Богачёв Пётр Никифорович (11. 06. 1921, д. Александровка Тульской губернии - 2003, Москва). «Товарищеский суд». 1972 год. Холст, масло; 170 x 200 см.; (Рыбинский государственный историко-архитектурный и художественный музей-заповедник). Источник: Художники СССР 1950-1990 | ВКон
За что судят парня. как думаете?
Мне, если честно, есть что про такой суд рассказать.
После окончания школы пошла работать на заводе. Не понравилась — уволилась — и тунеядствовала несколько месяцев.
Нет, никто меня не привлек, не осудил и не выслали. Надо было сильно постараться, чтобы привлекли, судили и выслали, а я не старалась.
Но моему папе и моей маме это сильно не нравилось — и папа насильно устроил меня на фабрику.
Мне неожиданно понравилось на ней работать. Коллектив хороший, женский и мужской, правда мужской очень пьющий. И пили они… не отходя от станка. Пили политуру. И так напились, что подрались с милиционерами. И был показательный суд. Двоих отмазали, а третьего посадили надолго. А надо было тех дв
Богачёв Пётр Никифорович (11. 06. 1921, д. Александровка Тульской губернии - 2003, Москва). «Товарищеский суд». 1972 год. Холст, масло; 170 x 200 см.; (Рыбинский государственный историко-архитектурный и художественный музей-заповедник). Источник: Художники СССР 1950-1990 | ВКон
За что судят парня. как думаете?
Мне, если честно, есть что про такой суд рассказать.
После окончания школы пошла работать на заводе. Не понравилась — уволилась — и тунеядствовала несколько месяцев.
Нет, никто меня не привлек, не осудил и не выслали. Надо было сильно постараться, чтобы привлекли, судили и выслали, а я не старалась.
Но моему папе и моей маме это сильно не нравилось — и папа насильно устроил меня на фабрику.
Мне неожиданно понравилось на ней работать. Коллектив хороший, женский и мужской, правда мужской очень пьющий. И пили они… не отходя от станка. Пили политуру.
И так напились, что подрались с милиционерами. И был показательный суд. Двоих отмазали, а третьего посадили надолго. А надо было тех двоих посадить, а не третьего. Третий только что освободился - и ему никак нельзя было пить, а те двое его уговорили, чтобы третьим был.
И я, конечно, выступила, но меня не послушались. Потом те двое мне говорили, что и я виновата. С моей политуры они начали. И больше я им политуру не давала.