В новом откровенном документальном фильме «Man on the Run» исследуется депрессия музыканта, негативные отзывы в прессе и рискованные годы сольной карьеры, последовавших за распадом The Beatles
Хелен Браун, The Telegraph
«Я боялся стать взрослым, я чувствовал себя очень подавленным», — говорит Пол Маккартни, размышляя о своем душевном состоянии после распада Beatles в захватывающем новом документальном фильме «Человек в бегах». Это безумное приключение, рассказывающее о хаотичном почти что десятилетии (1969-1980), в течение которого Маккартни пытался заново открыть себя (через уединенную сельскую семейную жизнь в Шотландии, сольную работу в стиле лоу-фай и стадионную рок-группу Wings) после того, как Джон Леннон объявил о распаде группы — и все это в то время, как публика обвиняла Маккартни в распаде «великолепной четверки», а в таблоидах циркулировали слухи о его смерти.
В интервью режиссёру Моргану Невиллу восьмидесятилетний музыкант признаёт свою многолетнюю склонность верить негативным отзывам о себе. «Если я слышу, как кто-то ругает Пола Маккартни, я склонен с ним соглашаться», — говорит он. — «Поэтому, когда все говорили, что я развалил Beatles, что я был слишком властным, я как бы поверил в это. Я подумал: вот такой я и есть мерзавец». Его самооценке не способствовала и критика, которую он получал за сольную работу — «Музыка для моих ушей», — насмешливо заметил Леннон в песне «How Do You Sleep» (1971).
Нэвилл предполагает, что только после того, как Маккартни принял участие в получившем признание документальном сериале Питера Джексона 2021 года о The Beatles «Get Back», его герой начал с большей состраданием относиться к тому периоду. «Сериал "Get Back" был психологически важен для Пола, потому что, я думаю, в его памяти — и в том, как гласит история о записи [последнего альбома The Beatles 1970 года] "Let It Be" — всё было очень напряжённо», — говорит мне режиссёр. «Но, переосмысливая материал, он увидел, что в нём было много как хороших, так и плохих эмоций. Он почувствовал много любви, вернувшись в это братство. "Get Back" помог ему понять, что всё было не так плохо, как он боялся».
Невилл говорит: «У нас был его дневник за 1969 год, и мы показываем дату, 16 сентября, когда он написал слова "Конец". Мы также показываем его рисунок маленькой мультяшной фигурки с пузырьком, выходящим из ее рта, в котором написано "Развод". Интересно посмотреть, как он воспринимал события в то время».
Трудно не сочувствовать звезде, которой было всего 27 лет, когда пришлось начать все сначала. Маккартни напоминает нам, что до этого момента он знал жизнь только школьника, а затем и участника Beatles, и упустил большую часть обычного процесса взросления. Ему было всего 14 лет, когда умерла его мать, Мэри, и он справился со своим горем, «замкнувшись в себе» и направив все силы на неустанно продуктивную музыкальную карьеру. Он встретил Леннона годом позже, когда ему было 15, а Леннону 16.
Смерть Леннона позволила ему снова стать «Полом»
Невилл считает, что, хотя Маккартни и нашел в своей «несправедливо оклеветанной» покойной первой жене Линде стабилизирующую поддержку и материнскую фигуру, он по-настоящему перестал участвовать в гонках только после убийства Леннона в 1980 году, «что избавило его от назойливых вопросов о том, воссоединятся ли Beatles, как и когда это произойдет». Невилл продолжает: «Внезапно, в 1980 году, этот вопрос исчезает, и он просто снова становится Полом. Он больше никогда не выступает с Wings. Он больше никогда не выпускает музыку с Wings. Он просто Пол».
Общаясь по видеосвязи из своего дома в Лос-Анджелесе, Невилл (который ранее снимал документальные фильмы о рок-музыкантах, таких как Кит Ричардс, Мадди Уотерс и Джонни Кэш, и получил «Оскар» за свой фильм 2014 года о бэк-вокалистах «В двадцати футах от того, чтобы стать звездой») признается, что «больше не хотел снимать музыкальные фильмы, потому что уже снял их слишком много», прежде чем ему позвонил менеджер Маккартни.
