О великих творцах приятно вспоминать не только в дни юбилеев
Стылая февральская Москва. Колючий, пронизывающий ветер. Безнаказанно хулиганя, он то швыряет прямо в лицо или за воротник ледяную, искрящуюся манку, то кружит снежным водоворотом, разгоняя позёмку под ногами. На фоне окружающего черно-белого пространства, только рекламные огни да лица прохожих радуют румяно-красными от мороза красками. И эта картина мрачновата.
А еще, прислушаешься: среди самых обсуждаемых – тема очередного мощного снегопада, что уже на подходе. Изнеженные «ма-асквичи» ропщут: «Как, снежные сугробы подрастут еще на 12-15 сантиметров?! Куда же больше!». Столичные телерепортажи, вечно преувеличивающие буйство стихии, вызывают дружный хохот у сибиряков, не говоря уж о камчедалах и сахалинцах, с их почти четырех-пятиметровыми сугробами. «Ничо, переживем, буднично усмехаются они, разгребая снег лопатами. Главное, чтоб корюшка далеко от берега не ушла. Вот это будет действительно катастрофа!».
Огромная страна! Заботы, помыслы и интересы у людей самые разные! Лично мне в эти сумрачные, морозные дни больше всего не хватает положительных эмоций. Не хватает солнца, красок, позитивной движухи. Где же выход? Чем восполнить психолого-эмоциональный дефицит витамина «D»? Пробежавшись по страницам Инета, тормознулся взглядом у строчки «Зураб Церетели. Выставка работ».
Подумалось: он же не просто знаменитый художник, скульптор, но и грузин. А в Грузии, по воспоминаниям моего далёкого детства, всегда тепло, беззаботно, спокойно и радостно. Там море, солнце, пальмы, там – хо-ро-шо! Что ж, выбор сделан! И погода мне не помеха!
Едва переступив порог Галереи искусств Зураба Церетели, сразу же окунулся в атмосферу большого, незаурядного мастера. Пабло Пикассо, несомненно, был прав, утверждая: «Я вижу в нем (Церетели – авт.) будущего великого живописца. Он прекрасно чувствует цвет, обобщает форму». Этот комплиментарный жест можно было бы развить еще страницы на две-три, но я скромно помалкиваю. Переходя от одной картины к другой, от скульптуры к мозаичному панно, от ярких, эмоционально насыщенных барельефов и витражей к не менее интересным керамическим израсцам, а от них снова к живописным полотнам, с ярко выраженным грузинским акцентом, поражаюсь творческому диапазону мастера.
В живописи и скульптуре я дилетант, обычный созерцатель, но это не мешает мне, как и большинству других посетителей выставки, вытягивать шею у очередной картины, чтобы насладиться сюжетом и точно прописанными деталями, почувствовать твердую кисть художника, обладающего магией сочетания разных цветовых комбинаций, в следствие чего и рождается шедевр. Тот самый, за которым следуют непередаваемые эмоции: внутренняя радость, волнение и трепет, эстетическое наслаждение, а в чем-то даже одухотворенность.
Помнится, у знаменитой примы-балерины Майи Плесецкой как-то спросили, каким должно быть искусство? Улыбнувшись, та ответила: «Каким угодно. Главное – не скучным!». Применительно к Зурабу Церетели, можно со стопроцентной уверенностью сказать: ни одного равнодушного зрителя на его выставках, у его монументальных произведений отродясь не бывало. Сколько жил и творил Мастер, везде его работы сопровождали или восторги публики, или, хоть и редкие, но уж очень язвительные отклики критиков-«доброжелателей», с набором, на мой взгляд, часто субъективных оценок и советов.
Перед тем, как пройти в центральный зал с огромными скульптурами знаменитостей из давней и близкой нам истории, ловлю краем уха спор нескольких бальзаковского возраста женщин со смотрительницей зала, как оказалось, ранее лично знакомой с Зурабом Константиновичем Церетели. Одна из посетительниц выставки явно горячится, пытаясь доказать, что творчество художника вызывает у нее противоречивые чувства. В частности, раздражает его тяга к гигантомании, несоразмерности огромных изваяний окружающему мини-ландшафту. «Взгляните хотя бы на почти стометровый памятник Петру I у слияния реки Москвы и Водоотводного канала – это что?», вопрошает она, пытаясь найти поддержку у окружающих. Те лишь смущенно помалкивают, предпочитая оставить собственное мнение при себе.
