Здорово, мужики! С вами снова Артем Кириллов и наш «Дачный переполох».
Сегодня тема будет непростая, я бы даже сказал — житейская до зубовного скрежета. Обычно мы тут с вами про что толкуем? Как фундамент залить, чтобы на века, как с колорадским жуком воевать или какую баньку я на участке срубил — соседи обзавидовались. Это все дела понятные, хозяйские. Руки приложил — результат получил.
Но есть на даче вредители пострашнее тли или кротов. Тлю можно химией потравить, крота — отпугивателем. А что делать, когда вредитель — это родня твоей жены, которая приехала «на пару дней подышать воздухом», а присосалась так, что клещи отдыхают?
В общем, накипело у меня, братцы. Расскажу как на духу, как я три месяца терпел в своем собственном доме нахлебницу, и чем это кончилось. Может, кому мой опыт пригодится, потому что ситуация, как я погляжу, в народе распространенная.
Начало «отпуска»
Все началось еще в начале июня. Звонит моей супруге её младшая сестра, Светлана. Ей тридцать с хвостиком, в городе живет, вся из себя такая «в поиске себя». Говорит: «Ой, Марин, в городе дышать нечем, асфальт плавится, работа достала (хотя она там на полставки бумажки перекладывает), можно я к вам на дачу на выходные приеду? Шашлычка поедим, я хоть высплюсь».
Ну, я человек незлобивый. Гости — это хорошо, когда они званые и ненадолго. Тем более, я как раз гостевой домик до ума довел. Сам, своими руками, два года его строил, каждую досочку шлифовал, утеплил на совесть. Думаю, пусть приедет девка, отдохнет. Жена тоже обрадовалась, сестра все-таки.
Приехала Светлана в пятницу вечером. Мы стол накрыли, я мангал разжег, мясо замариновал по своему фирменному рецепту. Посидели хорошо. Она все жаловалась на городскую жизнь, на начальство-самодуров, на то, что мужики нормальные перевелись. Я слушал вполуха, поддакивал из вежливости. Мое дело — семью обеспечить и дом содержать в порядке, а не в бабские разговоры вникать.
Выходные пролетели. Наступил понедельник. Я на работу собираюсь (я хоть и на даче живу, а в город мотаюсь, деньги сами себя не заработают). Светлана вроде как собираться должна. А она выходит к завтраку в двенадцать дня, потягивается и заявляет:
— Ой, Артем, Марин, тут так хорошо! Птички поют, воздух свежий... Я, наверное, еще на недельку останусь. Возьму отпуск за свой счет, мне надо нервы восстановить.
Я на жену посмотрел — она плечами пожимает, улыбается виновато. Ну, думаю, ладно. Неделя так неделя. Места не жалко, дом большой.
Как «неделька» растянулась на лето
Мужики, вы уже поняли, к чему дело шло. Прошла неделя. Потом вторая. Потом месяц закончился. На дворе июль, жара, самый сенокос в плане огородных дел. А Светлана наша никуда не собирается.
И ладно бы она просто жила. Я человек простой, мне не жалко угла. Но тут началось то, что меня стало конкретно напрягать.
Во-первых, она вела себя не как гостья, а как будто в санаторий «все включено» приехала. Вставала она не раньше полудня. Пока я уже с пяти утра на ногах — то полив, пока солнце не печет, то траву косить, то забор подправить, рук не покладая, — она только глаза продирает.
Выйдет на веранду, сядет в плетеное кресло (которое я, кстати, сам сделал) с чашкой кофе и телефоном, и сидит там часами. Или в гамаке валяется.
Помощи по дому — ноль. Жена моя, Марина, тоже работает, правда, удаленно, но это не значит, что она баклуши бьет. Ей и обед приготовь, и в доме прибери, и на грядках порядок наведи. А сестра её палец о палец не ударит.
— Света, — говорю как-то раз, — ты бы хоть Марине помогла салат порезать, видишь, она зашивается.
А она мне, не отрываясь от экрана смартфона:
— Ой, Артем, я так устала от этой готовки в городе, я же отдыхать приехала. И вообще, у меня маникюр свежий.
