Павел Перец — один из самых оригинальных гидов Петербурга. Благодаря популярным краеведческим роликам в интернете его яркий наряд и цветной ирокез известен даже тем, кто никогда не бывал на его экскурсиях. Знаток города, журналист, редактор многих изданий, музыкант и консультант, при поддержке которого начала работу служба гидов Лахта Центра, — у Павла много талантов, ипостасей и поклонников. В День экскурсовода поговорим с Павлом о его профессии.
— В экскурсионное дело я пришел во многом благодаря журналистике. Я родился на севере Ленинграда, у метро «Академическая», интерес к городу появился, когда после окончания вуза переехал в центр и понял, что ничего не знаю. А когда Лев Лурье выпустил журнал «Квартальный надзиратель» и первый номер попал мне в руки, я обалдел от того, как можно и, может быть, даже нужно показывать Петербург. Именно тогда я впервые подумал: вот было бы круто рассказывать про город и еще за это деньги получать!
Но у меня не было базы, как у Лурье. Он из мира науки, я — нет. И я реально пошел по библиотекам, проторил путь в Лермонтовку и Маяковку, сидел в газетном отделе Публичной библиотеки на Фонтанке, читал источники и, не зная, как потом все будет оформлено, систематизировал информацию в голове. Благодаря опыту работы главным редактором у меня уже сложилось «чувство информации», то есть внутреннее понимание того, что, кому и как нужно рассказывать.
— Как прошла первая в жизни экскурсия?
— Диплом гида-переводчика я получил еще в нулевые, выучив самостоятельно английский язык по зарубежным фильмам, а потом появился опыт работы с детьми. Моя самая первая экскурсия была для детей, и я рассказывал им на канале Грибоедова об убийстве Александра II. Дети были в восторге и с синими от ноябрьского холода носами кричали у Спаса на Крови: «Хотим еще!»
— На какие темы были первые экскурсии?
— Меня всегда интересовала, допустим, топография революционного города: что, где и как произошло. Историки эту тему копают, но делают акценты на другом. А меня волновало то, что ходишь по городу и не догадываешься, что в каком-нибудь 1905 году здесь взорвалась бомба, тут гостиница была разнесена, дача Столыпина взлетела на воздух, а тут покушались на министра.
Первой моей темой стал рассказ об истории дореволюционного терроризма: Вера Засулич, «Народная воля», Степан Халтурин, Желябов, Перовская. А параллельно я начал развивать тему «Романовы без соплей» и рассказывал о правителях как о людях, а не памятниках. Со временем выработалась собственная методология подготовки экскурсии и рассказа. Я понял, что мой формат не для всех. И это нормально. Но те, кому он заходит, становятся моими навсегда.
— Много ли в «портфеле» маршрутов?
— Только по Петербургу сейчас их больше ста пятидесяти. Все придумано, разработано и адаптировано мной лично. Вообще, я очень много снимал город на видео. И не только Петербург, но и Москву. В моем архиве хранится то, что уже исчезло, — к примеру, граффити во дворе Дома Бенуа или дворы Большой Ордынки в Москве. Города быстро меняются, на глазах исчезают приметы времени, и это интересно.
Авторская экскурсия — это когда маршрут ты создаешь сам. Например, поход по проходным дворам: нигде нет методички, как это делать. Экскурсия про субкультуры — тоже нет методички. Мой музыкальный опыт девяностых, общение с представителями неформальных структур — все это стало базой. Я рассказываю вещи, которые никто не расскажет, потому что это мой личный опыт.
— А про классический Петербург и старинные времена — есть такие?
— У меня есть серия «Классика без соплей». Я показываю, что Некрасов, Тургенев и другие жили так же, как мы: грешили, сомневались. Беру цитаты и спрашиваю у участников маршрута: о чем это написано? Читаю стихи, но уже в контексте города, и цифрами людей не пичкаю. Даты — это не мое. Важно понимать эпоху и связи, а не запоминать числа.
— Как возникают темы?
— Я сажусь на велосипед, еду по маршруту и внимательно смотрю по сторонам. Обращаю внимание на детали. Потом маршрут адаптируется в процессе хождения и съемок. Я никогда не писал сценариев. Ни одной экскурсии у меня не записано. Маршрут надо обкатать, провести несколько раз, потом снять. Но даже после съемки он меняется. Многое зависит от группы. Если тема зашла, можно ее потом развить.
— Чем сейчас интересуются люди?
— Темы разные. Многие хотят «Мистический Петербург», но я, наоборот, люблю развенчивать мифы. А еще всех интересуют известные личности. Считаю, что рассказывать нужно о том, что самому интересно. Иногда сложно выстроить драматургию — хочется, чтобы все перетекало одно в другое, а география не позволяет. Например, если вести по местам Виктора Цоя, надо ехать на юго-запад, потом на Петроградскую сторону, потом на Рубинштейна — это уже не маршрут. Поэтому приходится, допустим, у знаменитой «Камчатки» рассказывать и про «Тоннель», и про другие клубы.
— Как родился проект аудиогида вокруг Лахта Центра?
— Этот проект я делал с нуля и горжусь им. Изначально у меня были только обрывки информации, я так же взял велосипед, проехал по набережной, прикинул, где, что и как рассказывать, потом написал концепцию и текст. Это была сложная работа по осмыслению новой петербургской типографии. Лахта Центр — один из самых значимых объектов в Петербурге, и для меня очень важно участие в таком городском проекте. Теперь любой человек может прийти на набережную, включить аудиогид и получить необходимые знания.
— Как складывалась работа над проектом «Путь Петра»?
— Здесь была немного другая задача: нужно было переработать и адаптировать огромное количество текстов. К тому же этот маршрут интерактивный: в «Мини-городе» в Александровском парке дети могут лазать по памятникам, по Михайловскому замку или Казанскому собору, и за это им ничего не будет, у «Зодчих» можно залезть на стул, можно сфотографироваться с Петром I. На маршруте есть ростомер, и я придумал для него хештег «Путь Петра». Работая над проектом я узнал, сколько «Газпром» вкладывает в город, и теперь, когда веду экскурсию, говорю: вот это и вот это сделано при поддержке «Газпрома»! Я считаю, люди об этом должны знать, потому что у нас принято зачастую все только критиковать.
— А есть самые любимые места в Петербурге?
— Моя любимая точка сейчас — Васильевский остров. Раньше я его не любил, а теперь не хочу отсюда уезжать. Вообще, Петербург люблю за исторический фон, за менталитет, за инфраструктуру — кухню, кофейни, удобство жизни. Мы не ценим многое из того, что у нас есть. Из Петербурга я никуда и никогда не хотел уехать, это мой самый любимый город. А среди маршрутов один из самых дорогих для меня — про блокаду. У меня бабушка блокадница.
— Как появился такой выразительный образ гида с ирокезом?
— Ирокез появился сначала для съемок клипа, а потом я стал проводить в таком виде экскурсии. Это оказался идеальный фильтр: кого бесит — просто не приходят. Зато остаются адекватные люди!
***
Беседовал: Михаил Борисов
Фото: личный архив Павла Перца
#чистопитерскийхарактер