Лина
- Кстати, что за песню ты мне написал? — робко обняв Мику, спросила я. — Никогда не чувствовала себя так спокойно, как сейчас. Его тепло согревало изнутри, а мерное биение сердца успокаивало расшатанные нервы. Но это не значит, что я окончательно простила его. Мике еще придется потрудиться, чтобы заслужить мое прощение и доверие.
Мика загадочно улыбнулся и на мгновение замолчал. Я уж подумала, что он не ответит, но он сосредоточил на мне свой взгляд и произнес:
- А ты как думаешь?
Я недоуменно пожала плечами, отчего мое тело прижалось к нему еще плотнее. Теперь я сидела у него на коленях, положив голову на его тёплое плечо. Мика крепко обнимал меня, ласково играя с локоном, выбившимся из прически. Казалось бы, после всего, что произошло, я не должна была позволить себе такую близость. Но я позволила, потому что его душещипательное признание заставило меня наполовину поверить ему. Вспомнился эпизод из прошлого: как собственная мать подняла на меня руку, а Мика, не колеблясь, встал на мою защиту. Он был таким нежным, таким заботливым, таким чутким к чужой беде, что поверить в его худшие стороны было поистине сложно. И я снова сдалась, вручая ему свое ранимое сердце. Но это точно в последний раз.
- О чем ты задумалась, ангел? — встревоженно спросил Мика, возвращая меня из мира грез.
- А? Да… Прости, что ты сказал?
- Я спросил, как ты думаешь, что это была за песня, а ты… — Мика вдруг напрягся и, отстранившись, пересел в кресло. В его глазах вновь мелькнуло чувство вины. После того случая, когда он так не осторожно сжал мою руку, он стал гораздо внимательнее подбирать слова и вести себя осторожнее.
- Сильно болит? — вдруг спросил он, глядя на мое запястье, где осталась лишь легкая краснота.
- Уже прошло! — неуверенно ответила я. Рука действительно больше не болела, но остался неприятный осадок. Я не знала, как теперь себя вести. Сначала, после его признания, я вроде бы остыла, но потом меня стали терзать сомнения: правильно ли я поступаю, прощая его? Не причинит ли он мне снова боль? Не совершу ли я грубую ошибку, если останусь с ним?
- Я понял, — сказал Мика с неиссякаемой болью в глазах. — Такого больше никогда не случится. Скажи только, что я должен сделать, чтобы полностью заслужить твоё доверие?
Его слова тронули меня до глубины души. Он был так раним, так открыт. И вновь меня поразило, как этот парень умеет читать меня, как будто я — открытая книга.
Обдумывая слова, я прикусила губу. Так и хотелось уткнуться ему в плечо и попросить никогда больше не отпускать. Но гордость не позволила. Я даже до сих пор не призналась ему в своих чувствах хотя давно пора. Посмотрев в до боли любимое лицо, я сказала:
- Ничего делать не надо. Просто будь рядом. И не причиняй больше боли, ни телесной, ни душевной. Хорошо?
Микаэль утвердительно кивнул.
- Я заслужу твоё доверие, чего бы мне это ни стоило. Вот увидишь.
- Будем надеяться, — вздохнув, я снова вернулась к прерванному разговору. — Так что же это была за песня? - Напряженная атмосфера между нами давила, и мне отчаянно хотелось сменить тему.
Мика снова преобразился. На его лице появилась та самая загадочность, что я заметила раньше.
- Ладно, не буду томить. Однажды ты сладко спала в палате, а я что-то тебе напевал.
Я улыбнулась и кивнула. Тот вечер был, пожалуй, одним из самых прекрасных в моей жизни, не считая нашего короткого пребывания в коттедже.
- Так вот, тогда и сложился первый куплет той самой песни, что сейчас часто играет по радио.
- Не понимаю! — в замешательстве уставилась я на него. — Прости, но я совсем не слушаю радио. Вернее, рок-музыку. Это просто не моё… то есть, мое, но я перестала слушать её после нашего… эм… расставания. - Я прошептала это, стараясь не обидеть его. Глядя в его любимое лицо, я нервничала и теребила пуговицы на платье.
Мика вдруг рассмеялся заразительным смехом. Видя мою нервозность, он, понимая, что я вот-вот оторву пуговицу, вдруг запел:
Я нежно прикоснусь к твоим губам,
Дыханием своим тебя укрою.
