О непринятии, отчуждении, о тайне, которая разделяет с миром внешним и внутренним, о мольбе о помощи, о выборе, о будущем и много еще о чем.
2008 год, Москва, Павелецкая, 1-е гинекологическое отделение больницы, нас в палате 8 человек, и мы все разные. Трое с замершей беременностью, две на аборт, две на сохранении, одна с осложнениями после аборта, одна с вросшей спиралью. Я одна из трех, одна из восьми.
2024, Москва, Ботанический сад, зал для просмотра кино, нас 13 человек, и мы все разные. Я одна из одной, одна из тринадцати.
Мы все разные. Палата в гинекологии одна.
С этого образа мы с коллегами-аналитиками на киносеминаре зашли в фильм «Событие», 2021, Франция.
Он не про аборты и про чье тело — чье дело.
Фильм о вынашивании, о рождении, о смерти не только человеческих детей, но и идей, отношений, желаний, мечт. Он о выборе, в котором всегда есть потеря. Всегда. Потому как, говоря чему-то «да», мы одновременно говорим чему-то «нет». Таково взросление. Выбор есть всегда.
Проживая фильм через свой опыт и опыт коллег, я вспомнила свою первую беременность, ту самую палату, в которой мы становились самыми близкими друг другу. Девочек, с которыми потом встречались и спали на одном диване, проживая боль нерожденных и не выношенных детей, боль утраченных фантазий о будущем с ними, о себе рядом с ними. Вспоминала, как сузился тогда тоннель мышления до размеров боли утраты, как казалось, что нет выбора, и как это мышление изменилось за 16 лет, сколько в нем стало свободы.
«Какая ты баба, раз не смогла выносить и родить».
Я оплакивала этот ярлык, который на меня повесил несостоявшийся отец моего ребенка. Оплакивала факт его существования в текущей реальности у многих женщин. Не так страшен его внешний голос, как тот, что звучит внутри каждой из них.
Вспомнила свой страх,
когда забеременела спустя много лет второй раз, страх повторения и страх окончания привычной жизни. Как на этом страхе училась одновременно в магистратуре, ассоциации аналитических психологов, сексологии и много где еще. Чтобы ребенок «не победил». Как жалела потом об этом. Как принимала свое материнство и себя в нем.
Послеродовая депрессия.
Я думала о своих клиентках с послеродовой депрессией, которые выбиваются из сил, чтобы сократить пропасть между жизнью до детей и после. Через боль, отчаяние и бессилие принимают реальность такой, какая она есть. Как мало у них поддержки, как много штампов: «Ты должна быть счастлива!», «Ты должна любить!», «Отчего ты устаешь, дома с ребенком сидя?».
Она все знает.
Мы собрали образ той тетки из старой гинекологии, которая точно знает, что тебе надо делать, чтобы быть частью коллективного женского. Нашли эту тетку внутри себя, посмотрели ей в глаза и не испугались. Мы были вместе, каждая со своей историей печали и грусти, отдельные и единые.
В последнем кадре звучат строки из романа Виктора Гюго «Отверженные».
Именно так чувствовала каждая из нас в разные отрезки своей гинекологической жизни.
Особо хочу отметить удивительную синхронию: последний экзамен главной героини в фильме состоялся 5 июля, наш киноклуб проходил именно в этот день.
📌Если у вас есть травматичный опыт по буквальной теме фильма — не смотрите его, берегите себя, там есть очень жесткие кадры.
А будете смотреть — обязательно помните: этот фильм не ставит вопросов, не участвует в политике и дискуссиях, он просто есть, как та реальность, которая в нем показана.