Студенты любили профессора Михаила Петровича Поддавалова за незлопамятность, доброту, мягкость. Правда, была у профессора одна слабость, мысли о которой невольно приходили на ум при виде его слегка отекшего, наперекосяк обвислого лица, тяжеловатых мешочков под глазами, предательски проступающих на багровых с сизым оттенком щеках и носу сосудистых подкожных звездочек.
Да, Михаил Петрович выпивал. И делал это регулярно, если не сказать – постоянно. Очевидцы рассказывали, что видели в его кабинете в шкафу громадную стеклянную бутыль, которую лаборанты кафедры ежемесячно заполняли до краев, но к концу месяца она обычно становилась почти порожней.
Видимо, поэтому после одиннадцати часов утра профессора было трудно встретить, не ощутив при этом предательского спиртового выхлопа изо рта.
Руководство института, конечно, об этом знало. Но Поддавалов – фронтовик, дошел с боями до Берлина, награжден многими боевыми орденами и медалями, да к тому же служил в одной дивизии с ректором, - поэтому его не трогали…
Лекции профессор читал своеобразно. Это своеобразие заключалось в том, что перерыв после первого часа обычно затягивался на пятнадцать-двадцать минут.
Студенты в аудитории начинали шуметь от ожидания – и наконец-то появлялся Михаил Петрович.
Он суетливо прошмыгивал к трибуне, дрожащей рукой наливал воду из стеклянного графина, жадно ее выпивал и изменившимся голосом продолжал лекцию, обычно почему-то на другую, отличную от первого часа тему.
К тому все привыкли. Но однажды Сергей и Леня – студенты-третьекурсники – решили провести эксперимент.
Они принесли с собой на лекцию Поддавалова бутылку ''Столичной''. В перерыве, когда за уходящим профессором закрылась дверь, друзья под веселые замечания студенческой братии заменили воду в графине, стоявшем на трибуне лектора, на водку.
Перерыв, как обычно, затянулся на пятнадцать лишних минут. Друзья в нетерпении, чтобы лучше отслеживать происходящее, пересели поближе, на второй ряд у прохода.
…Наконец, как всегда, слегка заполошенный, с порозовевшим лицом и посиневшим носом, с бегающим взглядом, Михаил Петрович взошел на трибуну.
Аудитория, и особенно Сергей с Леонидом, затаила дыхание, ожидая, что же произойдет дальше. Поддавалов, видимо, поперхнувшись, хрипловато кашлянул, пошелестел бумагами с текстом лекции, обвел зал затуманенными, налившимися кровью, подслеповатыми глазами.
Его взгляд привычно остановился на наполненном графине. Дрожащей рукой Михаил Петрович до краев налил граненый стакан. И быстрехонько опрокинул его содержимое в рот.
– Учует или нет? – зашептал над ухом у Леонида Сергей, едва сдерживая прорывающийся смешок.
– Так-с, о чем мы говорили с вами на первом часу?… - невозмутимо зашелестел бумагами не ощутивший, видимо, ничего необычного в выпитом профессор. - …Продолжим наш разговор…
И впервые, к удивлению опешивших студентов, начал дальше развивать проблему, рассматривавшуюся на первом часу лекции.
Спустя минут пять профессор на несколько секунд прервался, наверное, сушило во рту. Почему-то переставшей дрожать рукой он опять наполнил стакан водкой из графина и даже не поморщившись, как воду, смачно проглотил вторую порцию…
Леня, не выдержав, то ли ахнул, то ли икнул на весь зал.
Михаил Петрович обратил внимание на издавшего непонятный звук студента во втором ряду и сочувственно произнес:
– Если вам, молодой человек, стало плохо – можете выйти… Сегодня действительно что-то душновато в зале…
– Да нет, профессор, спасибо… Извините, сорвалось… - испуганно забормотал Леонид.
– Да, батенька, вы что-то бледный такой, сейчас еще упадете… - сочувственно не отставал Поддавалов. - Выпейте-ка водички, и вам полегчает…
С этими словами Михаил Петрович наполнил водкой из графина стакан и подошел с ним к совершенно растерявшемуся студенту.
– Нет, нет, спасибо… - слабо сопротивлялся тот.
– Выпейте, выпейте, сразу полегчает… Поверьте мне, проверено… - настаивал Поддавалов.
Лене ничего не оставалось, как выпить…
– Ну вот, сразу порозовели… Вода у нас хорошая в городе, почти родниковая… Легче стало?
– Легче… - еле пробормотал студент, ощущая, как горит, сгорает медленным пламенем горло, желудок…
Когда профессор взошел обратно на трибуну, Сергей наклонился к побагровевшему товарищу:
– Ну что – будем считать, что эксперимент прошел удачно? Похоже, он ничего не понял! Может, на следующей лекции вместо воды нальем спирт?
– Но я–то все понял… Так что следующий раз наливай без меня, - прохрипел Леонид обоженными голосовыми связками.
Так вот оно – шутить над старым профессором!