Мы привыкли считать, что слова бесплатны.
Их много. Они повсюду. Они льются без усилия.
Но в культуре слово всегда имело цену.
Цена — это не запрет.
Цена — это вес.
Когда слово стоит дорого, человек говорит медленно.
Он выбирает выражение.
Он понимает, что сказанное невозможно отменить.
Когда слово дешёвое — оно становится расходником.
Его бросают в пространство, как лёгкий предмет.
Без расчёта на последствия.
Инфляция слова начинается тогда, когда его повторяют слишком часто.
Когда громкость заменяет точность.
Когда оценка произносится быстрее, чем мысль.
Слово обесценивается не от количества —
а от отсутствия внутренней ответственности.
Мы видим это повсюду:
«предательство», «геройство», «катастрофа», «гениальность» —
слова, которые должны были обозначать крайние состояния,
сегодня используются в повседневной реакции.
И когда всё становится “катастрофой”,
катастрофа перестаёт быть различимой.
Цена слова — это его мера.
Если слово звучит слишком часто,
оно перестаёт формировать реальность.
Оно превращается в фон.
И тогда культура теряет точность.
А вместе с точностью — способность различать.
Зрелость начинается там, где человек умеет не говорить лишнего.
Где он понимает, что не каждое впечатление требует оценки.
Не каждая эмоция — комментария.
Не каждая мысль — публикации.
Цена слова — это пауза перед ним.
И если голос — это присутствие,
а слово — действие,
то цена слова — это внутренняя мера.
Без неё язык обесценивается.
А вместе с языком — и сама реальность.