И будет всё у нас без всяких драм,
Тебе я докажу, тебя я успокою!
Его обволакивающий душу голос заставил меня все вспомнить. Как я могла забыть? Эта песня была как бальзам на душу, как лекарство от любовной болезни. Она проникала в самые отдаленные закоулки моей истерзанной души, мгновенно затягивая раны и исцеляя их былые следы.
Мне захотелось обнять его и никогда больше не отпускать. Все недосказанное между нами Мика тонко вплел в эту песню. Теперь у меня не осталось никаких сомнений: Микаэль действительно любит меня, и, похоже, еще с тех времен, когда между нами была только видимость отношений.
Осознав все это, я бросилась в его объятия, отчего Мика повалился на кресло. Обхватив его лицо руками, я с искренней любовью, которую так долго хранила в сердце, поцеловала его. Мика сначала был в замешательстве, но потом, сообразив, что происходит, ответил на поцелуй с той страстью, что всегда была в нем.
Не знаю, что нами двигало в тот момент, но я мгновенно потеряла голову. Тело наполнилось жаром, и мне захотелось большего. Мика, похоже, разделял мои мысли, потому что в следующую секунду слегка приподнял мое легкое платье, обнажив бедро. Мурашки пробежали по коже, кровь забурлила внутри. Поддаваясь навстречу, я с присущей мне нежностью взъерошила его темные волосы. Сегодня они были уложены в модную прическу, но мне всегда нравилось, когда они слегка взлохмачены. Это придавало Мике какую-то мальчишескую изюминку. Он напоминал парня-плохиша, каким и был раньше. Но не теперь. Теперь он старался выглядеть старше своих лет, добавляя в образ мужественности. Даже щетину небольшую отрастил. Нет, не скажу, что этот имидж не шел ему. Он и сейчас выглядел неплохо, но это был уже не тот Мика, которого я полюбила всем сердцем и душой.
Время перевалило за полночь, а мы все целовались, стремясь снять друг с друга одежду, когда неожиданно раздался протяжный стук в дверь.
- Кто это мог быть? — удивилась я.
Я точно знала, что все гости разошлись еще час назад. Теперь это здание окончательно принадлежало мне. Егор неожиданно подарил его в день нашей помолвки. Следовательно, я часто оставалась здесь на ночь, когда настигало вдохновение и хотелось порисовать, а еще здесь я чувствовала себя более защищенной, чем в квартире, расположенной в элитном комплексе, которую я уже пару недель делила с Егором. Переехать к нему я решилась только тогда, когда окончательно стала его невестой. Правда, и тогда меня терзала мысль: правильно ли я поступила? В моем сердце и душе продолжал жить Мика, и я даже представить не могла, что смогу делить постель с кем-то еще. Конечно, Егор не настаивал. Он сам предложил мне выбрать одну из гостевых комнат. Я выбрала дальнюю и уже тем же вечером поселилась там. Сейчас я даже не знала, что скажу ему при встрече. Услышанное продолжало словно заноза крутиться в голове, отчего мне совсем не хотелось ехать домой. А тут еще Мика со своим признанием окончательно пригвоздил меня к себе. Теперь мне хотелось быть только рядом с ним, и я боялась, что он снова может исчезнуть из моей жизни, как только я выйду из этой комнаты.
Но делать нечего, придется открывать. Словно по сигналу, в двери раздался очередной стук. Кто-то нетерпеливо барабанил, почему-то решив, что я могу находиться здесь.
«А вдруг это Егор?» — весьма некстати промелькнула такая мысль. Он, наверно, не застал меня дома и вернулся обратно в галерею, чтобы проверить, правда ли я уехала. «Блин, мог бы позвонить». — Я тут же вскочила с дивана, схватила сумку, что впопыхах бросила возле двери, и молниеносно принялась рыться в ней в поисках телефона. Мика успокаивающе взглянул на меня и пошел открывать дверь.
Я понимала, что за дверью может стоять Егор, и хотела предупредить Мику, но было уже поздно. Микаэль открыл чертову дверь и нос к носу столкнулся с сестрой моего… эм… на минуточку, лживого жениха.
- Ангелина? — Лиля сделала весьма удивленное лицо, что получилось у нее просто отвратительно.
