Найти в Дзене
Новый компаньон

В Перми ушла из жизни известная художница-наивистка

Пермские художники, коллекционеры, любители искусства оплакивают уход из жизни Анны Аборкиной, самобытной художницы-наивистки. О том, что Анна не выходит на связь, стало известно ещё в конце 2025 года. Художница была очень одинока, и обеспокоенные знакомые долго не могли выяснить, что с ней случилось. Наконец, близкая подруга подтвердила факт смерти Аборкиной. В Центре городской культуры, в коллекции которого есть несколько работ художницы, организовали выставку одной картины: в атриуме, на антресолях можно увидеть её автопортрет в виде Джоконды. Ещё одну работу Анны Аборкиной можно увидеть внутри тотальной инсталляции Алексея Сахнова «В поисках перпендикуляра» (0+) в пространстве «Тут». Выставка работает последние два дня. Центр городской культуры разместил на своих ресурсах некролог: «Анна Аборкина могла продолжить династию и стать известной журналисткой, но не захотела. Могла получить полноценное художественное образование, но не захотела. Могла ещё десятилетия назад стать известной

Анна Аборкина скончалась ещё в 2025 году

   © Центр городской культуры
© Центр городской культуры

Пермские художники, коллекционеры, любители искусства оплакивают уход из жизни Анны Аборкиной, самобытной художницы-наивистки.

О том, что Анна не выходит на связь, стало известно ещё в конце 2025 года. Художница была очень одинока, и обеспокоенные знакомые долго не могли выяснить, что с ней случилось. Наконец, близкая подруга подтвердила факт смерти Аборкиной.

В Центре городской культуры, в коллекции которого есть несколько работ художницы, организовали выставку одной картины: в атриуме, на антресолях можно увидеть её автопортрет в виде Джоконды.

Ещё одну работу Анны Аборкиной можно увидеть внутри тотальной инсталляции Алексея Сахнова «В поисках перпендикуляра» (0+) в пространстве «Тут». Выставка работает последние два дня.

Центр городской культуры разместил на своих ресурсах некролог:

«Анна Аборкина могла продолжить династию и стать известной журналисткой, но не захотела. Могла получить полноценное художественное образование, но не захотела. Могла ещё десятилетия назад стать известной непрофессиональной художницей, на выставки которой выстраивались бы очереди (тем более, что её первая «персоналка» состоялась, когда ей было всего три года), — но не захотела и этого. Она никогда не делала того, к чему судьба несла её сама, и того, что, казалось бы, предопределяли обстоятельства — потому что такое пассивное проживание жизни казалось ей недостойным человека.
В итоге она выбрала одиночество — точнее, то, что казалось одиночеством для внешнего наблюдателя, но на деле было уходом в собственный мир.
Обладая тонким вкусом и огромной насмотренностью, она понимала дистанцию между собой и профессионалами, но оставалась непреклонной в своем видении. Для нее живопись не была «взглядом детскими глазами», как часто говорят о наиве. Это был взгляд человека, который много страдал и за счёт красок создавал себе иную реальность взамен «серого мира болезни». Это не было метафорой — Анна болела с детства и почти не выходила из дома, но ее затворничество было не следствием слабости, а сознательным решением художника, пребывающего в абсолютно трезвом уме».