«Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих».
Утром 17 февраля 1941 года агенты гестапо ворвались в монастырь Непокалянов и произвели несколько арестов. Польский монастырь подозревали в издании «мятежных» публикаций. Среди задержанных оказался отец Максимилиан Кольбе — известный католический священник.
Будем рады если вы подпишитесь на наш телеграм канал
Это была не первая его встреча с гестапо. В 1939 году, после вторжения Германии в Польшу, он уже был арестован, поскольку отказался подписать так называемую Deutsche Volksliste — «Список немецкого народа». Этот документ предназначался для интеграции поляков в состав нового Германского рейха. Подписание дало бы ему права гражданина второго сорта в «новой Германии», однако вместе с этим предполагало обязательства, которые Кольбе считал несовместимыми со своей верой и совестью. Отказ сделал его объектом постоянного внимания немецких властей.
После повторного ареста в 1941 году отца Кольбе сначала поместили в польскую тюрьму, но вскоре перевели в концентрационный лагерь Аушвиц (Освенцим), где ему присвоили номер заключённого № 16670.
Заключение Кольбе в Освенциме напоминает о том, что нацистский режим преследовал не только евреев, но и всех, кто считался неблагонадёжным или неудобным для новой власти.
Как и многие другие, Кольбе уже никогда не покинул лагерь живым.
Побег и коллективное наказание
Отец Кольбе находился в заключении всего несколько месяцев, когда летом 1941 года произошли события, ставшие трагической кульминацией его жизни.
Летом 1941 года — задолго до того, как союзники или большинство обычных немецких граждан узнали о масштабной системе лагерей — одному заключённому удалось бежать из Освенцима. Его личность так и не была установлена, и неизвестно, пережил ли он войну.
Однако сам факт побега вызвал ярость охраны, которая практиковала коллективные наказания. В отместку были случайным образом выбраны десять заключённых, которых решили поместить в подземный бункер и заморить голодом.
Одним из выбранных оказался Францишек Гайовничек — также католик. Услышав свой приговор, он, по свидетельствам, упал на колени и воскликнул:
«Моя жена! Мои дети!»
Услышав этот крик, Кольбе вышел вперёд и предложил занять его место. Он добровольно решил умереть вместо другого человека. Охрана приняла обмен, и Кольбе повели в бункер, в то время как Гайовничек остался стоять и смотреть.
Смерть в бункере
Десяти заключённым не давали еды, лишь изредка давали немного воды, чтобы продлить их мучения. По свидетельствам, Кольбе ежедневно молился вместе с обречёнными и поддерживал их духовно. Охранники видели, как он продолжал молиться и утешать других.
День за днём заключённые умирали.
Через две недели немцы потеряли терпение в своём «эксперименте» коллективного наказания и решили добить оставшихся смертельной инъекцией.
К моменту, когда бункер очистили, Кольбе был одним из трёх ещё живых. Он умер 14 августа 1941 года.
Своей смертью отец Кольбе воплотил слова Иисуса Христа, сказанные о собственной жертве:
«Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих».
Была ли жертва напрасной?
Кольбе не мог знать, принесёт ли его жертва какой-либо плод. Возможно, Гайовничек уже погиб бы или умер вскоре после освобождения. Возможно, он лишь отсрочил неизбежное.
Но для священника это не имело значения.
Как оказалось, по стечению обстоятельств или — как верят верующие — по Божьему промыслу, Гайовничек пережил Освенцим. Более того, он стал мирским миссионером Церкви и до конца жизни рассказывал о жертве Кольбе — о человеке, который отдал свою жизнь, чтобы он мог жить.
Такие моменты — редкие проблески света среди тьмы человеческой жестокости. В самых мрачных обстоятельствах может проявиться человеческое достоинство. Вера может войти в безнадёжную ситуацию и оставить след.
Отец Кольбе не просил пощады. Он не сожалел о своём решении. Его вера требовала подражания Христу — умереть, чтобы другие могли жить.
Он буквально взял свой крест и последовал за Христом в смерть. И этим спас жизнь одному человеку и, возможно, вдохновил бесчисленное количество других, услышавших его историю.
Смысл жертвы
В основе христианской мысли лежит идея ставить жизнь другого выше собственной. Довериться Богу и жить в соответствии с этим доверием.
Кольбе был уверен в спасении своей души. У него был Христос. Поэтому отдать земную жизнь казалось малой ценой за вечную славу.
Его жертва — одна из множества, совершённых во время Второй мировой войны — напоминает: когда человек ставит себя на последнее место и возвышает другого, он воплощает в жизнь заповедь Христа в полной мере.
Кольбе не знал, к чему приведёт его поступок. Он не рассчитывал на вознаграждение. Вероятно, он ожидал быть забытым.
Но его не забыли.
Камера, в которой он умер, сегодня является мемориалом в Освенциме. Католическая церковь канонизировала его. А Францишек Гайовничек прожил долгую жизнь — 93 года, умерев в 1995 году.
Кольбе обменял свою жизнь на ещё пятьдесят лет жизни другого человека — и на то, чтобы имя Божие распространялось всё шире.
Можно предположить, что отец Максимилиан Кольбе счёл бы это достойным обменом.