Братья Борис и Глеб – младшие единокровные братья Святополка Окаянного и Ярослава Мудрого, сыновья киевского князя Владимира Святославича и его жены, византийской царевны Анны из Македонской (Армянской) династии. Царевна Анна была единственной сестрой правящего императора Византии Василия II Болгаробойцы (962–1025) и внучкой императора Константина VII Багрянородного (905–959). В междоусобной борьбе, вспыхнувшей в 1015 году после смерти Великого князя Владимира, сыновья Анны были убиты Святополком, который позднее получил от историографов прозвище «Окаянный». Борис и Глеб стали первыми русскими святыми, братьев канонизировали в лике мучеников-страстотерпцев, сделав их покровителями Русской земли и «небесными помощниками» русских князей.
ЦАРЕВНА АННА
Анна, дочь византийского императора Романа II, появилась на свет 13 марта 963 года. Мать Анны происходила из семьи отнюдь не знатной, и звали ее Феофано. Лев Диакон, византийский священник и историк армянского происхождения, описывал Феофано как «наиболее прекрасную, обольстительную и утонченную женщину своего времени, одинаково выделявшуюся своей красотой, способностями, честолюбием и порочностью». Дочь константинопольского харчевника Кротира, выходца из Армении, она наречена была в детстве Анастасией. Пленив обаянием и изяществом фигуры, равно как и белизной кожи, умом и грацией Романа, молодого наследника престола, она влюбила его в себя и завладела сердцем пылкого любовника. Ослепленный страстью к ее прелестям, тот напрочь забыл о своей законной супруге-малолетке Берте, внебрачной дочери короля Италии.
Узнав о влечении сына, благородный отец Константин VII Багрянородный не пожелал оскорбить чувства своего наследника. К тому же будущая невестка сумела обаять своей красотой не только самого императора (василевса), но и императрицу Елену.
По смерти Константина VII 18-летняя Феофано, новоявленная императрица, вынудила мужа изгнать из дворца родных сестер, блиставших образованностью и благовоспитанностью, и заточить их в монастырские стены. Неблаговидный поступок Романа, потерявшего от пылких чувств голову, вскорости свел в могилу царицу Елену, с которой Феофано не желала делить положение августы-правительницы.
Хронист описывает юного василевса как статного красавца с копной светлых пшеничных волос, «римским носом» и выразительными глазами. Приятный в беседах, спокойный и розовощекий, он вызывал любовь у подданных и восхищение у женщин. Переняв от отца ученость, Роман II отлично владел словом и письмом. Однако и за делами государственными он не забывал ублажать свою плоть амурными забавами.
Любитель бешеных скачек на породистых рысаках и неуемных плотских утех, Роман II 15 марта 963 года, вернувшись с охоты, занемог: смертельные спазмы душили его. Поговаривали, что Роман, процарствовавший всего четыре года, был отравлен. Но и за короткий срок замужества Феофано успела родить ему двух сыновей, Василия и Константина, и дочь. А буквально за два дня до внезапной кончины Романа молодая царица произвела на свет Анну.
Патриарх Константинопольский нехотя возвел Феофано в ранг регентши над ее малолетними сыновьями. В результате дворцовых интриг престолом завладел знатный полководец Никифор Фока, тотчас женившись на Феофано.
На глазах у подрастающей Анны мать сменила неприхотливого Фоку на его дерзкого и статного сподвижника, красавца Иоанна Цимисхия, прирожденного воителя армянского происхождения. В стенах дворца зрел заговор. Не без помощи императрицы подкупленные убийцы проникли в палаты и безжалостно расправились с императором в его собственной постели. Так в 969 году Иоанн I Цимисхий объявил себя императором.
Однако, едва утвердившись во всевластии своем, Иоанн не только не пожелал жениться на Феофано, но и выдворил ее за пределы столицы, сослав с шестилетней Анной на безлюдный остров в Эгейском море в холодную келью. Ей удалось сбежать с острова и укрыться за стенами Святой Софии, но Цимисхию донесли о побеге, и он велел отправить Феофано с дочерью в отдаленный армянский монастырь.
