Введение: легенда, что вела народы
Среди множества преданий, веками живших на Русском Севере и в Карелии, одно занимает особое место. Это легенда о Беловодье — далёкой, счастливой стране, где нет царей и налогов, где земля изобильна, а люди живут по правде и справедливости. Её называли по-разному: Беловодское царство, Опоньское государство, земля «свободы и благочестия».
Фольклористы и этнографы на протяжении двух столетий записывали рассказы об этой удивительной стране. Вглядываясь в них сегодня, мы не можем не заметить поразительное сходство с античными описаниями Гипербореи. Та же далёкая земля на краю света, те же высокие горы, которые надо преодолеть, те же мудрые и справедливые люди. Неужели в крестьянских избах, под звуки старинных сказов, сохранилась память о чём-то очень древнем?
1. Коргуев и Нечаев: сказки Беломорья
Матвей Михайлович Коргуев (1883–1943) — сказочник из села Кереть на севере Карелии. Его записи в 1930-х годах вёл фольклорист Александр Николаевич Нечаев, итогом стала книга «Сказки карельского Беломорья». В сказках Коргуева мы находим удивительные мотивы, перекликающиеся с темой Беловодья.
В сказке «Иван меньшой — разумом большой» есть момент, когда герои, рождённые из яиц, отправляются работать. Иван Меньшой берёт на себя инициативу и вступает в диалог с царским вельможей:
«А кто тебе, Иван Меньшой — Разумом Большой, приказал заповедные луга косить? — Потому что их никто не косит, а когда косят, никогда не могут сено сохранить. Слушай, вельможа, лучше я укошу, так это будет лучше, чем столько сена гибнет» .
Здесь нет прямого упоминания Беловодья, но есть важный мотив: герой приходит на «заповедную» землю и действует по справедливости, не спрашивая разрешения у власти. Это — та самая крестьянская утопия, о которой писали исследователи.
В былине «Во городе было во Муромле», записанной от Коргуева, герой Козарин отправляется в опасное путешествие. Старуха предупреждает его:
«Эта реценька змеиная, а змеиная есть реценька, лебединая. Ты поедешь теперь в этой реценьке, как во перву струю нырнёшь, — дак только дым столбом пойдёт, а во вторую струю нырнёшь, — ты вынырнешь, а во третью струю нырнёшь, — ты не вынырнешь. Налетит на тебя да змея лютая, змея лютая, змея пещерная» .
Мотив путешествия за тридевять земель, встреча с «пещерной змеёй», преодоление трёх струй — всё это архетипические образы пути в иной мир, за пределы привычного. Такими же испытаниями описывался и путь в Беловодье.
2. Калевала: северная страна Похьёла
«Калевала» — карело-финский эпос, собранный Элиасом Лённротом. В нём есть прямая параллель с нашей темой — страна Похьёла (она же Сариола, архаичное название Лапландии). В этой северной земле живут могущественные колдуны, и туда отправляются герои за чудесной мельницей Сампо — источником богатства и процветания.
Кульминационный эпизод эпоса — морское сражение за Сампо. Владычица Похьёлы ведьма Лоухи превращается в гигантскую птицу:
«Сто мужей на крылья сели, тысяча на хвост уселась, села сотня меченосцев, тысяча стрелков отважных. Распустила Лоухи крылья, поднялась орлом на воздух» .
Этот образ — не просто сказка. Исследователи видят в нём отголоски древних представлений о гиперборейских летательных аппаратах. А сама Похьёла — северная земля за морем — это явный аналог того, что античные авторы называли Гипербореей.
В русском фольклоре сохранился тот же образ волшебной мельницы, но в иной форме — сказка о жерновках, которые герой добывает на небе, взобравшись по Мировому Древу. Это ещё одна вариация мифа о золотом веке и источнике изобилия.
3. Топонимические следы: Лоухи, Сампо и земля саамов
Самая интересная находка ждала нас там, где миф встречается с реальной географией. В Карелии есть посёлок с удивительным названием — Лоухи. Расположенный на севере республики среди лесных озёр, он стал административным центром Лоухского района. Название посёлка происходит от карельского louheikko, louhikko — «груда, куча камней», финского louhi — «глыба, скала», louhos — «каменоломня, карьер» . Исследователи прямо связывают это название с образом героини «Калевалы», колдуньи Лоухи, хозяйки северной страны Похьёлы. Её образ даже изображён на гербе и флаге посёлка и района .
Местные жители берегут свою легенду. Они не согласны с тем, что Лоухи была злой колдуньей, и считают её доброй хозяйкой, защитницей северных земель и своего народа. В 2005 году здесь появился культурный проект «Хозяйка Лоухи — Вернём Доброе Имя!!!», а в деревне Лоушки ежегодно проходит фольклорный праздник, где женщины соревнуются за право называться лучшей «Хозяйкой Севера» .
Вторая удивительная связь — Сампо и самоназвание саамов. Сампо — волшебная мельница-оберег, символ вечного изобилия и счастья, которую выковал кузнец Ильмаринен. В «Калевале» Сампо намалывает столько хлеба, что хватает на еду, продажу и запасы . Его крышка символизировала звёздный небесный купол, вращающийся вокруг мировой оси .
