Именем Велесовым заклинаемые!
Сюда идите, искать помогите
Внучке Даждьбожьей Аляне.
Поднимается ветер, дует в лицо нежно, как обнимает. Говорю, что мне нужно передать маме и бабушке. Ветер пропал. Сама пока брожу между могил, ничего не ищу, хожу бесцельно. И набредаю на братскую могилу. Чувствую боль, много боли. Она, как кипящее масло, разливается по телу. От такой боли присаживаюсь в углу ограды, начинаю плакать.
— Не плачь, э! — слышу голос. — Хочешь, я тебе помогу? Шаман однако!
Оборачиваюсь. Мужчина невысокого роста, с тёмными, слегка раскосыми глазами и смуглой кожей. Его лицо украшает лёгкая щетина, а на голове короткие тёмные волосы. В руках — пилотка.
Первая реакция — бежать!
— Мама дорогая! Ноги мои, ноги, выносите мою пятую точку, ищущую себе приключения!
Вскакиваю, поворачиваюсь, чтоб дать стрекача, и вскрикиваю:
— О, Боги!!!
Вся поляна перед братской могилой кишит солдатами. Похоже, я схожу с ума! Пячусь назад и слышу:
— Не бойся, дочка, мы тебя не обидим.
— М-м-м, мож-ж-жно я по-по пойду? — заикаюсь.
— А ты нас видишь?
Киваю головой.Крик — Она нас видит!!! — топот, и гам. В мою сторону бегут, прямо сквозь ограду!
— Твою мать! Они — духи! - охаю я .
— Дочка, э-э-э, ты дыши!
Точно, я забываю дышать от потрясения. Оглядываю это множество лиц: молодых, пожилых, не бритых и тех, у кого ещё нечего брить. И в голове вспышка!— Говорю, подождите, я сейчас! — и начинаю пробираться к выходу, стараясь обходить фигуры на моём пути, а они начинают расступаться.
И уже на выходе слышу:
— А ты точно вернёшься?
Оглядываюсь. Совсем юный, от силы лет 15.
— Смотрю ему в глаза и говорю: — Конечно! Ты же мне веришь?
— Да, — отвечает. — Да.
— Значит, жди! Я быстро!
И как ураган несусь в машину, перепрыгивая через поваленные деревья и могильные камни. Открываю машину, шарюсь в бардачке, выгребаю всё на сиденье, хватаю бумажный стакан, жвачку, карамельку исследую дальше. В машине, в дверном кармане, нахожу семечки. Открываю заднюю дверь: «О, это прямо богачество!» Пачка сигарет и стограммовая бутылочка водки (она предполагалась в мою коллекцию, но сейчас пришлась как нельзя кстати). В багажнике нахожу рассыпанное пшено, тоже собираю в карман и, как лось, ломая кусты, бегу обратно.Запыхавшись, прибегаю и слышу:
— О-о-о, малец, гляди-ка, не обманула! — говорит суровый мужчина с окладистой бородой.
— А я знал! — восторженно смотрит на меня ясноглазый парень.
Я начинаю выкладывать на тарелочку стоящую на памятнике - карамельку. Парень взвизгивает и нюхает её, поворачивается, улыбаясь. Замечаю на его щеках ямочки.
— Спасибо, — говорит мне. — Сладко-то как, ммм, вкуснота!
Достаю жвачку, высыпаю подушечки.
— А енто что? — спрашивает.
— Это жевательная резинка, помогает, э-э-э, ну, типа чистит зубы, — говорю я.
Он нюхает.
— Ммм, вкусно! А что за вкус, не пойму?
— Лимон и манго, — говорю я, глядя на фантик.
— Люмон, — вторит он мне.
Духи начинают подходить и так же нюхать.Цокать языками, переговариваться. Рассыпаю семечки и пшено для птиц, немного смущаюсь и говорю:
— Простите, я оказалась не готова к такой встрече. Мне даже нечем вас угостить.
— Спаси бог, дочка, — говорит мужчина с бородой, и на его глазах блеснула слеза. Отворачивается, смахивает и улыбается мне.