По смерти 50-летнего Цимисхия в 976 году власть перешла к старшему сыну Феофано – Василию II, что позволило опальной матери и сестре вернуться в императорский дворец.
* * *
Василий I (867–886), основатель династии, происходил из армян, обосновавшихся в Македонии, потому и в историографии эта византийская династия зачастую именуется «Македонской», а сам император – Василием I Македонянином. Авторитетные историки склонны именовать эту династию «Армянской», поскольку за два века ее пребывания у власти (867–1056) большая часть византийских императоров, военачальников и чиновного сословия имела армянские корни. В истории Византии Армянская династия осталась едва ли не самой великой.
В августе 886-го уже преклонных лет василевс скончался от кровотечения, вызванного ушибами на охоте, успев назначить армянина Заутца, тоже уроженца Македонии, опекуном своих сыновей Льва и Александра. Незадолго перед смертью император признал независимость Армянского государства Багратидов, а Константинопольский Патриарх Фотий?I (877–886), этнический армянин (семья его отличалась знатностью, благочестием и образованностью), первым канонизировал в Византии Григора Лусаворича Армянского (Григория Просветителя, обратившего в 301 г. Армению в христианство).
ВЕНЦЕНОСНЫЕ БРАТЬЯ АННЫ
Смерть бездетного Иоанна I Цимисхия открыла путь к престолу сыновьям Романа II – Василию и Константину. Старший из наследников войдет в историю как Василий II Болгаробойца (976–1025), а младший как Константин VIII (976–1028): правил самостоятельно лишь три года (1025–1028).
Голубоглазый, с чуть изогнутыми бровями, невысокого роста Василий II отличался прямой осанкой, физической силой, умением ездить верхом и владеть оружием. Родовой инстинкт, присущий отпрыскам Армяно-македонской династии, обязывал 18-летнего царя напоминать окружению своему, кто правитель в Византии. Вернув мать во дворец, он тем не менее и близко не подпустил ее к делам империи.
Царствование Василия II Болгаробойцы (прозван Болгаробойцей за свирепость, проявленную в войнах с Болгарией) было отмечено изнурительными войнами и мятежами. В год его восшествия на престол первым поднял голову военачальник Варда Склир, родич Цимисхия, подмяв под себя все азиатские фемы (фема – военно-административный округ Византийской империи). Василевс наслал на него племянника Никифора II Фоки. Тот в 978 году усмирил мятежника Склира, бежавшего к арабам. Но Склир спустя 9 лет, уже глубоким стариком, объявился вновь в пределах византийской державы.
Когда мятежники подступили к стенам Хрисополя, отделявшего Босфорский пролив от Константинополя, когда возникла угроза захвата столицы, Василий II обратил взор на север, ища помощи у «варвара» Владимира Святославовича, Великого князя Киевского. Владимир обещал поддержку, но при условии, что Василий II и Константин VIII отдадут ему в жены свою сестру Анну.
Дерзость по тем временам была неслыханной. За «презренных» иноземцев византийских принцесс выдавать замуж не принято было. Было к тому еще одно препятствие: Владимир был язычником. Однако безвыходность положения вынудила императоров смириться. Венценосцы дали согласие на брак, если русский князь примет крещение и женится на ней по христианскому обряду. Русская дружина в шесть тысяч воинов встала на защиту Царьграда (славянское название Константинополя, столицы Византии). В апреле 988 года она вместе с верными Василию II силами разгромила войско мятежников. Варда Склир склонил голову перед императорами и повинился.
КРЕЩЕНИЕ ВЛАДИМИРА И РУСИ
Сын княгини Ольги – Святослав, как истинный язычник, был многоженцем. От разных женщин народил он троих сыновей – Ярополка, Олега и Владимира. Матери первых двух были его законными женами, а Владимир родился от наложницы Малуши, ключницы княгини Ольги.