«Когда я узнал, что это Маккартни, я сказал: "На сто процентов, я согласен!"» — смеется он. — «Я одержим The Beatles, и я не использую слово "одержим" легкомысленно. Я впервые побывал на Beatlesfest в 11 лет, я прочитал все книги…»
Однако, в отличие от многих крутых ребят 1970-х годов, 58-летний Невилл не разделял то, что он называет «культурным пренебрежением к Wings». Хотя сегодня он качает головой, вспоминая многие «безумные вещи — вещи, которые ни один здравомыслящий рок-менеджер не посоветовал бы делать клиенту», которые Маккартни делал после Beatles (включая вызывающую отвращение запись песни «Mary Had a Little Lamb» и глупый телесюжет 1973 года, где он танцевал чечетку в усах моржа и розовом смокинге), Невилл с гордостью вспоминает свою любовь к «другой» группе Маккартни.
«Одними из первых альбомов, которые я купил, были альбомы Wings; я просто воспринимал эти пластинки как "новые работы Пола"», — смеется он. — «Люди забывают, что Wings были одной из самых успешных групп 1970-х годов [они продали более 22 миллионов альбомов и возглавили американские чарты с 14 синглами]. Я даже защищаю их альбом 1979 года "Back to the Egg" [который Rolling Stone назвал "самой унылой кучей музыкального мусора за последнее время"]».
«Не хочу быть стариком в фильме для молодежи»
За более чем год интервью, проведенных в лондонском офисе Маккартни и его домах в Лос-Анджелесе и Хэмптоне (по словам Невилла, во время которых Маккартни иногда перебегал через комнату к пианино, чтобы развить свои идеи за клавиатурой), режиссеру так и не удалось запечатлеть своего героя на камеру. «Он не хотел быть стариком в фильме молодежи», — объясняет он. — «В конце концов, я думаю, он был прав. Это решение делает фильм менее ретроспективным; он погружает вас в историю так, как он ее переживал в то время…»
Невилл отмечает, что, хотя люди склонны изображать Леннона как более резкого, «саркастичного» битла, а Маккартни как человека, стремящегося угодить всем, они были (как указывает сын Леннона Шон в фильме) одинаково «сильными». (Единственный ключевой голос XXI века, отсутствующий в документальном фильме, — это голос другого здравствующего битла, Ринго Старра. Я предполагаю, что Невилл просил об интервью. «Он отказался», — пожимает плечами режиссер. — «Но он пришел на показ и, знаете, ему понравилось».)
В ходе интервью Невилл несколько раз жестко критиковал Маккартни, в том числе когда режиссер спросил, споет ли Маккартни песню Леннона «Jealous Guy» (которая, по словам Леннона, частично посвящена его коллеге по группе). «Он ответил: "Абсолютно нет"».
Рассуждая о сложностях интервью с «человеком, который, вероятно, является одним из самых интервьюируемых людей всех времен», Невилл говорит, что он решил задавать как подробные, конкретные вопросы (например, «Как вы играете сложную басовую партию в "Silly Love Songs" и одновременно поёте?»), так и более абстрактные, философские вопросы, такие как «Как вы относитесь к конкуренции?».
Этот подход позволил рассказать истории, которые Маккартни раньше не поведал публично. В одном трогательном эпизоде он описывает, как чуть не утонул в бурном Корнуоллском море. Каждый раз, когда он почти добирался до скал, чтобы выбраться, его снова уносило волной. Эта история кажется метафорой для нестабильного состояния его эмоциональной жизни в период, начавшийся с чрезмерного употребления алкоголя и закончившийся арестом за наркотики в Японии, — который, по мнению Невилла, Маккартни «подсознательно или полусознательно» спланировал, чтобы избежать своего последнего тура с распадающейся группой Wings.
