Знаете ли вы, как едва не изменили Красную площадь навсегда?
В 1930-е годы Москва переживала архитектурную революцию. Планы были грандиозными, и один из самых масштабных проектов мог навсегда изменить облик главной площади страны.
В 1934 году было решено: Верхние торговые ряды (ГУМ) — символ «буржуазного» прошлого — должны уступить место новому символу индустриальной мощи. На их месте планировали возвести гигантское здание Наркомата тяжелой промышленности (Наркомтяжпром).
Наркомтяжпром был не просто министерством. Это был штаб индустриализации, управлявший всей тяжелой и оборонной промышленностью СССР: металлургией, машиностроением, добычей ресурсов. Его глава, Григорий Орджоникидзе, обладал колоссальным влиянием. Здание для такого ведомства должно было стать зримым воплощением мощи социалистической индустрии, новой «светской святыней» у стен Кремля.
Это должен был быть не просто дом, а вертикаль власти:
В конкурсе участвовали звезды советского конструктивизма и ампира: братья Веснины, Алексей Щусев, Борис Иофан (будущий автор Дворца Советов) и Аркадий Мордвинов.
Проекты поражали размахом: многоэтажные башни в стиле ар-деко, уступчатые пилоны, высота, подавляющая историческую застройку.
Здание мыслилось как доминанта, которая бы подчинила себе всю площадь, оттеснив на второй план даже храм Василия Блаженного.
В открытом конкурсе победил проект Ивана Леонидова. Его работа, представленная под девизом «Здание-комбинат», была признана лучшей, но проект не был реализован, он оказался слишком революционным, поэтичным и антимонументальным для утверждающейся эпохи тоталитарной имперской архитектуры. Его объявили «формалистическим» и «фантастическим». В итоге решили строить не проект-победитель, а более консервативный вариант Алексея Щусева, но и ему не суждено было сбыться.
В 1937 году от футуристичного небоскреба отказались. Официально — из-за дороговизны и сложности. Но ключевой причиной историки считают внезапную смерть народного комиссара Григория Орджоникидзе в феврале 1937 года. Именно он был главным лоббистом и вдохновителем проекта. С его уходом стройка потеряла могущественного покровителя, а эпоха грандиозного конструктивизма уже уступала место сталинскому ампиру.
Альтернативная реальность, которой мы избежали:
Если бы проект реализовали, Красная площадь и Китай-город выглядели бы иначе:
➜ Прощай, ГУМ. Исторический пассаж 19 века был бы снесен.
➜ Храм Василия Блаженного потерял бы свое доминантное положение, оказавшись в тени каменного исполина.
➜ Масштабные разрушения в Китай-городе. Под строительство и новые проспекты планировалось снести целые кварталы исторической застройки.
