История рода Шереметевых знает немало славных страниц: победы на полях сражений, дипломатические триумфы, строительство великолепных дворцов. Но есть в этой летописи эпизод, о котором долго предпочитали молчать. Эпизод, где один из представителей знатнейшей фамилии едва не перечеркнул будущее России, а спасло его… чудо.
Речь идет об Иване Петровиче Шереметеве — человеке, чья жизнь вместила и предательство, и чудо, и искупление .
Слуга двух государей
Начало XVII века. Смута раздирает Россию на части. Цари сменяют друг друга, поляки хозяйничают в Москве, народные ополчения пытаются спасти страну. В этой кровавой каше молодой Иван Петрович Шереметев, сын воеводы Петра Никитича, делает первые шаги при дворе.
В 1606 году он, совсем еще юный стольник, подает вино к столу Лжедмитрия I в день его свадьбы с Мариной Мнишек . Когда власть переходит к Василию Шуйскому, братья Иван и Василий Шереметевы не находят с ним общего языка и перебегают в стан Лжедмитрия II, Тушинского вора.
Но настоящая черная страница биографии Ивана Петровича была впереди.
Кровавая миссия в лагере ополченцев
К 1611 году Москва оказалась в руках поляков. Против захватчиков поднялось Первое народное ополчение под руководством Прокопия Ляпунова. Ополченцы блокировали город, изматывая врага долгой осадой.
Польский гарнизон и боярское правительство, засевшие в Кремле, решили действовать хитростью. В июне 1611 года они направили в стан ополченцев Ивана и Василия Шереметевых с особым заданием — убить Прокопия Ляпунова и внести раздор в ряды защитников России .
Братья притворились своими. Они вошли в доверие к казакам и стали подговаривать их расправиться с воеводой.
Поляки торжествовали. Подвиги Шереметевых были замечены: поздней осенью 1611 года Иван Петрович получил от боярского правительства назначение — воеводой в Кострому .
Костромской мятеж
Зимой 1611–1612 годов обстановка на Руси напоминала пороховой бочонок.
И вот в Кострому приходит весть: ополчение Пожарского приближается. Воевода Иван Шереметев, верный присяге королевичу Владиславу, заявляет, что не пустит нижегородцев в город . Его поддержала только городская верхушка — те, кто сотрудничал с поляками.
Простые люди взбунтовались. Они схватили своего воеводу и хотели убить его на месте. Иван Петрович стоял на краю гибели — смерть от рук собственного народа казалась неминуемой.
Чудо Федоровской иконы
И тут случилось неожиданное. Князь Дмитрий Пожарский, узнав о случившемся, приказал не казнить Шереметева. Он простил предателя и предложил ему присоединиться к ополчению .
Освобожденный от неминуемой смерти, Иван Петрович поспешил в костромской Успенский собор. Там, в приделе святого Федора Стратилата, он упал на колени перед чудотворной Федоровской иконой Божьей Матери — образом, издавна почитавшимся в роду Шереметевых. Это была молитва раскаяния .
С этого дня жизнь Ивана Петровича переменилась. Он приказал снять список (копию) с иконы, украсил ее жемчугом и впоследствии благословил ею своего дядю, боярина Федора Ивановича Шереметева .
Путь искупления
Когда ополчение двинулось к Ярославлю, Иван и Василий Шереметевы были в свите Пожарского. В Ярославле они въехали уже как народные герои — спасители России. И это были не просто слова.
В Ярославле имя Шереметевых знали и помнили. Еще в 1609 году боярин Федор Иванович Шереметев собирал здесь войско для борьбы с Лжедмитрием II. Местные жители даже использовали фамилию как опознавательный клич: когда враг появлялся вблизи города, они кричали «Шереметь!» и шли в бой .
Пожарский полностью доверял Ивану Петровичу. В апреле 1612 года под грамотой с воззванием к всеобщему ополчению подпись Ивана Шереметева стояла шестнадцатой — сразу за руководителями движения .
Девять месяцев он обеспечивал снабжение войск, связь с городами, прикрывал ополчение с севера. Пожарский не мог доверить такую работу случайному человеку.
Наследие
Иван Петрович Шереметев умер в 1647 году, достигнув всего, о чем мог мечтать русский дворянин. Он стал боярином, пользовался огромным почетом при дворе. При венчании на царство Алексея Михайловича он держал скипетр государя. А за обеденным столом у царя Михаила Федоровича занимал первое место, оттеснив даже князя Пожарского .
Но главное — он запомнился потомкам не своим предательством, а своим покаянием. Федоровская икона, которую он так почитал, осталась в роду Шереметевых как святыня. И быть может, именно эта история раскаяния помогла роду пережить все бури и остаться в памяти России не изменниками, а ее верными слугами.
Так в истории одной семьи отразилась вся трагедия Смутного времени: падения, ошибки, предательство — и чудо прощения, дающее силы искупить вину и начать все сначала.
С вами была команда Tim.life по всему миру. Подписывайтесь, чтобы увидеть ещё больше контента!