Автор: Людмила Белогорская
Недавно в разговоре с одной знакомой коснулись темы самостоятельности детей. Она пожаловалась на великовозрастную двадцативосьмилетнюю дочь, живущую с нею. Довольно взрослая девица ни в какую не желает брать на себя даже малую долю ответственности. Ей, видите ли, хочется по-прежнему чувствовать себя «любимой девочкой», о которой всегда и во всём заботится мама. Правда, «мамина детка» успела побывать замужем и через несколько месяцев благополучно развестись. А всё потому, что она ожидала, что мамины функции теперь лягут на плечи мужа. Муж, соответственно, того же ожидал от молодой супруги…
Мама, всю жизнь сдувавшая пылинки с единственной дочки, в глубине души надеялась хотя бы на крохотную порцию заботы с её стороны. Но – увы – тот, кто привык лишь потреблять, не способен отдавать.
После этой встречи я не раз возвращалась мыслями к нашему разговору. А ведь действительно, отсутствие самостоятельности и ответственности у вполне взрослых людей – явление довольно распространённое. В каком возрасте человек становится самостоятельным?
В моём деревенском детстве ребятишки становились самостоятельными рано. В пять-шесть лет большинство умело подмести пол и двор, помыть посуду, накормить кур, нарвать травы для кроликов. Дети постарше имели более широкий круг обязанностей, а подростки работали порою наравне со взрослыми.
Детского сада в деревне не было, и малышей оставляли на попечение бабушек-дедушек (кому повезло их иметь) или на старших детей. Мы, семи-девятилетние ребятишки, могли уйти на весь день в горы, прихватив с собой «хвостики» - младших братьев и сестёр. И при этом взрослые воспринимали сей факт спокойно, никто не истерил и не бросался в розыск. Впрочем, чаще всего они и не подозревали, по каким оврагам-буеракам носит их драгоценных чад…
Много лет тому назад я оказалась в больнице с маленькой дочкой. Вечерами, уложив детишек спать, мы, молодые мамы, собирались в свободном закутке, общались, делились опытом. В соседней палате лежала женщина постарше, поступившая в районную больницу из дальнего села. У неё, кроме маленького сына, было двое старших детей. Незадолго до рождения младшего ребёнка погиб муж. Посочувствовав её горю, мы поинтересовались:
-А с кем сейчас остались дети?
Улыбнувшись, она спокойно сказала:
-Одни.
-Как одни? – изумились мы. – Сколько же им лет?
-Старшей дочке – девять лет, младшей – пять, - ответила женщина.
Увидев наши растерянные лица, она пояснила:
-Они у меня самостоятельные. Бабушек и дедушек у нас нет, мы с мужем оба из детдома. У соседей своих забот полон рот. Так моя Танюшка сама по утрам корову доит, отгоняет в стадо, готовить умеет, в огороде управляется, куры и поросята тоже на ней. Да и за сестрёнкой присмотрит всегда, поэтому сердце у меня за них спокойно…
Через пару лет мы с мужем и двумя маленькими дочками уехали на Крайний Север – как нам тогда казалось, ненадолго, года на три. Там мы оказались в аналогичной ситуации – бабушки далеко, надеяться можно только на себя. Поэтому к самостоятельности дочек стали приучать рано. Работали много, зачастую рабочий день длился двенадцать часов. Поначалу забирали детей вечером из квартиры воспитателя, чуть позже написали заявление, чтобы старшая шестилетняя дочь уходила домой самостоятельно, забрав младшую сестру.
В пятилетнем возрасте младшая дочка оказалась в больнице – одна, без мамы. Навещала я её нечасто – отпроситься с работы удавалось не всегда, да и добираться до райцентра, находящегося в ста сорока километрах от нас, приходилось на попутках.
Во время очередного визита я попросила ребёнка принести грязные вещички, на что она обиженно заявила:
-Мама, у меня нет ничего грязного, я всё постирала. Тётя из нашей палаты пошла стирать ползунки своему малышу, я тоже с ней пошла, все свои грязные вещи постирала.
