Есть старая добрая традиция в британской королевской семье, когда в Лондоне становится слишком «жарко» от заголовков газет, нужно срочно паковать лыжные костюмы и лететь туда, где воздух чист, снег бел, а цены в меню способны вызвать сердечный приступ у обычного налогоплательщика.
Швейцарские Альпы идеальное убежище. Именно там, среди хрустящих булочек и аромата плавленого сыра, на днях и обнаружилась принцесса Евгения.
Казалось бы, ну поехала женщина отдохнуть с мужем и детьми, что тут такого? Но контекст, дамы и господа, решает всё. В то время как фамилия Йоркских в Британии сейчас произносится с той же интонацией, с какой говорят о прорвавшей канализации, младшая дочь «любимого сына королевы» решила, что лучшее средство от стресса это фондю в Гштааде.
Посетители ресторана Waldmatte, заведения, где обычный омлет стоит как небольшая подержанная машина, признались журналистам, что едва не поперхнулись своими венскими сосисками.
«Мы были шокированы», шепчут они. Ещё бы. Весь мир обсуждает, как папенька Евгении, герцог Йоркский, снова попал в переплет, связанный с его давней дружбой с одним очень богатым и очень мертвым американским финансистом, любившим массаж. А его дочь в это время с невозмутимым видом изучает карту вин.
Один из очевидцев, явно не ожидавший увидеть особу королевской крови в такой момент, заявил прессе: «Я думал, она будет держаться в тени».
Наивный человек! В мире Виндзоров «держаться в тени» означает не сидеть в подвале с выключенным светом, а просто уехать на самый дорогой курорт Европы и надеть солнечные очки чуть побольше обычного. Это и есть их версия аскезы и покаяния.
Евгения была замечена в компании своего супруга Джека Бруксбэнка (человека с вечно усталым лицом, который, кажется, до сих пор не понял, в какой сериал он попал), их сыновей Августа и Эрнеста, и, разумеется, няни. Потому что страдать от семейного позора без няни это уже моветон.
Давайте честно, быть дочерью принца Эндрю сейчас работа не из легких. Это как быть капитаном «Титаника», но уже после того, как айсберг сделал свое дело, а оркестр утонул. Пока Евгения выбирает между картофельным рости и раклетом, её отец, этот герой Фолклендской войны и бывший торговый представитель Британии, только только вернулся в свой домик после допроса)
Герцог Йоркский, видимо, искренне полагает, что если он не будет выходить из дома и не будет давать интервью (мы все помним то легендарное интервью про пиццерию и неумение потеть, спасибо, хватило), то всё само собой рассосется. Документы суда? Свидетельские показания? Фотографии, где он обнимает за талию девушек, которые годятся ему в дочки? Для него это, наверное, просто досадные помехи, мешающие играть в гольф.
Ирония ситуации в Гштааде зашкаливает. Евгения, безусловно, не несет ответственности за грехи отца. Но её появление на публике именно сейчас, с улыбкой и аппетитом, выглядит как манифест фирменной виндзорской непробиваемости. Это знаменитая британская «stiff upper lip» (невозмутимость), доведенная до абсурда.
«Папу обвиняют в чудовищных вещах? Что ж, передайте, пожалуйста, соль и ещё порцию сыра».
Друзья, сопровождавшие пару Бруксбэнков, тоже, видимо, люди закаленные. Они заняли столик внутри ресторана, отказавшись от террасы с захватывающим видом. Осторожность уровня Джеймса Бонда! Ведь если сесть на террасе, их могут сфотографировать папарацци.
Вообще, вся эта поездка выглядит как попытка сделать вид, что жизнь продолжается в прежнем русле. Но прежнего русла больше нет. Есть только бесконечные судебные иски, всплывающие имена в списках гостей на частном острове и липкое ощущение стыда, которое, похоже, испытывают все британцы, кроме самих участников скандала.
Королевская семья мастерски владеет искусством игнорирования реальности. Пока подданные обсуждают кризис стоимости жизни и то, почему на содержание дворцов уходят их налоги, а один конкретный герцог не может объяснить природу своей дружбы с финансистом, его дети продолжают вести образ жизни, достойный страниц глянца.
Конечно, Евгению можно понять. Ей хочется нормальной жизни для своих детей. Но «нормальная жизнь» в понимании Виндзоров так далека от реальности, что этот разрыв уже не зашить никакими пиар-акциями
Возможно, в этом и есть суть монархии в XXI веке: красивая картинка на фоне горящего здания. Они едят фондю, катаются на лыжах, рожают наследников с красивыми именами, пока фундамент их репутации трещит по швам под тяжестью скелетов, выпадающих из шкафов .