Хотя в одноименной биографии Филипа Нормана 2016 года Маккартни предстает как скупой лидер-диктатор группы Wings (он платил своему барабанщику 70 долларов в неделю, по сравнению с 200 долларами в неделю, которые тот получал как сессионный музыкант, в то же время он арендовал частный самолет для своей собаки и установил подогрев пола для своих лошадей), Невилл относится к нему с пониманием.
«Сначала он не хочет быть боссом... думая, что они будут делать то же, что и The Beatles, и ездить по маленьким залам в фургоне», — объясняет он. «Затем он понимает: "Ладно, мне нужно быть чем-то вроде босса, но я постараюсь быть хорошим боссом, потому что я не могу добиться такого равенства, как с Джоном Ленноном". В конце концов, Маккартни поддерживают наемные работники, которые просто счастливы быть там».
«Одна из величайших историй любви»
Линда, конечно же, играла на клавишных и пела. «Да», — кивает Невилл. — «История любви Пола и Линды — одна из величайших. Я имею в виду, зная, насколько они были преданы друг другу и насколько неразлучны они были вплоть до смерти Линды [от рака груди в 1998 году]…» Режиссер хотел решительно противостоять тому, как Линду изображали. «В популярном повествовании к Линде относятся как к двумерному персонажу», — говорит он. — «Я пытался лучше понять ее и их отношения, понять ту силу, которую она ему давала».
Линду сильно критиковали за то, что она присоединилась к группе Wings, и фильм Невилла возвращает ей голос, чтобы она могла защитить себя. Используя отредактированные записи ранее не публиковавшегося интервью, которое она дала подруге в 1990-х годах, мы слышим, как она объясняет: «Я присоединилась к группе не потому, что была хорошим музыкантом. Я не была хорошим музыкантом. Я присоединилась к группе, потому что мы любили друг друга, и он [Пол] хотел, чтобы я там была».
Дочь успешного нью-йоркского юриста из мира шоу-бизнеса и коллекционера произведений искусства, Линда Истман, как подчеркивает Невилл, «не была той девушкой, которую Пол стал бы подбирать в клубе». Он говорит: «Она делала себе имя как фотограф, у нее была дочь, Хизер, которую Маккартни удочерил…»
В биографии Нормана представлена иная точка зрения на историю отношений Маккартни, в которой предполагается, что он постоянно изменял своим предыдущим подругам. В книге он рассказывает историю одной из бывших подруг, Мэгги Макгиверн, которая описывает, как битл появился у нее дома в ночь перед своей свадьбой с Линдой в растрепанном виде, обнимал ее в течение часа, а затем исчез. Невилл кивает.
«И после этого он стал самым верным мужем. Он не проводил ни одной ночи вдали от Линды, пока его не заключили в тюрьму в Японии. Нужно отдать должное Линде, потому что всякий раз, когда он сомневался в своих творческих способностях, у нее была одна короткая фраза, которая придавала ему уверенности. Она говорила: "Это разрешено"».
Невилл был очарован тем, как Маккартни «сделал своих детей центром своей жизни. Я имею в виду, что на каждой записи, в каждом туре, знаете, дети всегда были рядом, понимаете? Пол был рядом со своими детьми так, как, я думаю, мало кто из нас может быть».
Невилл напоминает нам о том, сколько великолепных экспериментальных работ Маккартни создавал в 1970-х годах, «пытаясь вырваться из-под влияния своей прежней жизни». «Человек в бегах» — обязательный к просмотру фильм как для поклонников Маккартни, так и для всех, кто слишком беспокоится о том, как другие оценивают их творчество. «Пол принимал критику близко к сердцу, — говорит Невилл. — В начале семидесятых он определенно участвовал в культурном диалоге о том, какой из битлов создает лучшую музыку. Но в какой-то момент этого десятилетия он просто решил делать свое дело, порой безумное, и пусть все идет своим чередом».
Фильм «Человек в бегах» выходит на платформе Prime Video — с 27 февраля.