С гибелью Святослава власть в Киеве перешла к Ярополку. Его тяга к христианству раздражала язычников-древлян, и он пошел войной на них. И побил их. Олег, брат его, переметнувшийся к древлянам, пал в бою.
Тем временем, возмужав, Владимир, ведя за собой сильную варяжскую дружину, овладел Новгородом. Меж тем положение Ярополка в Киеве становилось все более шатким. До его ушей дошло, что зреет заговор против него. И он оставил стольный град. Люди Владимира присоветовали Ярополку пойти к брату и помириться с ним. Но едва тот переступил порог палат Владимира, как стражи князя пронзили Ярополка мечами.
Единолично править на Руси Владимир начал в 980 году. И отправил Владимир старцев своих по странам – наблюдать разные религии.
Вернувшись, они признались князю: «Бабка твоя, мудрейшая Ольга, не приняла бы закон греческий, будь он плох. Византия знает, кому молится».
Имя Ольги, принявшей православие, и желание встать в один ряд с византийскими императорами взяло верх…
Приняв помощь от Киевского князя, императоры-братья тем не менее не очень-то торопились. Они мечтали пристроить сестру куда лучше. А сватались к византийской принцессе – голубоглазой и ладно сложенной красавице – отовсюду.
Заподозрив Василия II с братом в нежелании выдать за него Анну, возмущенный лукавством императоров, Владимир, желая подхлестнуть их, выступил с походом на «град греческий», древний Херсонес, именуемый у русских Корсунь (сегодня это часть города Севастополя).
Из Херсонеса Владимир отправил братьям-василевсам послов с угрожающей грамотой: «Коли не отдадите Анну за меня, то сотворю со столицей вашей то же, что и этому граду». И пришел ответ князю: «Ежели примешь крест и будешь единоверцем с нами, отдадим тебе сестру. А язычником останешься, так нам лучше всем полечь в бою, чем души наши обречь на муки вечные».
«Пришлась по сердцу мне вера ваша православная, – отписал Владимир в Царьград, – и служение приму, и пускай священники ваши, что придут с Анной, покрестят меня и народ мой».
Свадебная флотилия прибыла в Херсонес. Встречать невесту вышел на берег князь Владимир в расшитом золотом одеянии и с короной на голове. Она приглянулась ему сразу, да и он приятно поразил Анну.
По легенде, когда царевна Анна прибыла с духовенством в Херсонес, князь Владимир внезапно ослеп. Вскоре в главном храме Херсонеса – в церкви Святого Василия – священники-армяне из Царьграда после оглашения крестили Великого князя Киевского и нарекли его христианским именем – Василий. И тут – о, чудо! Прозрел Владимир. Прозрел и обнял Анну. Узрев благодать Божью, князь велел своей дружине и боярам, сопровождающим его, Крест принять. И, как точно отметил русский историк Николай Карамзин, «он вздумал… завоевать веру христианскую и принять ее святыню рукою победителя».
Летопись гласит: «По крещении же Владимира привели царицу для свершения брака». Приняв Святой Крест, 33-летний Владимир взял Анну, 25 лет от роду, в жёны. Вернувшись в Киев, «матерь городов русских», Великий князь первым делом собрал сыновей своих и крестил их в источнике, получившем название Крещатик.
Владимир назначил день всеобщего крещения киевлян, и, как полагают, выпало это событие на 1 августа 988 года. По городу был оглашен указ: «Если кто не придет завтра на реку – богатый или бедный, нищий или раб, – будет мне враг!» «На другой же день вышел Владимир… на Днепр, – описывает летописец устроение князем крещения киевлян, – и сошлось там людей без числа. Вошли в воду и стояли там одни до шеи, другие по грудь… попы же совершали молитвы, стоя на месте».
Крещены были при Владимире, кроме Киева, еще и Чернигов – в 992 году, и Смоленск – в 1012-м. При Владимире же был поднят вопрос о недопустимости смертной казни. Князь назвал ее грехом перед Богом.
