Представьте себе картину маслом: вечер пятницы, женщина, у которой впервые за полгода появились силы, чтобы нанести тональный крем не только на переносицу (потому что именно туда тыкает ребенок, когда хочет показать на пролетающего мимо голубя).
Значит, так, запомните раз и навсегда: свидание с женщиной, у которой есть маленький ребенок — это не романтический ужин. Это спецоперация по внедрению в стан потенциального противника, где главный враг еще не умеет говорить, но уже отлично освоил тактику диверсий.
Моя подруга Ленка, например, свято верит в теорию «идеального знакомства». Она надевает красивое белье (которое никто не увидит, потому что в семь вечера она уже похожа на сомнамбулу), берет такси и едет в ресторан, свято веря, что малыш Егорка будет мило спать в обнимку с бабушкой.
Но Егорка, конечно, не спит. Егорка в курсе. У Егорки на этот вечер грандиозные планы.
И вот Ленка сидит напротив интеллигентного мужчины с легкой сединой на висках. Мужчина заказал устрицы и вино, говорит о Сальвадоре Дали и тонко намекает на продолжение вечера. Ленка делает загадочные глаза, поправляет локон и чувствует себя если не богиней, то как минимум интересной женщиной без ипотеки и хронического недосыпа.
И тут, ровно в тот момент, когда мужчина касается её руки, в Ленкиной сумочке раздается не мелодичный звонок, а дикий, полный вселенской тоски вой сирены. Это приложение «Радар няни». Оно подключено к радионяне, которая в данный момент транслирует душераздирающий рев проснувшегося Егорки, которому, видите ли, приснилось, что у него отобрали любимого синего зайца.
Мужчина с легкой сединой вздрагивает, как будто в него выстрелили из тапка.
— Гроза? — шепчет он, бледнея.
— Это... это Егорка, — обреченно вздыхает Ленка, пытаясь убаюкать приложение на телефоне, как будто это может помочь.
— А, сын? — седина на висках становится чуть более влажной от испарины. — Ну, ничего, бывает. Маленький еще...
В этот момент на экране телефона всплывает фотография с камеры наблюдения, установленной в детской. Егорка не просто проснулся. Егорка выбрался из кроватки, стащил с вешалки Ленкин новый бюстгальтер и надел его себе на голову, как рыцарский шлем. В руках у него — погремушка, которой он методично долбит по батарее, отбивая азбуку Морзе: «С-п-а-с-и-т-е, м-а-м-у-п-р-о-д-а-ю-т».
Мужчина с сединой смотрит на фото. Ленка смотрит на фото. Устрицы на столе смотрят на фото и как-то резко теряют товарный вид.
— Он просто... любит примерять... — бормочет Ленка.
Дальше — больше. Опытный «охотник за матерями-одиночками» знает, что на этом этапе нужно бежать, не дожидаясь, пока Егорка начнет транслировать в онлайн-режиме, как он разрисовывает стены в коридоре Ленкиной помадой, изображая мамонта.
Но есть и другой тип мужчин. Герои-экстремалы. Они говорят что-то вроде: «О, какой боевой парень! Надо будет как-нибудь познакомиться, подружиться».
«Как-нибудь» обычно не наступает никогда. Потому что за этим «как-нибудь» кроется встреча не с женщиной, а с человеком, который в любой момент может потребовать мультик, покакать или устроить истерику из-за того, что мама посмела надеть туфли, а не резиновые сапоги с уточками.
Поэтому, дорогие дамы, ходить на свидания с маленьким ребенком можно. Но нужно четко осознавать: ты идешь не одна. С тобой идет невидимый (а иногда и очень даже видимый через экран айфона) контролер, диверсант и главный ревнивец. Он может сорвать тебе любой романтический вечер одним лишь фактом своего существования и внезапно проснувшейся любовью к конструктору в три часа ночи.
Но есть в этом и свой циничный, жизненный плюс. Если мужчина, увидев фото Егорки в бюстгальтере и услышав вой сирены, не сбегает в закат, а спрашивает: «А ему на завтрак омлет или кашу?» — значит, либо он глухой и слепой (что исключено), либо он реально готов. Готов к тому, что секс будет под мультики, романтика — в перерывах между горшками, а главным мужчиной в её жизни на ближайшие лет двадцать останется тот самый мелкий диверсант в розовых сандалиях.
Так что свидания с ребенком — это лучший тест-драйв для мужчины. Женщина, конечно, после такого вечера выглядит как ёлка после Нового года — немного облезлая, но ещё держится. А претендент либо получает почетное звание «Святой», либо отправляется в свободный полет додумывать образ Сальвадора Дали в компании с одинокими устрицами.
Иронично то, что ребенок всегда побеждает. Всегда. Просто потому что он — это маленький кусочек счастья, который ты любишь больше, чем любого мужика с устрицами. И это, пожалуй, самый честный расклад.