— К нам давно уже никто не ходит, — говорит паренёк.
— Село опустело, церковь развалилась, про нас забыли, — слышу со всех сторон.
— Раньше пионеры приходили, старушки на Пасху, — теперь уже плачу я. — Простите нас, пожалуйста. Мы не забыли, просто там... там снова война, и там мой... мой сын. Ну... вы не подумайте, я не знала, что вы тут. Я просто случайно сюда попала. Я ничего не буду просить, — говорю я.
— Ну и дура! — слышу за спиной. Молодой парень лет 25 в матросской тельняшке повторяет: — Дура.— Говорю, я слышишь?
— Слышу, — отвечаю я.
— Проси, наоборот, проси! Глянь, нас сколько! Это мы не доделали, мы упустили, раз это снова расцвело махровым цветом.
— Правильно, однако, Васька, ты всё говоришь, — говорит мужчина , встретивший меня.
Лезу в карман за платком, чтоб не шмыгать носом перед ЛЮДЬМИ, и понимаю, что не всё ещё. Достаю сигареты под воодушевленное мужское «о-о-о-о-о-о-о!». Вскрываю пачку и раскладываю сигареты. Нюхают, потирают руки, кряхтят, от удовольствия .
Достаю бутылочку, — в гробовой тишине -я-я-я, я не знаю, может, нельзя, трою я...
— Ну конечно, смотреть на неё будем. Эх, наливай! — кричит парень в тельняшке.
Я ставлю стакан и шепчу:
— Пусть будет мир, и парни вернутся домой! И всё у нас будет хорошо!
— За это и я тоже, — говорит мужчина с бородой, нюхает, щурится, снимает пилотку и ударяет ей о колено.— Эх, и крепка ты, советска то власть, — говорит. Все смеются и по очереди подходят к бумажному стакану.
— Ты же Парфирич старовер, тебе нельзя, — говорит мужчина в круглых очках.
— Молчи ужо, баламошка! Слыхал, девка кажет, опять оно того. Помочь требно! — подняв палец вверх, гудит бородач.
— Ну раз требно, значит, поможем, чем сможем, — говорит Васька, и отовсюду несётся: — Да, конечно, поможем! Не сомневайся, мы завсегда.
Мужчина в очках приглашает сесть рядом.
— Иди, расскажи всё по порядку, а мы покумекаем.
Я рассказываю про текущую ситуацию и про своих дедов: как мой Иван Петрович, сапёр, который ушёл от троих детей на войну и провоевавший всего полгода, тоже, наверное, забытый, лежит на Смоленской земле в несуществующем на данный момент селе. А второй прадед, Андриан Васильевич, и вовсе пропал без следа.
— Ты молодец, дочка, — говорит мужчина в очках. — Помни и не забывай, и детям, и внукам передай. Только вместе ближе к корням мы сильны.
Подул ветер мне в спину.
— Тебе, однако, пора, дочка! — киваю головой, прощаюсь и говорю в сторону ветра:— Да, поняла, я поняла, ухожу.
Выбираюсь, стряхиваю с себя энергию погоста и иду к машине. Опа-опа, и что мы тут крутимся ? — кричу подростку у машины. Оборачивается. — Ого, здрасьте, это ж карманная волчица.
— Привет, ты решила и моё место у меня забрать, как работу?— Вскинулась она на меня.
— Воу-воу-воу, потише, дорогая, я не знала, что это чьё-то место, я недавно тут. А работу просто нашла в объявлениях,
—Правда?
—А с чего бы мне врать?
— Ну да, а как тебя зовут?
— Аляна можно Ляна.
— И я Ляна, Смиляна.
— Хорошо, Смиляна, я уже уезжаю и постараюсь не приезжать на "твои" территории, говорю я и пытаюсь открыть дверь машины, но и ты заруби себе на своём любопытном носу! Стоит у меня за спиной! Вот ведь коза! Думаю я — Стоять у волка за спиной а-опасно б-очень опасно Резко оборачиваюсь, она смотрит на меня.— Никогда слышишь, никогда не стой у меня за спиной! Не зли мою волчицу!