6 октября 1969 года Президиум Верховного Совета СССР издал указ, которым 24 участника антинацистской организации, действовавшей в гитлеровской Германии с конца 1930-х годов под контактами с советской внешней разведкой, были посмертно удостоены советских орденов. Эта сеть вошла в историю под названием «Красная капелла» (Rote Kapelle).
Накануне Великой Отечественной войны советская разведка сумела внедриться в ключевые структуры Третьего рейха: МИД, министерства экономики и авиации, даже в некоторые подразделения, близкие к гестапо. Среди наиболее ценных источников информации Кремля особое место занимали именно члены берлинской антифашистской группы, позже объединённой под общим названием «Красная капелла».
В самой Германии организация насчитывала свыше 200 человек. Среди ключевых фигур выделялись:
- Арвид Харнак («Корсиканец») — доктор права и философии, старший советник имперского Министерства экономики;
- Харро Шульце-Бойзен («Старшина») — старший лейтенант люфтваффе, сотрудник разведотдела Министерства авиации;
- Адам Кукхоф («Старик») — писатель, режиссёр, доктор философии.
В 1942 году гестапо разгромило сеть, большинство активных участников были казнены.
Откуда взялось название «Красная капелла»
В официальной переписке советской разведки до войны термин «Красная капелла» не встречается. Он появился со стороны нацистских спецслужб. Главное управление имперской безопасности (РСХА) объединило под одним кодовым названием разные антигитлеровские группы и разведсети, чтобы представить их как единую «международную шпионскую организацию», а не как проявление внутреннего антифашистского сопротивления внутри рейха.
Само название родилось из жаргона радиоконтрразведки. Немецкие специалисты по перехвату называли подпольных радистов «пианистами» или «музыкантами». Когда в эфире одновременно заработало сразу несколько передатчиков, работавших в направлении Москвы, возникла метафора целого «оркестра» или «капеллы». Поскольку передачи шли на Советский Союз — «капелла» стала «красной».
Об этом подробно рассказал на допросах в 1947 и 1951 годах оберфюрер СС Фриц Паннцингер, возглавивший зондеркоманду по делу «Красной капеллы» и позднее взятый в плен Красной армией.
Как создавалась сеть
После прихода Гитлера к власти советская разведка получила задачу искать оппозиционные силы внутри Германии. Эту работу в Берлине вёл резидент «легальной» резидентуры Борис Гордон (псевдоним «Густав»), работавший под прикрытием консульского отдела советского полпредства.
Через доверенное лицо Гордон вышел на Арвида Харнака — сотрудника Минэкономики, разделявшего антинацистские убеждения, но вынужденного их скрывать. Харнак согласился сотрудничать. Разведчик посоветовал ему максимально «вписаться» в систему: вступить в НСДАП, в элитные нацистские клубы («Союз нацистских юристов», «Херренклуб»), демонстрировать лояльность режиму и расширять связи в верхах.
Арвид Харнак имел блестящее образование: окончил Йенский университет, учился в Лондонской школе экономики, был стипендиатом Фонда Рокфеллера в США (Висконсин), где в 1926 году женился на американке немецкого происхождения Милдред Фиш — магистре искусствоведения с левыми взглядами. Милдред полностью поддерживала мужа, помогала собирать и обрабатывать информацию. В 1969 году она была посмертно награждена орденом Отечественной войны I степени.
К 1940 году сеть Харнака («Корсиканца») выросла до более чем 60 источников, из которых около 15 были идейно близкими единомышленниками. Группа строилась по принципу «цепочки» — многие участники не знали друг друга лично. Главная цель — подготовка кадров для возможного постгитлеровского будущего.
В декабре 1940 года к сотрудничеству был привлечён Харро Шульце-Бойзен («Старшина») — офицер люфтваффе из разведподразделения Минвоздухофлота. Он происходил из аристократической семьи, был внучатым племянником адмирала фон Тирпица, а его родители дружили с семьёй Геринга. При этом Харро оставался убеждённым противником нацизма. К тому моменту он уже возглавлял небольшую антифашистскую группу из ~20 человек.
Центр счёл нереалистичным немедленный переворот и ориентировал «Старшину» на сбор стратегической развединформации — это признавалось более достижимым и полезным вкладом в борьбу с нацизмом.
Предупреждения о «Барбароссе»
18 декабря 1940 года Гитлер подписал директиву № 21 — план «Барбаросса» — подготовку к нападению на СССР. Документ существовал всего в нескольких экземплярах, и ни британская, ни американская разведка не смогли его добыть. НКВД, ослабленный репрессиями, тоже не получил полного текста.
Однако берлинская резидентура благодаря «Красной капелле» регулярно сообщала о подготовке агрессии. С лета 1940 года в Центр ушло более 120 детальных донесений о переброске войск, концентрации авиации, создании оккупационных администраций и планах хозяйственного разграбления советских территорий.
Особенно важными стали сообщения июня 1941 года:
- 9 июня — информация от источников в авиации: война решена, подготовка завершается к середине июня, Гитлер сворачивает операции на Ближнем Востоке, формируется администрация Розенберга для оккупированных земель.
- 11 июня — штаб-квартира Геринга переносится, ускоряются переговоры с Финляндией и Румынией, финские лётчики участвуют в разведполётах над СССР.
- 16 июня — все приготовления закончены, удар возможен в любой момент, Венгрия присоединится, самолёты уже на венгерских аэродромах, Розенберг заявил о «стирании» понятия «Советский Союз» с карты.
Резидентура однозначно предупреждала: нападение вероятно в 20-х числах июня.
Разгром и наследие
С началом войны связь с группой была потеряна: посольство заблокировано, пункт приёма радиограмм под Брестом эвакуирован. Позже контакт частично восстановили через нелегальные сети ГРУ в Швейцарии и Бельгии.
В августе 1942 года гестапо арестовало большинство участников. По делу «Красной капеллы» казнили свыше 50 человек.
Несмотря на короткий период активной работы в военное время, группа передала крайне ценные сведения — в частности, о переброске главного удара вермахта в 1942 году на Кавказ вместо повторного наступления на Москву.
Вклад немецких антифашистов высоко оценён: Арвид Харнак, Харро Шульце-Бойзен, Адам Кукхоф и другие посмертно награждены орденом Красного Знамени, многие соратники — орденами Отечественной войны и Красной Звезды.
Их мужество и жертвенность остаются символом сопротивления нацизму изнутри самой Германии.