ему не понять её запах густой.
Заводская труба докурила свой день,
Я бреду сквозь проходную, отбрасывая тень.
Пропахла одежда бензином и потом,
За спиной остаётся работа, работа...
Но стоит у входа он, молчалив и суров,
Изучает меня взглядом без слов.
Его взгляд — будто сканер, холодный, как сталь,
И ему моих мыслей, похоже, не жаль.
Я не могу понять, что ищет чекист
В моей потной спецовке, что он там унюхать смог?
Запах честного масла, мозолей и искр?
Или запах крамолы, что спрятан меж строк?
Мои руки в мозолях, душа — как наждак,
Каждый винтик и болт — это мой личный знак.
Я не прячу ни бомбы, ни тайных бумаг,
Только горечь и пыль в загрубевших руках.
Он подходит всё ближе, и воздух застыл,
Словно ищет ответ, что я в сердце сокрыл.
Но в нём только усталость от прожитых смен,
Да желание простых, людских перемен.
Я не могу понять, что ищет чекист
В моей потной спецовке, что он там унюхать смог?
Запах честного масла, мозолей и искр?
Или запах крамолы, что спрятан меж строк?
Пусть он нюхает дальше, пусть смотрит в упор,
Моя правда — вот здесь, это мой коридор.
От станка до дома, от ночи до дня,
И другого здесь запаха нет у меня.
А он ищет измену, подвох и обман,
Загоняя мой дух в свой стеклянный капкан.
Но спецовка пропахла лишь жизнью простой,
И ему не понять её запах густой.
