— Вы… Да как вы могли?! Папа, ты прекрасно знал, что бабушка несколько лет деньги откладывала, каждую копеечку берегла… Тебе доступ к моему счету зачем дали? Чтобы ты без моего ведома туда влез и деньги снял? Куда ушло полмиллиона? Опять на сыночка младшего потратил? Что купил ему на этот раз? Ворох дорогущей одежды, соску из золота или мебель итальянскую? Мачеха дорогая тебя надоумила?
***
Рита сбросила кроссовки, в прихожей, стараясь не задеть громоздкое колесо новой коляски, перегородившей половину узкого коридора.
— Рита, это ты? — донесся из кухни голос отца. — Разувайся потише, только уложили.
Рита поморщилась и прошла на кухню. Отец сидел за столом, подперев голову рукой.
— Привет, — буркнула она, открывая холодильник.
— Как в школе? — он попытался улыбнуться, но вышло криво.
— Нормально. Слушай, пап, я там в приложении посмотрела...
Она осеклась. Отец вдруг отвел взгляд и уставился в стену.
— Что ты там посмотрела? — спросил он, не поднимая глаз.
— Счет мой. Тот, «учебный». Там... там почти ничего нет, — Рита прислонилась к дверному косяку, чувствуя, как немеют пальцы. — Бабушкины деньги. Пятьсот тысяч. Пап, куда они делись?
Павел тяжело вздохнул и наконец посмотрел на дочь.
— Рита, сядь. Давай спокойно поговорим.
— Я не хочу спокойно! — голос её сорвался на высокой ноте. — Это были мои деньги. Бабушка их на моё поступление в медицинский откладывала. Она специально их не на твое имя положила, а на тот счет, к которому у тебя доступ был только для обеспечения сохранности!
— Не ори, — прошипел Павел, косясь на дверь в спальню. — Андрюша спит.
— Плевать мне на Андрюшу! — выкрикнула Рита, и в этот же миг из комнаты донесся требовательный, тонкий плач.
Из спальни вышла мачеха. Она была в растянутой домашней футболке, с волосами, собранными в небрежный пучок.
— Ну вот, разбудили, — она посмотрела на Риту с нескрываемым упреком. — Нельзя хотя бы полчаса в тишине пожить? Павел, усмири свою дочь.
— «Свою дочь»? — Рита шагнула вперед. — Обалдеть, Лен. Как посуду помыть — так я «наша помощница», а как деньги своровать — так «твоя дочь»?
— Рита, фильтруй базар! — Павел вскочил. — Никто ничего не воровал. Мы взяли их в долг. У семьи.
— У семьи? — Рита горько усмехнулась. — Я — не часть вашей «семьи», пап. Я тут как мебель. Мешаю коляске, мешаю спать, мешаю тратить деньги. На что вы их спустили? На эту пафосную коляску из эко-кожи? На итальянский комодик?
— Не только, — Павел потер переносицу. — Андрюше нужны были обследования. Платные. У него тонус, он не спал ночами. Нам нужно было купить увлажнитель, очиститель воздуха... Ты понимаешь, что такое младенец?
— Я понимаю, что такое кидалово! — Рита почувствовала, как на глаза наворачиваются злые слезы. — Мне в следующем году поступать. Мне нужны репетиторы по биологии, они стоят как крыло самолета. Мы же договаривались! Ты клялся, что эти деньги — табу!
— Я всё верну, — Павел попытался взять её за руку, но она отпрянула. — Клянусь, через полгода получу премию, подработку возьму...
— Ты это говоришь каждый раз, — Рита покачала головой. — Когда вы заставили меня отдать мою комнату под детскую и переехать на этот диван в гостиной, ты тоже говорил «всё верну». Когда ты забыл про мой день рождения, потому что у Андрюши «зубки лезли», ты тоже обещал исправиться.
— Рита, не будь эгоисткой, — подала голос Елена, качая на руках проснувшегося младенца. — Деньги — это наживное. А ребенку сейчас нужно всё самое лучшее. Неужели тебе не жалко брата?
— Он мне не брат, — отрезала Рита. — Он просто человек, который сожрал мою жизнь. И мои деньги.
— Вон из кухни! — рявкнул Павел, теряя остатки самообладания. — В свою комнату... То есть на диван! И чтобы я тебя до вечера не слышал.
Рита развернулась и выбежала в коридор. Она схватила куртку, натянула кроссовки и выскочила из квартиры, со всей силы хлопнув дверью. Ей было плевать, проснется там кто-то или нет. Пусть хоть весь дом на уши встанет.
***
На улице было сыро и серо. Рита бесцельно брела по парку, пиная пожухлые листья. В кармане вибрировал телефон — звонила мама. Рита сбросила вызов. Мама жила в другом городе с новым мужем, и там тоже было «всё сложно». У мамы были близнецы, и Рита знала, что если она позвонит и пожалуется на отца, мама сочувственно вздохнет, назовет отца «парнокопытным паразитом», но денег не даст. Денег просто не было.
