ПРИТЧА О МОДЕЛИ, КОТОРУЮ УКРАЛИ ИЗ АДА
В Аду случилось великое событие. Дьявол, уставший от однообразия классических пыток (сковородки, смола, вилы — всё это так приелось за миллиарды лет), собрал совет своих лучших демонов-изобретателей.
— Господа, — сказал он, постукивая копытом по трибуне. — Рынок требует нового продукта. Грешники привыкли к огню, они его уже не боятся. Нужно что-то... более изысканное. Более мучительное. Более вечное.
Демоны зашумели. Один предлагал бесконечные очереди в банках. Другой — вечные звонки в техподдержку. Третий — бесконечное ожидание смс с кодом подтверждения.
— Всё не то, — морщился Дьявол. — Это уже есть на Земле. Мы должны дать им что-то, чего у них нет. Что-то, что будет мучить их изнутри.
И тогда выступил вперёд самый старый, самый мудрый, самый хитрый демон по имени Асмодей Бухгалтерский.
— Есть у меня одна модель, — прошептал он. — Давно разрабатывал. Назовём её... «Долг из ничего».
— Что за зверь? — оживился Дьявол.
— Смотрите. Мы даём человеку нечто, чего нет. Воздух? Нет, он и так есть. Воду? Тоже есть. Мы даём ему... обещание. Обещание безопасности. Обещание будущего. Обещание, что его не тронут другие, если он будет с нами.
— И что взамен?
— А взамен он отдаёт нам свою волю. Добровольно. С улыбкой. Думая, что покупает защиту.
— Но защиты же нет? — уточнил Дьявол.
— Конечно нет. Но он не узнает. Потому что мы создадим другую игру — с другим названием, с другими флагами, с другими героями. И будем пугать его этой чужой игрой. А он, спасаясь от неё, будет всё глубже погружаться в нашу.
Дьявол задумался. Потом его лицо (весьма симпатичное, надо сказать, если не считать рогов) расплылось в улыбке.
— Гениально! То есть мы создаём угрозу слева, он бежит направо, а справа — мы. Потом создаём угрозу справа — он бежит налево. А слева снова мы.
— Именно, — кивнул Асмодей. — Бесконечный цикл. Вечный двигатель страха и долга. Они будут должны нам за защиту от того, чего мы же и создали. А платить будут своей свободой.
— А если они поймут?
— Не поймут. Потому что мы назовём это по-разному. В одной стране — «патриотизмом», в другой — «демократией», в третьей — «свободой». Но суть одна: ты должен быть с нами, иначе тебя съедят те, другие.
— Гениально! — зааплодировал Дьявол. — Запускаем!
Модель назвали «Вечный должник». В Аду открыли новый отдел — «Управление перспективными разработками по порабощению воли». Начали тестировать на самых отпетых грешниках. Работало безупречно.
Но случилось непредвиденное.
---
Людям эта модель приснилась.
Да, именно приснилась. Во сне. Потому что сны — это единственное место, куда даже Ад не имеет полного доступа. Сны — это коридор между мирами.
И людям понравилось.
— Смотри, — говорил один купец другому. — Я видел сон: можно брать то, чего нет, и отдавать то, что есть, и все будут счастливы!
— Как это?
— Ну, например, я даю тебе обещание, что завтра у тебя будет хлеб, а ты мне сегодня отдаёшь свою корову.
— А хлеб будет?
— Неважно. Главное — обещание.
— А если не будет?
— Тогда ты должен мне ещё больше, потому что я старался, я обещал, я нервы тратил!
Так родилась экономика.
Потом другим людям приснилось, что можно объединяться в группы и обещать друг другу защиту от других групп. А те другие группы тоже объединялись и обещали защиту от первых.
— Мы будем называть себя государством! — кричали одни.
— А мы — другим государством! — кричали другие.
— А вместе мы будем враждовать, чтобы наши люди боялись и нуждались в нашей защите!
Так родилась политика.
Потом третьим приснилось, что можно сделать долг вечным. Что можно брать у будущих поколений и тратить сейчас. А будущие поколения пусть сами разбираются.
