Давным-давно я учился в академии телекоммуникаций и информатики. Получал второе образование. До этого я был радиотехником. Работая на тот момент уже 8 лет айтишником, пришлось получать диплом, потому что так захотелось работодателю. А с ним не поспоришь, потому что гос. корпорация. Так вот, про учёбу.
Зачем у нас в институтах учат тому, что мне в жизни ни разу не понадобилось?
Этот вопрос меня мучил ещё тогда, когда я получил своё первое образование. Общеобразовательные предметы – так называются дисциплины, на базе которых затем должно даваться профильное образование. Давайте применительно подготовки специалиста по информационным системам и технологиям.
Математика – безусловно один из профилирующих предметов. В своей молодости программистов не называли программистами, их называли математиками. Одним из первых языков программирования, с которым я познакомился задолго до учёбы в академии был Фортран. Формульный транслятор или транслятор формул. Чем вам не математика?
Иностранный язык – разумеется, тоже нужная вещь, потому что все языки программирования на английском. Но я в школе, в колледже и первом институте учил немецкий язык. И в академии я его сдал на пятёрку. Только вот он мне не понадобился ровным счётом нигде. А технический английский хотя бы в начальной стадии пришлось осваивать самоучкой, потому что в работе он мне был очень нужен.
История России – для общего развития предмет полезный. Это если не брать моё отношение к самому предмету. Вы знаете, вообще, как этот предмет образовался изначально? Нам ещё в школе об этом поведал преподаватель. Сначала летописцы древних времён писали короткие или не очень записи о каких-то значимых событиях тех лет, которые назывались, вот сейчас прошу вашего максимального внимания, анекдотами. И лишь спустя много времени кому-то в голову пришло объединить эти анекдоты, разложив их в хронологическую последовательность. Так возник первый учебник истории. Пусть простят меня профессиональные историки, но с тех пор, когда я узнал, что этот предмет изначально был соткан из анекдотов, моё отношение к нему изменилось.
Польский писатель Станислав Ежи Лец утверждал, что если убрать из истории всю ложь, то это не значит, что останется только правда, а в результате может вообще ничего не остаться.
Пожалуй, на этом я перестану вас утомлять и перейду к самому, на мой взгляд, бесполезному для меня предмету.
Что мне дал предмет культурологии?
Не помню, чтобы такой предмет был в советском институте, где я получал свою первую техническую специальность. наверное, не помню потому, что его попросту не было там. То ли дело, когда я обнаружил его среди общеобразовательных предметов в академии телекоммуникаций. Я уже на тот момент был довольно взрослым человеком, мне было почти 40 лет.
Учась в этой академии, я заметил одну особенность. Молодые преподаватели, которые свою учёную степень получали уже не в советские времена, делали вынужденный перекос в сторону предмета своей кандидатской диссертации. Не буду вдаваться в эту тему глубоко, но это сыграло злую шутку с одним из наших преподавателей, который читал нам лекции по культурологии.
В тот день в аудитории нас было 14 человек студентов заочной формы образования. Шла зимняя сессия уже не помню какого курса, пусть будет второго. Начало занятий. Заходит довольно молодой преподаватель. Внешне он выглядел лет на 35, не больше. После взаимного приветствия он объявляет тему лекции. Затем берёт в руки студенческую курсовую работу, написанную к этой сессии, и я сразу узнал свою работу по внешнему оформлению. Дальше было самое интересное.
Преподаватель, держа в руке мою курсовую работу, сказал, что вместо подготовки своей лекции он решил прочитать курсовую работу некоего студента академии, который очень хорошо раскрыл тему сегодняшней лекции. И называет фамилию и имя студента. Я сидел в первом ряду. Не выдавая себя, я продолжал внимательно слушать преподавателя. А вот мои сокурсники не смогли удержаться от смеха.
Мужчин в нашей группе по списку было всего трое, остальные, как я их называл, девчонки. Один наш сокурсник вообще не ходил на занятия, мы его увидели только на защите диплома. Двое других, включая меня, сидели прямо перед преподавателем. Разница в возрасте между мной и моим сокурсником была 20 лет. Преподавателю не трудно было догадаться чью курсовую работу он держал в руках.
Конечно, сложившаяся ситуация смутила преподавателя, но ненадолго. Он обратился ко мне с просьбой позволить использовать мою работу в качестве лекции. Разумеется, я был не против.
К чему я всё это вам рассказал? Да всё к тому, что если бы не этот случай, то я никогда в жизни не вспомнил бы, что у меня был такой предмет как культурология. Потому что он мне нигде ни разу не пригодился.
С высоты сегодняшнего дня я вообще удивляюсь, как я мог написать такую курсовую по этому предмету, по которой можно было читать лекции студентам.
Вывод
Академию телекоммуникаций и информатики, которую чуть позже переименовали в университет, я окончил с отличием, или, как говорят в народе, с красным дипломом. Причина вовсе не в том, что я какой-то семи пядей во лбу. Она более прозаична. Не все мои сокурсники хотели писать контрольные и курсовые работы самостоятельно.
Некоторые девчонки с моей группы обращались ко мне за помощью. Темы работ у всех были разные. Соглашаясь помочь, а по сути, делая за них их работы и оформляя их для сдачи, я охватывал гораздо больший материал, чем рядовой студент. Однако, я ещё и выдавал себя, потому что мой стиль, моё оформление нельзя было спутать с чьим-то другим.
То есть, для меня польза была очевидна. Одно дело – наибольший охват материала, другое – преподаватели об этом тоже знали. Отсюда, во многом и тот самый красный диплом. И я прекрасно понимаю, что если бы из списка общеобразовательных предметов убрали или хотя бы существенно сократили предметы, которые точно не понадобились в жизни, то сколько дополнительного времени высвободилось бы для профильных предметов.