А теперь о самом главном. Саамы называют себя «саами» (самоназвание — са̄мь, са̄ммьля, северносаам. sámit, sapmelaš), а свою землю — Sápmi («Сапми») . Исследователи полагают, что это слово могло быть заимствовано из протобалтийского языка — от žēmē, что означает «земля» (родственное русскому «земля») .
Прямой лингвистической связи «Сампо = Сапми» в научной литературе нет. Но само созвучие поразительное. Сакральный предмет финно-карельского эпоса, символ изобилия и мировой гармонии, носит имя, почти идентичное самоназванию народа, который считается древнейшим населением этих земель.
4. Русское географическое общество: поиски Беловодья в дореволюционный период
В 1903 году в трудах Императорского Русского географического общества вышла книга Г.Т. Хохлова «Путешествие уральских казаков в "Беловодское царство"». В ней описывается реальная экспедиция трёх яицких казаков — Григория Хохлова, Вонифатия Максимычева и Онисима Барышникова — снаряжённая в 1898 году по решению съезда уральских казаков-староверов .
Они отправились на поиски легендарной страны праведников, где сохранилось «древлеправославное», дониконовское священство. Маршрут пролёг через Константинополь, Иерусалим, Суэцкий канал, Индию, Китай и Японию. Чудесной земли они не нашли, но оставили подробные записи, которые издал писатель В.Г. Короленко .
Но народная память хранила и другой, более древний след. Старообрядцы Выговского общежительства в Карелии связывали Беловодье с землями близ озера Лопон. Этого озера нет на современных картах, но слово «лопь» — древнерусское название саамов . Получается, что где-то здесь, в Карелии, тоже искали «землю обетованную».
5. Деятельность Русского географического общества в советский период
После революции Русское географическое общество продолжило свою работу, хотя и под контролем новой власти. В 1920–1930-е годы оно организовывало многочисленные экспедиции на Север, в том числе в Карелию и на Кольский полуостров. Задачи были в основном практические: геологические изыскания, изучение природных ресурсов, помощь в освоении Северного морского пути.
Однако в составе этих экспедиций часто работали этнографы и фольклористы, которые собирали материал о культуре и быте местных народов. В 1926 году под эгидой РГО прошла знаменитая Лопарская экспедиция под руководством Д.А. Золотарёва, о которой мы уже подробно писали в цикле статей. Именно тогда были сделаны уникальные записи саамских легенд о сейдах и священных камнях.
В 1930-е годы этнографические исследования продолжились. РГО участвовало в организации экспедиций в Карелию, где работали такие известные учёные, как В.В. Чарнолуский, Н.Н. Волков, Г.М. Керт. Они записывали фольклор, изучали обряды, фиксировали предания о древних обитателях этих мест.
Однако прямых упоминаний о Беловодье в материалах советских экспедиций РГО обнаружить не удалось. Тема «земли обетованной» была вытеснена из научного дискурса как «религиозный пережиток». Этнографы изучали реальную жизнь народов Севера, а не их утопические мечты.
Тем не менее, в их полевых записях, хранящихся ныне в архивах, могли сохраниться отголоски этих легенд. Например, исследователи, работавшие с дневниками В.В. Чарнолуского, отмечают, что у него встречаются упоминания о «дальней стороне», куда, по поверьям саамов, уходят души умерших. Эти записи, скорее всего, относятся к неопубликованным материалам и ждут своего исследователя.
Вывод: что дают нам эти записи
Всё, что собрали Нечаев, Коргуев, исследователи «Калевалы» и экспедиции РГО (как дореволюционные, так и советские), складывается в единую картину. На Севере веками жила память о далёкой счастливой земле. Её называли по-разному — Беловодье, Похьёла, просто «та сторона». Но суть оставалась неизменной: за высокими горами, за широкими морями есть страна, где люди живут по правде и не знают горя.
И эту память донесли до нас простые рыбаки и крестьянки — Коргуев, безымянные старухи из карельских деревень — и те, кто записывал их голоса.
А топонимические следы — посёлок Лоухи с его скалистыми горами, образ Старухи Лоухи как хозяйки северной земли, удивительное созвучие Сампо и самоназвания саамов — всё это говорит о том, что мифы имеют под собой реальную основу. Они не рождались из пустоты. Они прорастали из земли, из камней, из названий, которые народ давал своим святыням.
Источники
1. Коргуев М.М. Иван меньшой — разумом большой // Беломорские сказки / ред. А.Н. Нечаева. — М.: Советский писатель, 1938. — С. 187-204.
2. Сказки Матвея Коргуева в Викитеке // Викимедиа РУ, 2018.
3. Петрухин В.Я. Мифы финно-угров. — М.: Астрель, 2005.
4. Лоухи (посёлок городского типа) // Википедия.
5. Сампо // Википедия.
6. Саамы // Википедия.
7. Хохлов Г.Т. Путешествие уральских казаков в «Беловодское царство». — СПб.: Издание ИРГО, 1903.
8. Фад Р.А. Карельская аномальная зона // Коды новой реальности. Путеводитель по местам силы.
9. Материалы архива Русского географического общества (обзор).
10. Чарнолуский В.В. Материалы по быту лопарей. — Л.: Издание АН СССР, 1930.
---
Елена Некрасова, историк
Февраль 2026 года