Продолжение «Маленьких женщин» (прежде всего "Good Wives" (Хорошие жены), а затем и другие части цикла) читается уже в ином настроении. Света здесь как будто меньше — он не исчезает, но становится мягче, взрослее. Это всё ещё тёплая книга о поддержке, о близости, о росте, но в ней больше жизненных выборов, разочарований, компромиссов и, конечно, любви.
В продолжении заметно расширяется мужской мир. Появляется больше мужских персонажей, и многие из них довольно романтизированы. Почти камерное пространство сестринской солидарности постепенно впускает в себя романтические линии. И во мне здесь спорили два читателя.
Как литературовед, я временами профессионально возмущалась: слишком ощутим авторский назидательный тон, слишком явное представление о том, «как правильно». Олкотт местами звучит как заботливая, но уверенная в своей правоте мать — та самая фигура, против которой позже будет протестовать Вирджиния Вулф. Кажется, будто счастье героинь обязательно должно завершиться браком.
Но если читать внимательно, всё сложнее. Никто никого насильно замуж не выдаёт. У героинь есть пространство выбора, им позволено искать себя. Да, почти все сёстры в итоге выходят замуж (что понятно уже из названия) — но делают это по любви, иногда неожиданно, всегда по собственному решению и при поддержке семьи. И в этом есть гармония XIX века — традиционная, но при этом не жесткая.
И всё же во мне побеждала не только строгая исследовательница, но и просто женщина-читатель. Романтические линии действительно очаровывают. Мужские персонажи описаны с теплотой и вниманием, и в этом много той самой романтической магии, которой хочется верить.
Кроме того, в книге можно почерпнуть важный исторический контекст. Это не только семейная история, но и текст, погружённый в атмосферу США времён Гражданской войны. Через бытовые детали, разговоры, мировоззрение персонажей чувствуется, как молодая нация осмысляет себя — в кризисе, в поиске моральной опоры, в попытке сформировать собственную идентичность. И особенно интересно наблюдать ориентацию на Европу — культурную, образовательную, эстетическую. Европа присутствует как горизонт сравнения, как источник традиции, как пространство притяжения. Для меня, с моим многолетним вниманием к европейским литературным полям, эта связь оказалась особенно ценной и трогательной.
Продолжение естественно читать сразу после «Маленьких женщин» — хочется сохранить созданный первой книгой свет. Но начинать знакомство с циклом всё же лучше с неё: вторая часть взрослее и сложнее по интонации.
И, как и первую книгу, продолжение вполне можно читать в оригинале. Английский остаётся достаточно доступным, а в оригинальном тексте особенно ясно слышен тот самый тон — который можно критиковать, но за который в итоге благодаришь.