Виктор Цой погиб в автокатастрофе 15 августа 1990 года, управляя автомобилем "Москвич-2141".
В 1990 году, когда имя Виктора Цоя звучало как гимн целого поколения, а его песни формировали мировоззрение тысяч, произошла покупка, которой суждено было войти в историю. Об этой, казалось бы, рутинной процедуре, рассказал Иосиф Пригожин, который в свое время был не просто помощником продюсера Юрия Айзеншписа, но и непосредственным участником приобретения рокового автомобиля.
"Съездить с Виктором на АЗЛК и купить ему тот самый «Москвич»…"
Эта просьба продюсера Юрия Айзеншписа стала для Иосифа Пригожина одним из самых запоминающихся заданий. В тот момент Виктор Цой был на пике своей карьеры, а "Москвич-2141" серебристого цвета – настоящим символом статуса и достатка 90-х.
«Юрий Шмильевич мне тогда выдал пакет денег и отправил за покупкой, – вспоминает Пригожин. – В то время все расчеты были наличными, без банков. Я помню, в моем пакете было 33 000 рублей, а машина стоила 32 500. Айзеншпис сказал: «Я договорился, отдашь пакет – и все». Я, конечно, покорно отдал, не пересчитывая. Переплатил, получается, 500 рублей».
Дефицит и неожиданная помощь
Покупка автомобиля в те годы была непростым делом. «Машины были дефицит, конечно! И Айзеншпис этот дефицитный автомобиль достал», – подчеркивает Пригожин. Но история на этом не закончилась. После покупки обнаружилось, что в машине нет бензина.
«Мне пришлось останавливать первый попавшийся грузовик, – рассказывает Иосиф. – Водитель моментально узнал Цоя, был его большим поклонником. Он, как настоящий спаситель, через резиновый шланг перелил нам бензин из своего бака».
Первая машина, первая дорога, первый совет
В тот день Виктор Цой опаздывал на самолет в Японию, куда летел с группой "Кино" и Джоанной Стингрей. Машину решили перегнать в Беляево, где жил музыкант, и прикрыть брезентом.
«У него это была первая машина, и опыта вождения было мало, – отмечает Пригожин. – Да и у нас у всех в 90-е опыта было немного. В день покупки я сам гнал машину. Виктор сидел рядом и сказал: «Йося, ты на дороге не хулигань, потому что плохо может закончиться».
Предчувствие рока?
На вопрос о предчувствии фатальности, связанной с этой покупкой, Пригожин отвечает с философским спокойствием: «Есть реальная жизнь, а что будет завтра, никто из нас не знает. Где-то, наверное, наверху есть какая-то кнопка – пульт от наших душ, от наших сердец, от нашей головы. Я думал, что такие люди как Виктор должны жить долго. Но его песни остались в сердцах и в истории русской культуры».
Вспоминая Виктора
Иосиф Пригожин делится теплыми воспоминаниями о Викторе Цое. «Самое главное воспоминание о Викторе – что он был очень добродушный, не пафосный, очень внимательный к тем, с кем общался. Не было у него снобизма». Он вспоминает невероятный аншлаг на концертах Цоя, когда билеты на 70-тысячный стадион раскупались за сутки. «Такого я представить себе не мог и больше подобного не встречал», – говорит Пригожин.
Эта история о покупке автомобиля – не просто рассказ о транспорте. Это свидетельство эпохи, иллюстрация человеческих отношений и, к сожалению, предвестие трагической развязки. "Москвич", купленный в спешке, стал не просто средством передвижения, а невольным участником истории, навсегда связанной с легендарным Виктором Цоем.