Она присела на скамейку у пруда. Рядом какая-то женщина качала точно такую же коляску, как у них. Коляска выглядела как космический корабль — блестящая, бесшумная, дорогая. Рита вспомнила, как отец выбирал её. Он светился от счастья. Он никогда не выбирал так тщательно вещи для неё.
— Эй, Снегурочка, чего мерзнем?
Рита подняла голову. Перед ней стоял Тёма, парень из параллельного класса. На нем была старая кожанка, в руках — скейт. Тёма считался в школе «проблемным», но Рите он всегда нравился своей прямолинейностью.
— Отвали, Тём, — буркнула она, вытирая нос рукавом.
— Ого, — Тёма присел рядом. — Гроза учителей химии плачет? Это что-то новенькое. Дома опять зашквар?
— Типа того. Батя деньги на универ спустил. На памперсы и на погремушки.
Тёма присвистнул.
— Жестко. А чё, сумма большая?
— Пол-ляма. Бабуля копила пять лет.
— М-да... — Тёма крутанул колесо скейта. — Родители — они такие. Думают, раз они нас родили, то мы их собственность. Вместе с нашими деньгами и планами. Слушай, а ты к матери не пробовала?
— У неё там свои спиногрызы, — Рита горько усмехнулась. — Я как та лишняя комната в старой квартире. Вроде есть, а вроде и снести пора, чтоб пространство не занимала.
— Ну, не скажи. Ты крутая. Ты химию шаришь. Можешь репетиторством заняться? Мелких подтягивать?
— Тём, мне самой репетиторы нужны. Я в мед хочу. Там конкурс — космос. Без подготовки я только в медучилище на утки выносить пройду.
— Забей. Медучилище — тоже тема. Зато сама. Знаешь, у меня батя тоже всё на новую пассию тратит. Я забил. Работаю в сервисе после школы. Гайки кручу. Зато на хату себе коплю. Маленькую, зато без мачехи и её криков.
Рита посмотрела на него. В его словах была какая-то простая, грубая правда.
— Папа обещал вернуть, — тихо сказала она.
— Ага, — Тёма кивнул. — Вернет. Когда рак на горе свистнет. Ты сама-то веришь? У него сейчас новый проект. Мелкий — это проект на двадцать лет. Он всегда будет «нужнее». А ты... ты уже выросла. Значит, типа, справишься.
Рита почувствовала, как внутри закипает холодная, взрослая злость. Хватит быть «понимающей». Хватит входить в положение.
— Ладно, — сказала она, поднимаясь. — Спасибо за поддержку, Тём.
— Обращайся. Если чё, у нас в сервисе курьер нужен. Платят копейки, зато живые деньги.
***
Когда она вернулась, в квартире было подозрительно тихо. Елена спала в кресле, прижав к себе Андрюшу. Отец сидел на кухне и что-то считал на калькуляторе. Увидев дочь, он вздрогнул.
— Рита, где ты была? Я звонил.
— Гуляла. Слушай, пап, я приняла решение.
Павел напрягся.
— Какое решение?
— Я ухожу к бабушкиной сестре, тете Вере. Она живет в однушке, ей помощь нужна. Я буду за ней присматривать, а она разрешит мне пожить у неё.
Павел вскочил.
— Ты с ума сошла? Какая тетя Вера? Она же... она же почти не ходит!
— Вот именно. Я буду ей помогать. Заодно подготовлюсь к меду, попрактикуюсь. И еще... Я забираю свой ноутбук и те вещи, которые покупала на свои карманные деньги.
— Рита, не глупи! — Павел понизил голос до шипения. — Что люди скажут? Что я родную дочь из дома выставил?
— А разве нет? — Рита посмотрела ему прямо в глаза. — Ты выставил меня, когда залез в мой кошелек. Ты выставил меня, когда лишил меня будущего. Знаешь, пап, я сегодня поняла одну вещь. Ты не плохой человек. Ты просто слабый. Тебе проще украсть у меня, потому что я не могу дать тебе сдачи. Но я могу уйти.
— Я не дам тебе уйти! Тебе нет восемнадцати!
— Дашь. Или я завтра пойду в опеку и расскажу, как у нас тут весело. Как я сплю в проходной комнате на продавленном диване и как мои целевые деньги тратятся на шмотки твоей жены. Как думаешь, им понравится история про «целевой счет»?
Павел побледнел. Он знал, что Рита не шутит. В ней всегда было это упрямство, которое он раньше называл «бабушкиной породой».
— Рита... — он вдруг ссутулился, стал казаться меньше. — Пойми, у меня ипотека. Елена не работает. Ребенок... я разрываюсь. Я хотел как лучше.