Маникюр у нее, понимаешь! А у моей жены руки в земле — это нормально.
Финансовый вопрос — самый больной
Но самое главное, что меня бесило — это, извините за прямоту, жратва. Я мужик, я привык семью кормить. Но когда у тебя на шее появляется лишний рот, который ни копейки в общий котел не вносит, это начинает напрягать.
За три месяца Светлана ни разу не купила в дом даже буханки хлеба. Ни разу!
Мы каждые выходные ездим в гипермаркет закупаться. Тележка с горкой, сами знаете нынешние цены. Мясо, овощи (свои еще не пошли тогда), молочка, фрукты. Тысяч на пятнадцать-двадцать за раз оставляем.
Светлана с нами не ездила — «ой, там шумно, очереди». Зато когда мы приезжали и разгружали пакеты, она первая бежала смотреть, что вкусненького привезли.
— А вы мои любимые йогурты с маракуйей не купили? — спрашивает она как-то, роясь в пакетах. — Я же просила.
— Нет, — говорю, сдерживаясь, — забыл. Мы купили то, что нужно для семьи. Картошку, курицу, крупы.
Она губки надула:
— Ну вот, придется без завтрака остаться.
Или прихожу я вечером после работы, уставший как собака. Весь день на объекте (я строительством занимаюсь), потом еще на участке два часа с лопатой упражнялся, траншею под новый водопровод копал. Думаю: сейчас приду, жена борща нальет, котлетку домашнюю съем.
Захожу на кухню, открываю холодильник. Борщ есть. А котлет нет. Хотя утром была полная сковородка.
Спрашиваю жену:
— Марин, а где котлеты?
Жена глаза прячет:
— Ну... Света днем проголодалась, поела.
Я к Свете. Она лежит на диване, сериал смотрит.
— Свет, ты что, пять котлет за раз съела?
— Ну да, — говорит невозмутимо. — Я весь день на свежем воздухе, аппетит разыгрался. А что, тебе жалко? Ты же мужик, должен радоваться, что у женщины хороший аппетит.
Мне не жалко, мужики. Но когда я пашу, а она лежит и жрет мое мясо, за которое я деньги заработал, — меня начинает трясти. Это уже не гостеприимство, это паразитизм чистой воды.
Коммуналка тоже выросла. Вода у нас из скважины, но насос электричество жрет. Септик откачивать надо чаще. Светлана любила в душе по часу плескаться, воду лила немерено. Бойлер на 100 литров выливала подчистую, мне потом ждать приходилось, чтобы ополоснуться после стройки.
Разговоры с женой
Я жене начал высказывать. Мягко сначала.
— Марин, — говорю, — тебе не кажется, что Света загостилась? Она вообще планирует на работу выходить, за квартиру свою платить?
— Артем, ну потерпи, — Марина моя добрая душа, все пытается углы сгладить. — У нее сейчас сложный период, депрессия. Она же моя сестра, я не могу её выгнать.
— Депрессия? — говорю. — У нее депрессия очень хорошо лечится за наш счет. Она тут живет как у Христа за пазухой. Не работает, не готовит, не убирает, только ест и спит. Это не депрессия, Марин, это наглость.
Жена вздыхала, обещала поговорить с сестрой. Но, видимо, разговоры эти были такие же мягкие, как и сама Марина. Светлана только кивала и продолжала жить в свое удовольствие.
Кульминация: последняя капля
Наступил август. Жара спала, пошел урожай. Мы с Мариной в выходные крутимся как белки в колесе: огурцы солим, помидоры крутим, компоты варим. Я яблоки собираю, тачками их вожу, сок жму. Марина на кухне вся в пару, банки стерилизует.
А Светлана лежит в гамаке с книжкой.
И вот, суббота, вечер. Мы умотались вусмерть. Я только закончил летний душ ремонтировать, там бак потек. Весь грязный, потный. Марина еле на ногах стоит после закаток.
Заходим на веранду перевести дух. А там сидит Светлана, пьет чай с нашими, только что сваренными, малиновым вареньем (которое Марина полдня варила!) и говорит с претензией:
— Ребята, а что у нас на ужин? Я уже проголодалась. И, кстати, Артем, ты когда траву за баней покосишь? Там комары плодятся, меня вчера искусали.
