Здорово, мужики! С вами Артем Кириллов и канал «Дачный переполох». Сегодня будет не про то, как я теплицу на совесть укрепил или какой сорт помидоров у меня в этом году вымахал, что соседи обзавидовались. Сегодня разговор будет тяжелый, про наши с вами кровные денежки и про тех, кто считает, что их можно безнаказанно по карманам тырить.
Накипело, братцы, сил нет молчать.
Вы же знаете, я человек простой. Звезд с неба не хватаю, все своим горбом зарабатываю. Участок свой люблю, каждый гвоздь тут моими руками забит, каждая грядка потом полита. Я не из тех городских белоручек, что приезжают на дачу только шашлык пожарить да музыку на всю катушку врубить. Я здесь живу, я здесь работаю, я здесь душу вкладываю. И когда дело касается общих нужд нашего СНТ – я никогда в кусты не прячусь. Надо на трансформатор скинуться – пожалуйста, надо забор общий поправить – я первый с инструментом выхожу. Потому что понимаю: общее – это тоже мое.
Но есть у нас в товариществе одна беда. И зовут эту беду – Олег Петрович, наш председатель.
Мужик он, с виду, солидный. На собраниях всегда в чистой рубашечке, говорит складно, сыпет терминами всякими – «целевые взносы», «сметная стоимость», «подрядная организация». Городской, сразу видно. У самого участок – загляденье, газончик пострижен, дом – полная чаша, рабочие у него там постоянно крутятся. А сам он тяжелее ручки ничего не поднимал, наверное.
И вот, значит, весеннее собрание у нас. Снег только сошел, дороги развезло так, что я на своем «Патриоте» с трудом пробираюсь, а пузотерки соседские и вовсе на въезде вязнут. Народ злой, конечно.
Выходит Олег Петрович, весь такой важный, и начинает нам втирать. Мол, дороги в ужасном состоянии (да ладно, Колумб!), нужна капитальная реконструкция. Не просто грейдером пройтись, а щебнем отсыпать, асфальтовой крошкой укатать. В общем, планов громадье.
— И поэтому, — говорит он, не моргнув глазом, — правление постановило собрать дополнительный целевой взнос. По семь тысяч рублей с участка. Срочно, до конца мая, чтобы успеть в сезон.
По толпе ропот пошел. Семь тысяч! Это вам не баран чихнул. У нас тут пенсионеров половина, для них это деньги серьезные. Баба Маня с третьей линии чуть не плачет стоит: «Олежек, милок, да где ж я возьму-то столько сразу? Я ж только за свет расплатилась…»
А Олег Петрович только руками разводит:
— Мария Ивановна, ну вы же хотите по хорошей дороге ходить? Все хотят. Это для общего блага. Иначе вообще проехать не сможем.
Я стою, слушаю этот цирк, и у меня кулаки сами собой сжимаются.
— Петрович, — говорю я громко, перебивая его сладкие речи. — А позволь спросить, где деньги с прошлого года? Мы же сдавали по три тысячи на ямочный ремонт. Ты нам тогда тоже золотые горы обещал. И где он, этот ремонт? Я вон на второй линии позавчера чуть глушитель не оставил в яме, которую ты еще в том году обещал засыпать.
Он сразу напрягся, глазки забегали.
— Артем Николаевич, не надо демагогии. Деньги были освоены согласно смете. Дожди прошли, все размыло, грунт у нас сложный, вы же понимаете…
— Я понимаю, что ты нам лапшу на уши вешаешь, — говорю я уже конкретно. — Какой грунт? Ты там полмашины песка высыпал и трактором разровнял – вот и весь твой «ремонт». Короче, я платить не буду, пока не увижу отчет за прошлый год. С чеками, с актами выполненных работ. Имею право, я член СНТ.
Что тут началось! Председатель аж пятнами пошел:
— Да как вы смеете! Вы срываете общее дело! Из-за таких вот единоличников мы в грязи и сидим! Документы у бухгалтера, бухгалтер в отпуске, приедет – покажем.
Знаем мы эти «в отпуске». Короче, собрание закончилось скандалом. Половина народу, запуганная «непроезжими дорогами», покорно поплелась в правление деньги сдавать. А другая половина, глядя на меня, тоже в позу встала.
Я решил: дело так не оставлю. Я мужик упертый, если чувствую, что меня за дурака держат – до конца пойду. Начал я свое расследование.
Первым делом, конечно, пошел в правление, когда бухгалтерша из «отпуска» вернулась. Женщина она дерганая, видно, что председателя боится как огня. Требую документы за прошлый год по дорогам. Она мне сует какую-то филькину грамоту – смету, на коленке нарисованную. «Отсыпка дороги – 300 тысяч рублей». И все. Ни договора с подрядчиком, ни актов приемки, где было бы написано, сколько кубов щебня привезено, сколько часов техника работала.
— А где первичка? — спрашиваю. — Где платежки? Кому деньги переводили?
— Это конфиденциальная информация, — лепечет она. — Олег Петрович запретил показывать.
Ага, конфиденциальная. Мои деньги – и от меня же конфиденциально ушли. Ну, думаю, ладно. Зайдем с другой стороны.
Я ж строительством помаленьку занимаюсь, бани рублю, беседки. Связи кой-какие есть, знаю, сколько что стоит на самом деле. Начал я обзванивать знакомых водил, кто на самосвалах работает. Спрашиваю: возили в прошлом году к нам в СНТ «Ромашка» щебень или крошку в больших объемах?
Один знакомый, Серега, говорит:
— В «Ромашку»? Да, возили пару раз. Но не щебень, а бой кирпичный, мусор строительный, по сути. И не на дороги сыпали, а в овраг за правлением, там кто-то участок себе выравнивал.