Она явно была в курсе того, где я пропадала все то время, пока гости в недоумении пытались найти меня. Бросив растерянный взгляд на того, кто ей открыл, она покраснела. Потом, собрав себя в руки, улыбнулась самой противной, кокетливой улыбкой. Эта глупая блондинка, похоже, тоже оказалась во власти обаяния моего мужчины. Да, Мика — мой, чтоб ты знала! Я больше ни кому никогда его не отдам! — кричало все внутри в эту самую минуту. Тем более Мика, похоже, решил меня позлить: он, облокотившись о косяк двери, заигрывающе подмигнул этой дуре, отчего она еще больше растаяла.
«Ничего, ты у меня еще узнаешь!» — зло, стреляя глазами, усмехнулась я. Собрав всю волю в кулак, я со всей строгостью, присущей начальнице, посмотрела на свою подчиненную.
С Лилей мы никогда не были особо близки, хоть она и приходилась сестрой Егору. Ее даже подругой сложно было назвать. Лиля мне не понравилась с первого взгляда, особенно после того, как она однажды пожаловалась брату, что я обращаюсь с ней, как с пятном на рубашке, которое требуется вывести. Помню, мы тогда с Егором сильно поругались, и я неделю с ним не разговаривала. Я пыталась отстоять свою правоту, а именно донести до него, что обращаюсь с Лилей точно так же, как и с другими сотрудниками, и вовсе не собираюсь ее увольнять, если она об этом. Но кому же он поверил, как вы думаете? Естественно, своей довольной нашей ссорой, сестре. И после того случая я окончательно не могу ей доверять.
— Что случилось, Лиля? — спросила я, наконец отыскав в сумочке телефон.
Мало того, что сеть была недоступна, так еще теперь он успел полностью разрядиться и выключиться. Не знаю, может быть, Егор и звонил мне, а скорее всего, так оно и было, но вот только я не могла знать этого.
— Кхм… — откашлялась она, явно забыв, зачем сюда пришла. И это понятно, ведь всё внимание Лили было направлено на моего мужчину, а он, похоже, совсем не сопротивлялся этому. Они так и стояли у двери, играя в гляделки, отчего я чувствовала себя третьей лишней.
— Или говори, или пошла вон отсюда! — меня захлестнул гнев.
Но злилась я вовсе не на Лилю. До неё мне не было совершенно никакого дела. Мой гнев был направлен лишь на одного человека, который сейчас имел наглость довольно улыбаться мне, а лучезарный взгляд говорил, что я зря завожусь. И тут меня осенило. Боже, как я сразу-то не догадалась! Мика специально вёл себя так. Он хотел добиться моей ревности, которая скажет сама за себя, что у меня тоже есть чувства к нему. Ведь о любви я так и не сказала ему.
«Ну, ничего, ты сам напросился!» — плутовски улыбнулась я, мысленно обдумывая одну неплохую идею, пришедшую только что мне на ум.
— Эм… Не знаю, чем вы тут занимались и знать не хочу, но ты, похоже, забыла, что у тебя есть жених, и он места себе не находит, не зная, где ты можешь быть! — метко стреляя каждым словом, наполненным лишь ядом, прошипела Лиля.
По её хлипкому взгляду я мгновенно поняла, что дело дрянь: эта особа, не задумываясь, побежит вскоре к брату и сообщит ему последние новости, а именно: где нашла меня и, главное, с кем. Давненько Лиля точила на меня зуб. Она много раз пыталась разлучить нас с Егором, и всему виной была её безудержная ревность. Эта любопытная девчонка, привыкшая постоянно совать нос туда, куда не следует, любила Егора вовсе не сестринской любовью. Да она и кровной сестрой ему не была, насколько я знаю. Помню, Егор как-то рассказывал мне, что они сводные, и поэтому не похожи друг на друга. У Лилии было тяжелое детство. Запившая мать совсем перестала заботиться о ней, отчего в итоге девочка оказалась в интернате. Узнав об этом, отец Егора тут же нашёл её и забрал к себе. Так восьмилетняя Лиля стала расти в богатой семье вместе с Егором, которого позднее полюбила как мужчину. Вот и теперь на её смуглом лице красовалось довольное выражение, в точности как в тот день, когда она оболгала меня перед своим братом. А ещё Лиля спала и видела, что однажды займёт моё место и станет полноправной хозяйкой галереи. Только она не учла одного, а именно: что без моих картин она окажется в проигрыше. Ведь галерея попросту держалась на этом. Ценители искусства пришли сюда сегодня только затем, чтобы поглазеть на мои работы, а также прикупить что-нибудь для себя.