— Как лучше для кого? — спросила она, проходя к своему углу за шкафом, где стояла её сумка. — Для Андрюши? Может быть. Но не для меня. Ты сделал выбор, пап. Ты выбрал свою «новую» жизнь. А я в неё не вписываюсь.
Она начала кидать вещи в сумку. Елена проснулась от шума, заглянула в комнату.
— Что происходит?
— Рита уезжает, — глухо ответил Павел.
— Куда? — Елена вскинула брови. — А кто будет завтра за Андрюшей присматривать, пока я в поликлинику пойду? Павел, ты же обещал, что Рита поможет!
Рита застегнула молнию на сумке и обернулась.
— Наймите няню, Лен. У вас же теперь много денег. Пятьсот тысяч — отличная сумма для няни. Хватит надолго.
Она накинула рюкзак на плечо.
— Пап, ключи я оставлю в почтовом ящике. Не звони мне пока. Мне надо... мне надо привыкнуть к тому, что я теперь сама по себе.
***
— Рита, ты пришла? — раздался слабый голос из глубины маленькой, заставленной фикусами квартиры.
— Пришла, теть Вер, — Рита сбросила рюкзак в прихожей.
— Чайник поставить? — спросила она, проходя в комнату.
Старушка улыбнулась, поправляя плед на ногах.
— Поставь, милая. И расскажи, как там твой этот... мединститут?
— Я поступлю, теть Вер. Обязательно поступлю. Даже если мне придется вагоны разгружать.
Рита вышла на крохотную кухню. Окно выходило во двор, где под фонарем сидели подростки. Она видела среди них Тёму — он махал ей рукой. Она махнула в ответ. Впервые за долгое время ей не хотелось плакать. Ей было страшно, да. Но это был её страх. И её жизнь.
Она открыла ноутбук и вбила в поиске: «Репетитор по биологии. Дистанционно. Недорого».
В кошельке у неё лежала последняя пятитысячная купюра, которую она спрятала в чехле телефона еще месяц назад. Это был её стартовый капитал.
***
Несколько месяцев пролетели незаметно. Вечера проходили в квартире одинаково: младенец плакал, Елена нервно ходила по комнате, а Павел сидел на кухне, глядя на пустой диван в гостиной. Он чувствовал, что совершил самую большую сделку в своей жизни — обменял будущее дочери на комфорт настоящего. И почему-то этот комфорт теперь казался ему горьким, как полынь.
— Паш, иди помоги мне! — крикнула Елена. — Он не успокаивается!
Павел медленно поднимался и шел выполнять свои обязанности. Но часть его души навсегда осталась там, на скамейке у пруда, вместе с той девочкой, которую он предал.
Ссоры гремели все чаще и чаще. Жене не хватало денег, она одна не справлялась с хозяйством, а виноват во всем оставался он, Павел. И работать он мог бы побольше, и зарабатывать поприличнее… И к ребенку, вечно орущему, подходить по чаще. Еще Павлу здорово мешала жить совесть. Ночами, перед тем, как уснуть, он долго ворочался и думал: как она там? Не голодает ли, все ли у нее хорошо?
***
Рита успешно окончила медицинский университет, работая ночами и живя у тети Веры до самого её ухода. С отцом она не общалась пять лет, пока он сам не пришел к ней, постаревший и пришибленный жизнью, просить прощения. Она простила его, но та близость, что была в её детстве, так и не вернулась — теперь они просто вежливые чужие люди, изредка созванивающиеся по праздникам.
Обычно Павел звонил первым:
— Здравствуй, дочка. Как дела? Как себя чувствуешь?
— Здравствуй, папа. Все хорошо. Спасибо.
У обоих после этих разговоров оставалось какое-то странное, горькое послевкусие.
Павел и Елена развелись, когда Андрею исполнилось семь, и Павел долго выплачивал долги, оставшиеся от их «красивой жизни». Сейчас он живет один в той же квартире, где когда-то стояла коляска из эко-кожи, и иногда подолгу смотрит на старый диван в гостиной, вспоминая свою взрослую дочь, которую он так и не смог удержать. Рита же стала талантливым хирургом, и её жизнь теперь наполнена смыслом, который она создала своими руками, не надеясь ни на кого.
Замуж она выйдет почти в сорок. Бездетность выберет осознанно, и мужа найдет с похожими убеждениями. Какой прок от этих детей?
Уважаемые читатели, на канале проводится конкурс. Оставьте лайк и комментарий к прочитанному рассказу и станьте участником конкурса. Оглашение результатов конкурса в конце каждой недели. Приз - бесплатная подписка на Премиум-рассказы на месяц. Так же, жду в комментариях ваши истории. По лучшим будут написаны рассказы!
→ Победители ← конкурса.
Как подисаться на Премиум и «Секретики» → канала ←
Самые → лучшие, обсуждаемые и Премиум ← рассказы.