Утром 2 августа 2016 года жительница села Сканово Полина Кувшинина пришла в полицию с заявлением: пропал муж. Но пока сотрудники оформляли бумаги, женщина исчезла. А через несколько часов вернулась в слезах и с повинной: «Это я его убила». Тело 43-летнего Николая нашли в сарае рядом с домом. Удивительно, но никто из односельчан женщину не осудил. Наоборот — все встали на её сторону.
Детство, которого не было
Полина появилась на свет в 1987 году в одной из деревушек Пензенской области. Она была старшей из троих детей в семье, где отец трудился электриком, а мать — продавцом. Денег постоянно не хватало, и уже с ранних лет девочка узнала, что такое ответственность.
Пока сверстницы играли во дворе и обсуждали первые симпатии, Полина спешила домой. На её плечах лежало хозяйство и присмотр за младшими братом и сестрой. На учёбу времени почти не оставалось.
Школу Полина окончила с аттестатом, где преобладали тройки. Дальнейшее образование осталось несбыточной мечтой — семья по-прежнему нуждалась в её помощи.
Первый брак — первый удар
Осенью 2005 года судьба сделала крутой поворот. Поехав по делам в Пензу, девушка познакомилась с Иваном — молодым строителем, который показался ей надёжным и перспективным. Для Полины, привыкшей всегда быть нужной другим, это знакомство стало лучом света в серой череде будней.
Через неделю они уже жили вместе, а спустя два месяца расписались. Полина перебралась в село Сканово, в крошечную комнатушку в доме родственников мужа. В 2006 году родился сын Михаил. Казалось, жизнь налаживается.
Но счастье длилось недолго. В начале 2007 года до Полины дошли слухи о любовнице Ивана. Он всё чаще «задерживался на работе», прятал телефон, а на вопросы отвечал грубостью. Женщина терпела, пытаясь сохранить семью ради сына.
В апреле того же года Иван перестал скрываться — начал появляться с любовницей открыто. Дальше закрывать глаза было невозможно. Летом 2007 года брак распался. В 20 лет Полина осталась одна с маленьким ребёнком, без образования, без жилья, без средств к существованию.
«Спасательный круг» по имени Николай
Возвращаться к родителям Полина не захотела. Осталась в Сканово, поселилась у подруги. Деньги таяли, перспектив не было. Иван почти не помогал, жить приходилось на детское пособие и случайные заработки.
В этот отчаянный момент в её жизни появился Николай Кувшинин. Ему было 34, ей — 20. Разница в возрасте казалась преимуществом — взрослый, состоявшийся мужчина, который знает, чего хочет.
Николай производил внушительное впечатление: высокий, подтянутый, с развитой мускулатурой и уверенным взглядом. Он занимался спортом, работал вахтами и умел красиво ухаживать. Проявлял заботу и о маленьком Мише. Для Полины, отчаянно нуждавшейся в поддержке, он стал тем самым спасательным кругом.
В конце 2007 года они поженились. Поселились в стареньком доме, доставшемся Николаю от бабушки. Через год родился первый общий ребёнок, а с помощью материнского капитала семья смогла купить жильё получше.
Обратная сторона медали
В последующие годы Полина родила ещё троих детей. В 2011-м, в 2013-м, в 2014-м... В доме стало четверо несовершеннолетних. Заботы множились, а вот помощь от мужа таяла на глазах.
Чем дольше они жили вместе, тем яснее становилось: Николай не тот, за кого себя выдавал. Он обожал футбол — мог сутками пропадать на поле с местной командой, где был капитаном. После матчей следовали возлияния с друзьями. В 2014 году он и вовсе бросил работу.
Семья перебивалась детскими пособиями, огородом и помощью от Свято-Троицкого Скановского монастыря. Деньги, которые изредка появлялись у Николая, чаще уходили на выпивку, чем на детей.
Но самым страшным было другое. Когда Николай напивался, он становился агрессивным. Регулярно поднимал руку на жену. Доставалось и пасынку — Мише. В 2015 году мальчика после очередного избиения пришлось госпитализировать. Полина тогда впервые нашла силы написать заявление. Главу семьи отделали штрафом.
В начале 2016 года история повторилась — снова побои, снова заявление, снова «воспитательная беседа» и обязательные работы. После этого агрессия Николая только усилилась.
«Куда мне идти?» — ловушка для матери
Почему она просто не ушла? Ответ прост: уходить было некуда.
Четверо детей. Никаких сбережений. Работы в селе нет, а с четырьмя детьми устроиться куда-то в городе нереально. Снимать жильё — не на что. Дом куплен на материнский капитал, продать его — целый квест с органами опеки. Родители далеко, да и помочь они ничем не могли. Несколько раз Полина пыталась уехать к ним, но Николай приезжал и возвращал её силой, угрожая расправой.