После курса лечения в стационаре ребёнку целый год пришлось пить горькие отвары, которые я давала ей с собою в детский сад. Воспитательница с удивлением качала головой:
-Я впервые встречаю такого ответственного ребёнка! Каждый день в обед напоминает мне, что должна выпить отвар, ни разу не забыла!
А когда дочке исполнилось шесть, удивила она уже меня. В те времена снабжение, даже у нас на Севере, оставляло желать лучшего. Многие продукты отпускали строго по спискам, сахар по талонам. Я долго не могла выбраться с работы, чтобы забрать В ЖКК эти злосчастные талоны. Школа, где я работала, находилась на отшибе, на некотором расстоянии от посёлка. Вечером пожаловалась мужу на невозможность уйти с работы. Выбрать время удалось лишь через несколько дней. Каково же было моё удивление, когда я узнала, что наши талоны кто-то забрал. Молодая девушка, с которой я разговаривала, лишь пожимала плечами и растерянно хлопала ресницами:
-Я не знаю. Не помню…
Дети уже были дома и тихонько играли в своей комнате. Позвонив мужу, я убедилась, что к исчезновению талонов он отношения не имеет. Впрочем, я знала это и без звонка – он работал на компрессорной станции и в обеденный перерыв домой не приезжал. Это была катастрофа! Предстояло целый месяц жить без сахара…
Услышав мой разговор по телефону, из комнаты выбежала младшая и дочка и радостно сообщила:
-Мама, а я сегодня выкупила наш сахар!
Оказывается, ребёнок услышал разговор воспитателей о том, что нужно забрать талоны и выкупить сахар, сопоставила его с моей недавней жалобой. Недолго думая, после садика зашла в ЖКК (я до сих пор удивляюсь, как могли отдать талоны шестилетнему ребёнку).
-А где же ты деньги взяла? – растерянно спросила я.
-Так ты же их всегда в одно место в шкаф кладёшь, - в свою очередь удивилась она. – Я их взяла и сходила в магазин…
Впоследствии таких случаев было немало, и я уже не удивлялась, а радовалась тому, что наши дети для своего возраста довольно самостоятельные. Тем удивительнее было слышать, как моя коллега, вынужденная остаться после работы, чтобы закончить отчёт, объясняла по телефону своей шестнадцатилетней дочери:
-Приготовьте с отцом что-нибудь сами. Что значит – не умеешь? Я при тебе сколько раз готовила, могла бы и запомнить! Свари пельмени.
Выслушав дочь, с раздражением рявкнула:
-Бери листок, записывай! Поставить воду на газ, довести до кипения. Посолить по вкусу. По вкусу – это значит ровно столько, чтобы была солёной, но не пересоленной. В кипящую воду – в кипящую, а не в холодную! – сбросить пельмени. Варить помешивая, чтобы не слиплись. Бросить три листика лаврового листа. Когда всплывут, поварить ещё минуты три. Вытащить шумовкой. Шумовка – это поварёшка с дырочками. Всё!
Брякнув трубку на базу, она тяжело вздохнула, покосившись на меня. С трудом сдерживая смех, я сделала вид, что увлечена работой. Надо же – шумовка – это поварёшка с дырочками. Шедевр!
Самое главное, что эта мамочка отнюдь не одинока. Сколько их, таких! Другая моя коллега опять же по телефону объясняла двадцатилетнему оболтусу, как найти еду в холодильнике и сделать её пригодной в пищу, то есть разогреть. На мой взгляд, такие вещи лучше объяснять, пока дети маленькие и впитывают новую информацию, а не пропускают её мимо ушей. В противном случае с годами проблем не оберёшься.
А как вы считаете, когда человек становится самостоятельным? Или всё же самостоятельность зависит не сколько от возраста, сколько от привитых в семье навыков? Поделитесь своими мыслями.