Во все времена художники вставляли в свои картины автопортреты, причём делали это зачастую очень оригинально и с юмором. О самых известных автопортретах такого толка мы и поговорим в этой статье.
Ян ван Эйк, «Портрет четы Арнольфини»
В своей самой известной и загадочной картине Ян ван Эйк изобразил множество символов, которые не дают покоя искусствоведам и любителям разгадывать загадки.
Мало кто знает, что этот портрет двойной и помимо четы Арнольфини — богатой и знатной, о чём можно судить по роскошной, применительно к тем временам, обстановке комнаты, там скрыт ещё и автопортрет самого художника. Если внимательно присмотреться к зеркалу, на заднем плане видно, что оно отражает ещё двух человек, один поднял руку в приветствии, на которое и отвечает хозяин дома.
Есть мнение, что это сам Ян ван Эйк. Ну а для самых сомневающихся имеется надпись на стене повыше зеркала, которая переводится как «Ян ван Эйк был здесь». Возможно, художнику было лестно, что он вхож в дом к столь богатым и уважаемым заказчикам, вот и запечатлел это на холсте.
Рафаэль Санти, «Афинская школа» (1509 / 1511)
На знаменитой фреске, украшающей стены Апостольского дворца Ватикана, Рафаэль изобразил всех великих мыслителей древности, при этом соотнёс изображение философов с образами своих наиболее прославленных современников.
Например, Леонардо да Винчи показан в образе Платона, а мрачный и нелюдимый Микеланджело — в образе Гераклита, сидящего мужчины на переднем плане в центре фрески.
Рафаэль изобразил и себя — не слишком приметно, но главное ни у кого не возникает сомнений, что он ставит себя в один ряд с великими философами прошлого и знаменитыми современниками.
Микеланджело, «Страшный суд» (1536 / 1541)
Мало кто так не любил свою работу, как Микеланджело, когда он получил заказ на роспись Сикстинской капеллы. Лежать целый день на огромной высоте, расписывая в неудобной позе потолок капеллы действительно не слишком приятно.
Художник жаловался: «моё лицо покрыто капающей краской, как статуя под голубями, когда под слоем помёта сложно различить её черты». Своё недовольство он выразил в своеобразном автопортрете: святой Варфоломей в центре фрески держит содранную кожу с лицом самого Микеланджело.
Караваджо, «Давид с головой Голиафа» (1609 / 1610)
Рано умерший — в 38 лет, но проживший крайне насыщенную и бурную жизнь Караваджо часто оставлял автопортреты на своих картинах. Обычно он изображал себя в виде бога виноделия Бахуса, поскольку и сам любил выпить, но в случае картины «Давид с головой Голиафа», написанной в последний год жизни Караваджо всё было несколько иначе.
Он изобразил свои черты лица на отрубленной голове Голиафа, придав и без того жуткому полотну вид совсем уж зловещий. Безвольно отвисшая челюсть должна символизировать полное поражение Голиафа, а зная о том, как провёл свои последние годы жизни Караваджо, которому пришлось испытать очень многое, пройти через тюрьмы, изгнание и преследование, неудивительно, что себя он представлял тем самым Голиафом, проигравшим в схватке с жизненными обстоятельствами.