Тот самый день
2 августа 2016 года начался необычно. В гости к Полине приехал её брат Виктор. Он привёз племянникам игрушки, сладости, фрукты — то, что дети видели нечасто. На несколько часов дом наполнился смехом и суетой.
Виктор уехал под вечер. С его отъездом в доме снова воцарилась привычная гнетущая тишина, которую нарушал только голос телевизора.
Николай был не в духе. Причин хватало: во-первых, брат жены не привёз «гостинцев» ему лично, что он воспринял как оскорбление. Во-вторых, его любимая футбольная команда проиграла. Капитан не умел проигрывать — и привык компенсировать поражения на поле «победами» дома.
Полина, закончив стирку и уборку, обессиленно опустилась на стул. И тут же услышала крик:
— Твой брат мне сигарет не привёз! Иди и ищи! Где хочешь, поняла?
Магазин давно закрылся. У Полины не было ни сил, ни желания идти по соседям и унижаться. Она ответила тихо, но твёрдо:
— Не пойду. Сам иди, если надо.
Не желая продолжать разговор, она поднялась и вышла в пристрой — холодное помещение, примыкающее к дому. Этот поступок оказался последней каплей для Николая. Он рванул за ней, распахнул дверь и с силой толкнул женщину. Полина упала на пол.
«Щелчок» в голове
В тот момент, лёжа на грязном полу среди старых вещей и хлама, она почувствовала, как внутри неё что-то оборвалось. Многолетняя боль, страх, унижения, безысходность — всё это сжалось в тугой комок и рвануло наружу.
Взгляд упал на топор, стоявший у стены. Почти не осознавая своих действий, Полина схватила его, вскочила на ноги и замахнулась…
Потом она не могла вспомнить подробностей. Только смутные обрывки, красная пелена перед глазами, тяжесть орудия, которое вдруг перестало казаться тяжёлым.
Омут в голове и попытка скрыться
Сознание вернулось внезапно. Полина увидела страшную картину: тело мужа лежало неподвижно. Страх за детей оказался сильнее ужаса от содеянного.
Инстинкт матери включился на полную мощность. Полина вышла к детям, которые смотрели телевизор и ничего не слышали, попросила их не выходить из комнаты, а сама отправилась замывать следы.
Утром 2 августа Полина села в автобус и поехала в районный центр Наровчат. В отделе полиции она написала заявление о безвестном исчезновении супруга. Рассказывала о его тяжёлом характере, о том, что он мог уйти в запой.
Вернувшись домой, она стала ждать. Полиция приехала, но осматривать сарай не стали. Опросили женщину, составили протокол и уехали.
Но как только машина скрылась за поворотом, Полину накрыло. Она ходила мимо сарая, и каждый раз ей казалось, что оттуда идёт запах, что-то мерещилось. Нервы не выдержали.
«Я больше не могу»
Полина отправилась в сельскую администрацию, разыскала главу и сквозь слёзы рассказала всё. Тот вызвал полицию. Когда машина подъехала к дому во второй раз, женщина открыла дверь и с порога выпалила:
— Это сделала я. Больше не могу врать.
Тело нашли в сарае. Топор изъяли у соседей. Полина дала признательные показания и рассказала всё, как было.
Суд: аффект, которого почти не бывает
История получила огласку, и у многих односельчан она вызвала не осуждение, а сочувствие. Люди знали, какой ценой Полине доставалось это замужество. Соседи собирали подписи в её поддержку.
Следствию предстояло дать юридическую оценку случившемуся. Была назначена комплексная психолого-психиатрическая экспертиза в областной больнице имени Евграфова.
Вывод специалистов стал ключевым: Полина действовала в состоянии аффекта. 1 ноября 2016 года Наровчатский районный суд вынес приговор. Полина Кувшинина признана виновной по части 1 статьи 107 УК РФ (убийство в состоянии аффекта) и приговорена к полутора годам ограничения свободы.
Это означало, что женщина не отправится в колонию. Она осталась дома, с детьми. С определёнными ограничениями — не покидать место жительства без разрешения, не посещать определённые места, но в целом её жизнь практически не изменилась.
Никто из односельчан не осудил Полину. Напротив, все, кто знал историю семьи, выражали сочувствие. Женщина не стала изгоем — её поняли.
Если вам интересны реальные истории, где право и человеческие судьбы переплетаются самым неожиданным образом, подписывайтесь на наш канал и ставьте лайк. Ваши оценки помогают нам находить и анализировать самые сложные и показательные дела.