Владимир Святославович положил начало понятию «Великий князь Руси». «Владимир… скоро доказал, что он родился быть государем великим… Сей князь, названный церковью Равноапостольным, заслужил и в истории имя Великого», – отмечал Карамзин.
Перейдя в веру Христову и осознав, что у него одна жена – Анна, дарованная Богом, Владимир отрекся от трехсот жен, восьмисот наложниц (300 из них находились в Вышгороде, 300 – в Белгороде и 200 – в селе Берестове) и пяти законных жен. «Всякая прелестная жена и девица страшилась его любострастного взора», – писал Карамзин. Всех жен и наложниц он отпустил на волю, кое-кого выдав за своих приближенных.
Великая княгиня Анна ввела в церковный обиход ежегодное празднование дня Успения Богородицы – сразу же по завершении осенью 996 года строительства Десятинной церкви. По настоянию княгини Владимир приобрел скит для русских монахов на святой горе Афон. Она же пеклась об устройстве больниц и богаделен, заботясь о пропитании неимущих киевлян.
Из православной Византии Анна привезла греческий церковный устав «Номоканон», который на Руси стали именовать «Кормчая книга». Она и легла в основу Устава Русской церкви, созданного Владимиром и Анной, состоящего из трех частей. Этот факт подтверждает фраза Устава: «Се аз, князь Володимир, сгадав есми с своею княгинею Анною и со своими детьми…»
В первой части Устава говорилось о десятине, пожалованной Великим князем в пользу Церкви. Церковь Успения Пресвятой Богородицы в Киеве, заложенную Анной, призванную стать местом служения митрополита Киевского и всея Руси, так и назвали – Десятинной.
Что до главной миссии Анны, то завет братьев-императоров она выполнила сполна и стала первой просветительницей на Руси. Ее стараниями создавались специальные училища для обучения русских священников. Иконы и церковная утварь, привезенные Анной из Византии, стали эталоном для копирования их русскими живописцами и ремесленниками. Занималась просветительством Анна и в великокняжеской семье: все сыновья Владимира охотно приняли христианство и стали распространять его в своих владениях.
БОРИС И ГЛЕБ
Ангельская душа Великой княгини Анны отлетела к Господу в году 6519-м от сотворения мира по византийскому летоисчислению, что соответствует 1011/1012 году (новый год начинался с 1 сентября). И было ей 48 лет от роду.
Владимир Святославович, горячо любимый муж, заказал для нее камнерезам-армянам из Византии роскошный мраморный саркофаг изящной резьбы. И установил его в приделе Десятинной церкви. После в той же церкви Успения Пресвятой Богородицы появился еще один саркофаг – князя Владимира. Подобной чести не удостаивались даже византийские императоры, наместники Бога на земле. Их хоронили вне церковных стен. Анна же с Владимиром подобными почестями приравнивались к святым, ибо супруги вместе крестили и просвещали народ русский.
Было у князя Владимира, прозванного в народе Владимир Красное Солнышко, 12 сыновей. Но не все вошли в историю. Ярослав, сын Владимира от Рогнеды, поставлен был отцом княжить в Новгороде, а брат его Мстислав – в Тмутаракани. Но более всех жаловал Владимир Бориса и Глеба, которых подарила князю Анна.
Имена и жития Бориса и Глеба, первых канонизированных русских святых, известны едва ли не каждому. Первенец Борис крестильное имя свое, скорее всего, получил по отцу Анны – императору Роману II, княжье же имя Борис дали ему в честь крестителя Болгарии Бориса-Михаила. Борис-Роман появился на свет примерно в 990 году. Глеб, рожденный около 1000 года, крестильное имя получил от библейского царя Давида, чтимого как образец христианского властителя.
