Зеленский в интервью японскому телевидению

Зеленский в интервью японскому телевидению.

Мы готовы к реальным компромиссам, да, но не к компромиссам с нашей независимостью и суверенитетом. Многие страны с самого начала этой войны выступали или пытались выступать посредниками, особенно на Ближнем Востоке и в Азии. Многие из них признают агрессивность России. И уже сам факт того, что мы обсуждаем с агрессором возможные уступки, — это большой компромисс.

Мы не говорим сейчас: «Уходите со всей нашей территории», хотя для нас это понятно, справедливо и честно. Поэтому уже сам подход — оставаться там, где вы находитесь, — это большой компромисс. Они забрали почти 18–19, почти 20 процентов нашей территории, и мы готовы говорить о мире прямо сейчас, с той линии, где мы находимся.

Это и есть компромисс. Россия предлагает нам «компромисс» в том, что они не будут оккупировать остальные регионы. Но то, как они это формулируют, — это терроризм. «Я готов не убивать вас, если вы отдадите нам всё» — что это значит? Это не компромисс. Это ультиматум.

Поэтому я и сказал: мы готовы к компромиссам, которые уважают суверенитет и территориальную целостность Украины, уважают нашу армию, наш народ, наших детей. Но мы не готовы к ультиматумам. Мы не можем уйти со своей территории.

Это наши реальные оборонительные линии. Мы строили их весь год полномасштабной войны и ещё до начала активных наступательных действий на Донбассе. Да, часть территорий была оккупирована во время полномасштабного вторжения, но сейчас эти территории защищаются нашими городами, нашими солдатами, нашими укреплениями. Мы не можем просто отступить.

А что будет с 200 000 людей, которые сейчас там живут? Мы готовы обсуждать это с американцами. Мы уже говорили им: мы должны одинаково понимать, что это означает. Если речь идёт просто о выводе наших солдат и красивом названии для такой операции — мы это не поддержим.

Но если речь идёт о свободной экономической зоне, если мы говорим от имени обеих сторон линии соприкосновения, если будет понятная линия обороны и международные силы — американцы, возможно, кто-то ещё, но прежде всего американцы — которые будут следить за безопасностью на этой линии, тогда мы можем это обсуждать.

Я не хочу, чтобы американцы говорили, что Украина не хочет мира. Именно поэтому мы поддерживаем инициативы Америки. Мы готовы их поддержать и обсуждать. Мы готовы к диалогу. И ещё раз: если это решение будет уважать нашу территориальную целостность, мы его поддержим.

Но самый быстрый способ закончить войну сейчас — это остаться там, где мы находимся, без создания каких-либо зон. Различные зоны могут появиться позже, когда войны не будет, когда люди начнут возвращаться или уезжать, когда понадобится восстановление, инвестиции, государственное управление, специальные налоговые режимы. Но это следующий этап.

Сейчас разумнее найти простой способ прекратить боевые действия. Возможно, это не будет окончанием войны — возможно, она продолжится в дипломатическом формате. Нужно выбрать правильное направление, но без боевых действий, без потерь среди населения.

Оставаться там, где мы находимся, понятнее с точки зрения управления ситуацией. Если мы действительно хотим остановить войну, а не играть в игры, я как президент должен видеть цель далеко вперёд. Я вижу свою страну сильной и независимой — меньше, чем Россия, но не проигравшей в этой войне, потому что мы её не начинали.

Я считаю, что проигрывают только те страны, которые начинают войны. Это справедливо. И я стремлюсь к этой цели. Я не знаю, когда это произойдёт, но это обязательно произойдёт. И мне нужна энергия, чтобы дойти до этой точки. Я не думаю о трудностях — я думаю о результате.

🟪Читай в Max | 🚀Читай в Telegram | 🥰Смотри на RUTUBE