— А если они не захотят платить?
— А мы сделаем так, чтобы они родились уже с долгом. Чтобы с первого вздоха были должны.
Так родилась финансовая система.
И все думали, что это они сами придумали. Гениально! Сами! Из головы!
Никто не вспомнил, что это был сон. А сон был послан из Ада. Как наказание.
Но люди приняли наказание за награду.
---
Дьявол рвал и метал, когда узнал.
— Они украли нашу модель! — кричал он, топая копытами. — Это интеллектуальная собственность! Мы patented! Мы copyright! Мы trademark!
— Успокойся, шеф, — урезонивал его Асмодей Бухгалтерский. — Посмотри, что происходит.
Дьявол посмотрел в окно Овертона, которое показывало Землю.
Люди с упоением играли в его игру. Они брали кредиты, влезали в долги, воевали за «своих» против «чужих», продавали свободу за иллюзию безопасности. И всё это — добровольно. С энтузиазмом. С чувством глубокого удовлетворения.
— Они... они сами себя мучают? — изумился Дьявол.
— Именно, — кивнул Асмодей. — Мы даже пальцем о палец ударить не успели. Они сами всё организовали. Сами создали банки, государства, армии, долги. Сами придумали, как бояться друг друга. Сами построили эту модель у себя на Земле.
— И что нам теперь делать?
— А ничего. Сидеть и смотреть. Это же лучше любого ада. В аду они хотя бы знают, что они в аду. А тут — уверены, что в раю. И добровольно платят за это счастье.
Дьявол задумался. Потом улыбнулся.
— Значит, мы не модель украли. Мы им идею подкинули. А они — развили. Сами. Бесплатно.
— Получается так.
— А если они поймут?
— Не поймут. Потому что если поймут, то увидят, что всё это время были должны не банкам и государствам, а самим себе. А долг самому себе — это не долг. Это осознание. А осознание — это конец игры.
— И что тогда?
— Тогда начнут жить по-настоящему. А по-настоящему — это без игры. Без долгов. Без страха. Просто — жить.
— И такое возможно?
— Теоретически — да. Но практически... кто же откажется от игры, если в игре можно выиграть?
— А выиграть можно?
— В этой игре — нет. Но они не знают. Или знают, но боятся признаться.
Дьявол посмотрел на Землю ещё раз.
Там, внизу, миллиарды людей играли в его игру. С упоением. С верой. С надеждой.
Им казалось, что они строят будущее.
А они просто повторяли сон, украденный из Ада.
---
Прошли века.
Атом и Люций, сидя на Звезде, наблюдали за этим спектаклем.
— Знаешь, — сказал Атом, — а ведь они могли в любой момент выйти.
— Могли, — согласился Люций.
— Почему не выходят?
— Потому что выход — это тишина. А они боятся тишины. Им нужен шум. Им нужна игра. Им нужен кто-то, кто должен. И кто-то, кто должен им.
— А если бы они поняли, что никому ничего не должны?
— Тогда рухнуло бы всё. Государства, экономика, банки, армии. Весь этот карточный домик.
— И что бы осталось?
— То, что было в начале. Люди. Земля. Небо. Огурцы.
— И этого достаточно?
— Для жизни — да. Для игры — нет.
Где-то внизу, на планете, продолжалась великая игра в долги. Кто-то брал кредиты, кто-то объявлял дефолты, кто-то воевал за ресурсы, кто-то торговал воздухом.
А Архитектор, который всё ещё ходил босиком по росе, остановился, посмотрел на небо и вздохнул.
— Играйте, — сказал Он. — Играйте. Когда устанете — приходите. Я здесь.
И пошёл дальше.
А над ним висела тарелка из семечки, и люди всё ещё в неё стреляли.
Потому что боялись тишины.
Потому что не знали, что в тишине — спасение.
Потому что украденная из Ада модель работала безотказно.
И будет работать.
Пока кто-то не скажет: «Хватит. Я больше не играю».
А такой всегда найдётся.
Может быть, завтра.
Может быть, сейчас.
Может быть, ты.
---
КОНЕЦ ПРИТЧИ.