У меня аж в глазах потемнело. Вот, значит, какой «ямочный ремонт»! Мусор строительный они, видите ли, утилизировали за наш счет.
Но это были еще цветочки. Ягодки начались, когда я решил проверить ту контору, которая по документам (которые я все-таки клещами вытянул потом) должна была нам «новые дороги» за 7 тысяч с носа делать.
Фирма называлась громко – ООО «СпецДорСтройСервис». Звучит? Звучит. Полез я в интернет, пробивать эту контору по ИНН. Я хоть и не хакер, но сейчас в открытом доступе много чего найти можно, если знать, где искать.
И что вы думаете, мужики? Фирма зарегистрирована три месяца назад. Уставной капитал – 10 тысяч рублей. Директор и учредитель – какой-то паренек 22 лет от роду. А самое интересное – юридический адрес. Знаете, где? В соседнем поселке, в здании общежития.
Я не поленился, съездил туда. Стоит обшарпанная общага. Вахтерша на входе, божий одуванчик. Спрашиваю: «Бабуль, есть тут у вас такой «СпецДорСтройСервис»?» Она на меня смотрит как на инопланетянина: «Какой сервис, милок? Тут студенты живут да гастарбайтеры».
Понятно вам, да? Фирма-однодневка, «помойка», созданная специально под распил наших с вами денег. Никакой техники у них нет, никаких рабочих. Просто прокладка, чтобы деньги обналичить и по карманам рассовать.
Вот тут меня накрыло уже по-настоящему. Это ж какой наглостью надо обладать! Смотреть в глаза старикам, которые последние копейки несут, и знать, что ты эти деньги просто украдешь!
Я собрал всю эту информацию. Распечатал выписки из налоговой, сфотографировал ту общагу. Нашел пару мужиков с нашей улицы, таких же неравнодушных, показал им все. У них тоже глаза на лоб полезли.
Решили мы собрать внеочередное собрание. По уставу положено – если инициативная группа собирает подписи, правление обязано провести. Собрали подписи быстро – народ-то видит, что творится.
Олег Петрович пытался брыкаться. Объявления наши срывал, слухи пускал, что я, мол, сам в председатели мечу, вот и мучу воду. Но народ уже было не остановить.
Собрались мы в субботу у правления. Народу пришло – тьма, даже те, кто обычно на грядках кверху воронкой торчит. Чувствуют, жареным пахнет.
Вышел председатель, уже не такой лощеный, галстук набок съехал. Пытался опять свою шарманку завести про «демагогов» и «срыв сроков».
Но я ему слова не дал сказать. Вышел вперед и разложил все по полочкам. Громко, чтобы все слышали.
— Вот, — говорю, — смотрите, люди добрые. Вот фирма, которой наш председатель хотел ваши миллионы отдать. Ей три месяца от роду, и находится она в общаге. Как вы думаете, построят они нам дороги?
Толпа загудела. Баба Маня за сердце схватилась.
— А вот, — продолжаю я, — информация про прошлогодний ремонт. Кирпичный бой вместо щебня, и тот не на дороги пошел, а кому-то на участок. Олег Петрович, может, расскажешь нам, чей это участок в овраге за правлением? Не твоего ли зятя, который там стройку затеял?
Председатель стоял белый как мел. Пытался что-то возразить, про «клевету», про «я буду жаловаться». Но его уже никто не слушал. Мужики, которые поздоровее, подошли к нему вплотную. Разговор пошел уже другой, чисто мужской, без протоколов.
— Ты, Петрович, нас за лохов не держи, — сказал ему Михалыч, бывший десантник. — Мы тут горбатимся, а ты на наших шеях в рай въехать хочешь? Где деньги, Зин?
Короче, приперли мы его к стенке фактами. Пришлось ему признаться, что «были допущены ошибки в выборе подрядчика», что он «недосмотрел». Ага, недосмотрел он.
Итог такой. Собрание проголосовало за недоверие председателю. Выбрали ревизионную комиссию из наших, проверенных мужиков, чтобы всю бухгалтерию перетрясли за последние три года. Олега Петровича обязали вернуть то, что уже успели собрать (хотя там немного было, самые доверчивые только сдали). А прокуратура, куда мы коллективное заявление написали, теперь разбирается с этим «СпецДорСтройСервисом» и прошлыми «ремонтами».
Олег Петрович дом свой на продажу выставил, съезжать собирается. Говорит, климат ему тут не подходит, атмосфера недружелюбная. Ну да, конечно. Когда воровать не дают – атмосфера сразу портится.
А дороги мы решили делать сами. Наняли нормальную технику, скинулись напрямую, без всяких мутных посредников, выбрали старшего по улице, который каждый «КамАЗ» со щебнем лично встречает и контролирует, куда его сыплют. И знаете, выходит дешевле, чем Петрович насчитывал. И работа идет. Потому что когда делаешь для себя и на совесть, а не для того, чтобы карман набить – оно всегда лучше получается.
Вот такая история, братцы. Мораль тут простая: не будьте лопухами. СНТ – это не кормушка для хитроделанных председателей, это наше с вами общее хозяйство. И если мы сами не будем следить за тем, куда наши деньги уходят, нас так и будут стричь, как овец. Не стесняйтесь требовать отчеты, проверяйте сметы, не верьте красивым словам. Доверяй, но проверяй – золотое правило.
А у вас в СНТ как дела обстоят? Тоже поборы непонятные или председатель честный попался? Были случаи, когда за руку ловили таких вот «благодетелей»? Пишите в комментариях, обсудим. Надо делиться опытом, чтобы жулью всякому неповадно было наживаться на простом народе.
С вами был Артем Кириллов, держите ухо востро и не давайте себя в обиду!