Продолжая кокетливо улыбаться Мике, чего я совсем не понимала, судя по её любви к Егору, Лиля, приложив мобильный телефон к уху, принялась отчаянно кому-то звонить, и я прекрасно догадывалась, кому. Честно скажу, мне было абсолютно всё равно, если Красавину станет известно, где и с кем я была. Единственное, чего я хотела сейчас, — это чтобы она поскорее ушла и оставила нас в покое. После я всласть поиграю с Микой в отместку на его такой дурацкий розыгрыш.
— Ты предполагал? — непонимающе хмыкнула она. — И что теперь планируешь делать, разорвёшь помолвку? — допытывалась Лиля, нетерпеливо шагая со стороны в сторону.
Сейчас она полностью погрузилась в разговор, отчего мы были предоставлены сами себе. Оторвавшись от стены, Мика подошёл ко мне. Теперь у него было вполне серьёзное лицо, в отличие от того, что я видела ранее. Бережно взяв мою руку в свою, он улыбнулся, и эта такая чувственная улыбка теперь была предназначена только мне одной и никому больше. Но я не собиралась вестись на неё. Решив немного проучить его, я продолжала хмуриться, смотря куда угодно, только не в пылающие нежностью глаза.
— Похоже, я сильно увлёкся, не находишь? — Взяв моё лицо в охапку, Мика повернул его к себе, отчего я теперь могла смотреть лишь на него. Сосредотачивая взгляд на нём, я гневно нахмурила брови и поджала губы.
— Ну, браво тебе, Ангел дуться, прости, но я не удержался. Уж так хотелось увидеть проявление твоих чувств и уяснить для себя, что они взаимны.
— И что увидел? — всё ещё злясь на него, спросила я.
Продолжая улыбаться, Мика с искренней нежностью провёл костяшками пальцев вдоль моей щеки, по пути заправляя непослушный локон за ухо. Затем его пальцы замерли на моих приоткрывшихся губах, отчего я начала таять, как мороженое на солнце, а от злости не осталось и следа. Мика прекрасно знал толк в обольщении и на какие точки следует надавить, чтобы добиться нужного результата. Сейчас я плавилась от его лёгких касаний, а внутри разливался настоящий пожар. Мне просто необходимо остаться с ним наедине, а иначе я наброшусь на него прямо тут, и Лиля вовсе не будет для нас никаким препятствием.
— Ещё бы! Пойдём отсюда? — сказал Мика, понимая всё без слов, чему я была ему безмерно благодарна. Взяв меня за руку, он направился прочь из комнаты.
Проходя мимо Лили, которая о чём-то спорила с братом, я намеренно задела её локтем и сказала то, что и должна была сказать.
— Передай Егору, что я знаю о его изворотливой лжи и не выйду за него. — Красавина как-то странно посмотрела на меня. По её лицу я поняла, что она не верит мне.
«А это уже тебе решать, дорогая», — мысленно сказала я, почему-то сосредотачивая внимание на её блондинистых волосах. Нет, я ничего никогда не имела против этого цвета, так как сама была светленькой, в отличие от Лили, которая с рождения была жгучей брюнеткой. Да, она перекрасилась в блондинку после того, как познакомилась со мной, и этот цвет ей совсем не подходил. Понятное дело, зачем она так поступила. Всему виной был Егор, который не смотрел на Лилю как на девушку, отчего мне немного было жаль её. Но сейчас я была зла и поэтому не удержалась от замечания.
— Да, Лиль, советую перекраситься в тёмный, он тебе больше к лицу, — сказала я, теперь переключая всё своё внимание на мужчину, что находился рядом со мной.
Лиля так и опешила, вся покраснев от негодования, но это уже не мои проблемы. Главное сейчас — это то, что мы с Микой снова вместе, а с остальным я справлюсь, ведь рядом есть любимый человек.
А эта музыка для вас:👇
Благодарю всех за чтение! Как вам глава? Поделитесь своим мнением в комментариях. Автору будет приятно.)))