Для кого-то это звучит как приговор, для кого-то — как мечта. Для меня — просто факт биографии. Как наличие двушки в Москве или кота Гоши. Я не горжусь этим, не стыжусь. Я просто живу так, как считаю нужным. И сегодня хочу поговорить о том, почему слово «работа» для меня давно стало синонимом слова «рабство».
Давайте сразу договоримся: я не призываю вас бросать всё и уходить в затворники. У меня просто другая оптика. Я посмотрел на эту жизнь со стороны и сделал выводы. А выводы неутешительные.
В русском языке есть забавная штука. Слово «работа» этимологически связано со словом «раб». Не буду лезть в дебри филологии, но суть понятна: работа — это то, что ты делаешь не по своей воле. По необходимости. Под давлением обстоятельств. Или под давлением голодного желудка.
Сейчас, конечно, всё замаскировано. Нам говорят: «Найди дело по душе — и ты не будешь работать ни дня». Красиво, правда? Только вот незадача: экономике нужны не только те, кто нашёл дело по душе. Ей нужны кассиры в «Пятёрочке», грузчики, операторы кол-центров, дворники. Миллионы людей, которые встают в 6 утра, тащатся в общественном транспорте, терпят дураков-начальников и делают то, что им совершенно неинтересно. И что, они просто недостаточно старались искать «своё»? Бред.
Я перепробовал кучу работ. Был грузчиком — гробанул спину. Был охранником — полгода просидел в будке, глядя на мониторы, и чуть не свихнулся от скуки. Работал электриком — по образованию, кстати. Нормальная работа, но каждый день тащиться на объект, делать одно и то же, видеть одни и те же лица... Нет, спасибо. Последнее место — администратор в кондитерской. Там даже было интересно, я торты лепил. Но и это надоело. Потому что это была не моя жизнь. Я продавал своё время, свои силы, свои нервы за деньги, которых всё равно вечно не хватало.
Вот главный парадокс: мы тратим 8, 10, 12 часов в день на то, чтобы заработать на жизнь. Но самой жизни в этих часах нет. Есть только подготовка к жизни. Мы ждём вечера. Ждём пятницы. Ждём отпуска. Ждём пенсии. А жизнь тем временем проходит. Тихо, незаметно, мимо.
Посчитайте сами. В году примерно 227 рабочих дней при пятидневке. Дорога, сборы, отходняк после работы — и вот уже вся неделя пролетела. Выходные — это не жизнь, это реанимация. В субботу отлёживаешься, в воскресенье уже грустишь о понедельнике. И так годами. Десятилетиями.
Мне 39. Я посмотрел на своих сверстников: у большинства ипотеки, кредиты, дети, вечная гонка. Они выдыхаются. Они злые, уставшие, загнанные. И ради чего? Ради квартиры, в которой почти не бывают? Ради машины, которая стоит в пробках? Ради отпуска на море раз в год, где первые три дня они просто отсыпаются?
Я не хочу так.
Когда я ушёл с последней работы, у меня было больше миллиона накоплений. Я подумал: дай-ка попробую. Поживу для себя. Не в смысле валяться на диване (хотя и это тоже), а в смысле — не продавать больше своё время.
И знаете, я не жалею. Да, денег осталось меньше. Да, я экономлю на всём, покупаю самый дешёвый хлеб за 20 рублей и давно не видел фруктов. Но я свободен.
Моё утро начинается не с будильника, а с кота Гоши, который требует есть. Я не бегу в метро, не толкаюсь в толпе, не выслушивай начальственный бред. Я могу лечь в 3 ночи, потому что читаю книгу. Могу выйти на балкон и просто смотреть на Москва-Сити, никуда не спеша. Могу писать свои убогие статьи в Дзен, которые приносят копейки, но приносят хоть какое-то удовольствие.
Это ли не жизнь?
Конечно, найдутся те, кто скажет: «Ты просто неудачник, у тебя нет семьи, поэтому тебе легко рассуждать». И будут правы. Семья — это великий и ужасный Чёрный Ящик. В него нужно бесконечно кидать ресурсы. Ремонт, врачи, кружки для детей, школа, одежда, путешествия, машина, айфон каждый год... Это финансовый ад, растянутый на всю жизнь.
Я смотрю на эту перспективу и понимаю: я бы там просто умер. Не физически, а морально. Я как персонаж в компьютерной игре, которого без прокачки заставляют идти на босса высшего уровня. Результат предсказуем.
Поэтому я и не лезу в эти игры. Я выбрал выход. Не из жизни, а из гонки.
Понимаю, что звучит как оправдание лени. Пусть. Каждый имеет право на своё мнение. Я просто констатирую: работа не делает человека счастливым. Никто на смертном одре не вспоминает о недоделанном отчёте или пропущенном совещании. Люди жалеют о другом: о том, что мало времени проводили с близкими, мало путешествовали, мало любили.
У меня близких нет. Путешествовать я не люблю и не могу. Любить... ну, вы знаете. Но у меня есть тишина. И в этой тишине я хотя бы принадлежу себе.
На западе, говорят, сейчас тренд на «тихое увольнение». Когда человек приходит на работу, делает ровно то, что написано в договоре, и ни минутой больше. Не горит, не вкалывает, не старается. Просто отрабатывает зарплату и уходит. У нас это называют разгильдяйством. А я считаю это единственно разумной стратегией в мире, где работодатель всегда хочет купить тебя подешевле, а продать подороже.
Я пошёл дальше. Я просто вышел из этого базара.
Конечно, долго так продолжаться не может. Накопления тают. Рано или поздно придётся идти на какую-нибудь унизительную подработку — охранником, грузчиком, да хоть тем же электриком. Но пока есть возможность, я буду сидеть в своей берлоге, пить дешёвый чай и смотреть на закат.
Потому что закат — это бесплатно. А бесплатно сейчас только это.
Так что работа — это рабство. Добровольное, замаскированное под успех и самореализацию, но рабство. Мы сами выстраиваем тюрьму из ипотек, кредитов и страха оказаться на обочине. А потом удивляемся, почему жизнь прошла мимо.
Моя обочина уже здесь. И знаете, здесь не так уж плохо. Тихо. Спокойно. Никто не дёргает. И кот мурчит.
А что будет завтра — неважно. Завтра будет новый день, такой же, как вчера. И в нём не будет работы. А значит, будет свобода. Пусть и за 20 рублей в день на хлеб.