Упрёк справедлив, размышляю я, имея ввиду тот размах, с которым Зураб Церетели изваял, к примеру, монумент «Победа» на Поклонной горе в Москве, или «Слезу скорби» в Байонне, что в американском штате Нью-Джерси. Впечатляют размахом памятник «Разрыв блокады» в Санкт-Петербурге и монумент «Дружба навеки», установленный на Тишинке. Но во всех перечисленных случаях, на мой взгляд, размер не размывает общее полотно сюжета. Он – оглушает и лишь усиливает эмоциональную составляющую, не оставляя равнодушным самого «непробиваемого» зрителя.
Отдаляясь физически и мысленно от искушенных дам, затаив дыхание, я приближаюсь к диптиху, запечатлевшему наших утонченных, с изысканным вкусом знаменитых поэтов - Леонида Пастернака и Марину Цветаеву. Впечатляет!
Как и расположившийся неподалеку, с неизменной гитарой, Владимир Высоцкий. Пройдя вдоль «аллеи» самодержцев всероссийских, устремляюсь к самой известной композиции галереи – «Яблоко», расположенной в Зале познания добра и зла. Здесь, несмотря на непогоду, собралась целая толпа китайских туристов. Вслушиваясь в каждое слово экскурсовода-переводчика, они фоткаются на память, хихикают у пикантных деталей произведения, пытаются каждый по-своему понять еще одну грань загадочной русской души, исполненной знаменитым художником.
Находясь в галерее Зураба Церетели, невольно испытываешь двойное удовольствие: от творчества Мастера и от реакции на увиденное многочисленных посетителей. Один из них, с явно вологодским акцентом, просит сфотографировать его не просто со скульптурой экс-мэра Москвы Юрия Лужкова и его метлой, но обязательно с... рваным башмаком, из которого выглядывает большой палец ноги.
«Ха-ха-ха, смеется он, как здорово автор подметил!». Многие, с удивлением для себя, замечают скульптурные портреты принцессы Дианы, Чарли Чаплина, знаменитой тройки – Черчилля, Рузвельта и Сталина в период их встречи на Ялтинской конференции в Ливадии. Обилие экспонатов и лиц, включая наших современников, просто поражает! Творческая плодовитость – необыкновенная! При этом, видимо, в пику своим недоброжелателям, Мастер не заполонил все пространство галереи лишь собственными работами. Достойное место, к примеру, отдано грузинскому художнику Нико Пиросмани.
«Что их связывает?», часто интересуются посетители. Оказывается, Пиросмани, в отличие от Зураба Церетели, парижских и тбилисских академий не заканчивал, творческих поездок-стажировок по Европам не совершал. И все же, будучи талантливым самоучкой-самородком, всегда отличался творческой самобытностью, уникальным изобразительным почерком. Церетели очень ценил произведения своего земляка, работавшего в стиле примитивизма, был с ним на одной творческой волне и конечно же делал все, чтобы его работы обрели своих почитателей в стенах галереи.
Напитавшись новыми впечатления, некоторое время я просто посидел на скамейке, размышляя о том о сём. Подумалось: редко кому из художников мирового уровня удавалось вволю погреться в лучах собственной славы при жизни. Зурабу Церетели это удалось. Его творчество хорошо знают в России и за рубежом. Он всегда был ценим и востребован. И его золотая звезда Героя Труда Российской Федерации – вполне заслуженная! Сам Зураб Константинович, не раз подчеркивал: «Я не герой, но трудиться люблю!». Так и есть! Даже возникающие творческие паузы, он старался заполнять работой: мысленной обкаткой новых идей, экспериментами, пробой себя в самых разных ипостасях.
Он никогда не был привязан к своей столичной мастерской, был лёгок на подъем, если предстояли поездки по стране. И совершал он их не ради почестей и славы, а все той же работы, максимальной самореализации. Скажем, пребывая в Ульяновске, взялся оформить огромный мозаичный бассейн «Морское дно», ставший в последующем объектом культурного наследия. Здесь художник опробовал на практике им же разработанную технику объемной эмали. Кусочки смальты он укладывал таким образом, чтобы под водой они «играли красками», создавали эффект живой ряби. И подобных идей Мастера – не счесть!
В апреле 2025-го наш замечательный генацвале, великий своими делами советский, российский, грузинский живописец, скульптор и педагог Зураб Церетели покинул этот мир. Мы все скорбим, но наша скорбь светла, поскольку всякий желающий может в полной мере воспользоваться прощальным подарком Мастера – Музеем современного искусства его имени. Зураб Церетели на собственные средства приобрел особняк на Петровке, 25 и передал его в безвозмездное пользование властям города на то время, пока там будет находиться музей.
Любители русского авангарда, нонконформисты, молодые художники, все почитатели таланта Зураба Церетели, Нико Пиросмани, других мастеров живописи всегда найдут здесь свою порцию вдохновения, позитива, эстетического наслаждения от соприкосновения с прекрасным.
А что вы думаете о великом художнике и его творчестве?