И вот тут, мужики, у меня планка упала. Вот просто перемкнуло что-то в голове. Я вспомнил все: и сожранные котлеты, и счета за свет, и ее «маникюр», и то, как я горбачусь, а она мне указывает, где косить.
Я глубоко вздохнул, отодвинул стул и сел напротив нее. Очень спокойно сел.
— Значит так, Света, — сказал я голосом, от которого у меня самого мурашки пошли. — Ужин сегодня будет тот, который ты сама приготовишь. Из продуктов, которые ты сама купишь.
Она глаза вытаращила, ложку с вареньем до рта не донесла:
— В смысле? Артем, ты чего? Какая муха тебя укусила?
— Никакая муха, — говорю. — Просто аттракцион невиданной щедрости закрывается. Ты живешь в моем доме три месяца. Ешь мою еду. Пользуешься моим электричеством и водой. Ты палец о палец не ударила, чтобы помочь моей жене, своей сестре. Ты ведешь себя не как гостья, а как барыня.
Она попыталась что-то вякнуть про «родственные чувства», но я ее перебил жестко:
— Слушай сюда. Я тут посчитал на досуге. Питание одного взрослого человека, плюс коммуналка, плюс мелочи всякие — это минимум 20-25 тысяч в месяц. Ты прожила три. Итого с тебя семьдесят тысяч рублей. Это по-родственному, без учета аренды жилья.
Она поперхнулась чаем:
— Ты что, с ума сошел?! Какие деньги? Я же сестра!
— Сестра — это когда помогают друг другу, — отрезал я. — А когда один пашет, а другой на его шее сидит — это называется паразит. В общем так. Сейчас семь вечера. Чтобы завтра к утру духу твоего здесь не было. Собирай вещички и в город. «Искать себя» будешь там.
Марина попыталась было вмешаться, слезы на глазах: «Артем, ну зачем так резко...».
Я на жену посмотрел и говорю: «Марина, не вмешивайся. Я хозяин в этом доме. Я терплю долго, но мое терпение кончилось. Или она завтра уезжает, или я не знаю, что сделаю».
Развязка
Светлана устроила истерику. Назвала меня жмотом, куркулем, тираном и деспотом, который третирует бедную родственницу. Кричала, что я Марину в рабство взял и что ноги ее в моем доме больше не будет.
Я молча слушал этот концерт. Потом просто встал и пошел в мастерскую, чтобы не сорваться окончательно.
Утром я проснулся рано. Вышел на крыльцо. Смотрю — Светлана стоит с чемоданом, заплаканная, ждет такси. Марина рядом стоит, тоже носом хлюпает, пакет ей с собой сует (наверняка с банками нашими).
Светлана на меня даже не посмотрела, демонстративно отвернулась. Села в такси и уехала.
И знаете что, мужики? Как только машина скрылась за поворотом, я почувствовал такое облегчение, будто мешок цемента с плеч сбросил. Воздух на участке сразу стал чище.
Да, жена потом полдня дулась, плакала, говорила, что я жестокий. Но я видел по ее глазам, что она тоже вздохнула свободно. Вечером мы сели ужинать — вдвоем, в тишине. Никто не ныл, не требовал йогуртов, не смотрел сериалы на полной громкости. Красота!
Вывод
С тех пор прошел месяц. Светлана с нами не общается, обиделась смертельно. Да и слава богу. Я считаю так: гостеприимство — это святое, но только до тех пор, пока гость уважает хозяина и его труд. А когда начинается потребительство и наглость — надо гнать таких «гостей» в шею, невзирая на родственные связи.
Я свой дом и достаток горбом зарабатываю, и кормить здоровых, ленивых лбов не нанимался. Уж простите за прямоту, я человек деревенский, привык вещи своими именами называть.
А у вас были такие «профессиональные гости»? Как вы с ними боролись? Или я один такой злой и негостеприимный оказался? Пишите в комментариях, обсудим. Мне правда интересно, может, я и правда перегнул палку? Хотя совесть моя чиста.
Всем добра и чтобы в вашем доме были только желанные гости!