15 февраля в Школе журналистики имени Владимира Мезенцева прошла творческая встреча с заслуженным журналистом РФ, телеведущим, военным корреспондентом, радиоведущим, заместителем генерального директора ВГТРК, депутатом Московской городской думы Андреем Медведевым.
Андрей Андреевич, чья карьера началась ещё в горячих точках двухтысячных годов — в Чечне, Ираке, Косово, Палестине, Афганистане и Пакистане, － подробно рассказал о трансформации профессии военного журналиста за последние два десятилетия.
По его словам, специальная военная операция кардинально отличается от всех предыдущих конфликтов, и главное отличие заключается в уровне смертельной опасности для представителей СМИ.
«Война другая, она просто стала опаснее для журналистов, － констатирует он －Во-первых, раньше журналистов не сильно жалели, а сейчас журналист － это прямо цель». Свои слова корреспондент подтверждает горькой статистикой: «Сейчас, сами видите, даже на ВГТРК сколько ребят погибло».
Отвечая на вопрос о причинах столь высоких потерь среди коллег, Андрей Андреевич указывает на технологический скачок, который совершила современная война: «Во-вторых, война стала высокотехнологичной, и работа военкора стала просто опаснее сама по себе, － объясняет он — У нас ребята, в большинстве случаев, погибают от дронов － высокоточного оружия. Никто не делает различия, журналист не журналист»
Из-за этого военкоры вынуждены отказываться от опознавательных знаков «Пресса»: практика показывает, что нашивки гарантируют мгновенное истребление. «В начале СВО тоже никто не носил знаки прессы, потому что тогда тебя точно сразу убьют», — поясняет журналист.
Противник рассматривает сотрудников СМИ как законную цель, поскольку те транслируют точку зрения, способную влиять на общество и ход конфликта. «Журналист — это тот человек, который представляет точку зрения противной стороны. Эта точка зрения может влиять на украинцев, на то, что происходит, — говорит военкор. — Сегодня информационная война — это такая же часть открытых боевых действий, как шпионаж или тыловое обеспечение». Несмотря на то, что в условиях тотальной слежки с воздуха каждая поездка в горячую точку может показаться самоубийством, журналисты продолжают выполнять свою работу: «Ездят все мои коллеги, работают. Они же не самоубийцы, они журналисты».
Андрей Андреевич, называющий себя представителем «старой школы», отмечает, что сейчас учится у молодых коллег. На вопрос, чему у него учатся новые журналисты, он отвечает: «Это я у них должен учиться тому, какая сегодня война, они в этом разбираются лучше. Они это видят лучше».
Однако природа страха, по его мнению, остаётся неизменной: «Когда у человека появилось сознание в каменном веке, природа страха перестала меняться. Человек одинаково боится. Разницы нет».
При этом, несмотря на весь риск, военкор вспоминает свои командировки как лучшее время в жизни: «Всё запоминающееся было. Там вообще было интересно и прошли лучшие годы жизни».