Что до Святополка, старшего из сыновей, именуемого в летописях «сыном двух отцов», то его Владимир на дух не выносил, ибо взял он в «полон его мать-грекиню» уже беременной от брата своего Ярополка, им же убитого. Святополк отвечал ему той же неприязнью. За связь с немцем-католиком Владимир даже заточил Святополка в темницу, откуда его вызволили верные слуги Ярополка.
В лето 1015 года, проводив в царство Божие своих главных женщин, Владимир, великий многоженец, медленно угасал в печальном одиночестве. 15 июля Великого князя Киевского не стало. В ту минуту у его одра оказался один лишь Святополк, прискакавший из Вышгорода (город у берега Днепра). «Сын двух отцов» считал себя дважды достойным наследником Киевского престола. Пробил час мести отчиму Владимиру за убиенного отца, униженную мать и свои мытарства.
Завернув тело Великого князя Руси в ковер, он тайно вынес его из палат и отвез в церковь Успения Пресвятой Богородицы, словно скрывая что-то низкое и постыдное. Кто знает, не он ли «помог» Владимиру перейти в мир иной?!
В тот же день, воссев на престол, Святополк стал задабривать киевлян подарками. Но те твердили в один голос: «Хотим Бориса, сына княгини Анны». Тогда и подослал Святополк душегубов к своим сводным братьям – Борису и Глебу.
Еще при жизни князя Владимира Борис получил в удел Ростов, а Глеб – Муром. Управляя своими княжествами, они проявили мудрость и кротость, заботясь прежде всего о насаждении православной веры и утверждении благочестивого образа жизни среди людей. Молодые князья были искусными и храбрыми воинами.
Узнав о смерти отца, князь Борис сильно огорчился. Дружина уговаривала его пойти в Киев и занять великокняжеский престол, но смиренный Борис распустил войско, не желая междоусобной распри.
Святополк отправил вышегородских бояр с поручением убить брата. Ночью на 24 июля, услыхав пение псалмов, доносившееся из шатра, они решили дождаться, пока Борис ляжет спать. Как только тот, вдвойне опечаленный смертью отца и слухами о злодейском намерении брата, окончил молитву и лег спать, ворвались убийцы и копьями пронзили Бориса.
Тело страстотерпца князя Бориса тайно привезли в Вышгород и положили в храме во имя святого Василия Великого.
После этого Святополк решился убить младшего брата – Глеба. Святополк вызвал Глеба из Мурома и отправил ему навстречу дружинников, чтобы они умертвили его на пути. В это время князь Глеб узнал о кончине отца и братоубийственном преступлении Святополка. Скорбя об этом, Глеб, как и ранее Борис, предпочел мученическую кончину братской войне. Убийцы встретили Глеба в устье реки Смядыни, недалеко от Смоленска. Убийство князя Глеба произошло 5 сентября 1015 года. Тело Глеба убийцы погребли «на пусте месте, на брези межи двемя колодами» (то есть в простом гробу, состоящем из двух выдолбленных бревен). В 1019 году, когда Ярослав занял Киев, по его приказу тело Глеба было отыскано, привезено в Вышгород и погребено вместе с телом Бориса у церкви Святого Василия.
Моления в память об убиенных братьях начались 24 июля вскоре после сооружения в 1021 году в Вышгороде первой церкви во имя Бориса и Глеба.
Наиболее достоверной является канонизация Бориса и Глеба, произошедшая при перенесении их мощей в новую каменную церковь: эта торжественная церемония, по летописным сведениям, была совершена 20 мая 1072 года.
Народный праздник Бориса и Глеба отмечается 15 мая (2 мая по старому стилю) и 6 августа (24 июля по старому стилю) ежегодно. В эти дни Православная Церковь чтит память невинно убиенных мучеников благоверных князей Бориса (в Святом Крещении Романа) и Глеба (в Святом Крещении Давида). Верующие обращаются к князьям-страстотерпцам с просьбой и мольбой о заступничестве за Русскую землю.
Подготовили Марина и Гамлет Мирзоян, Москва
По материалам: https://noev-kovcheg.ru/mag/2026-02/8964.html