Проект «Маршрут Трампа» (TRIPP) становится ключевым элементом американской стратегии по укреплению позиций в Закавказском регионе, заявил RuNews24.ru 20 февраля эксперт по международным отношениям Арам Акопян.
Ранее в пресс-службе Госдепартамента США сообщили о визите вице-президента США Джей Ди Вэнса в Армению и Азербайджан в период с 9 по 11 февраля. В документе отмечалось, что поездка направлена на продвижение «мирных усилий» американской администрации, а также проекта «Маршрут Трампа для международного мира и процветания».
Как отметил Акопян, данный проект предполагает создание устойчивой транспортной связки между Азербайджаном и Нахичеванью через армянскую территорию — Сюникский регион. Эксперт напомнил, что трехсторонняя декларация, подписанная в августе 2025 года между Арменией, Азербайджаном и США, закрепила транспортные инициативы на официальном уровне. При этом он обратил внимание на то, что распределение транзитных доходов произведено в пользу США.
Акопян подчеркнул, что Вашингтон рассматривает данный проект как инструмент усиления логистической связности между Турцией и Азербайджаном, а также как способ расширения своего влияния на евразийские маршруты.
«Учитывая статус Турции как одного из ключевых логистических узлов Евразии, контроль над данным направлением усиливает влияние США на транспортные потоки и торговую инфраструктуру в более широком контексте. В долгосрочной перспективе Соединенные Штаты получают институционализированный доступ к стратегическому маршруту и закрепляют за собой основную долю транзитных доходов, что создает устойчивый политический инструмент влияния на процессы в регионе», — сказал эксперт.
Он также обратил внимание на то, что продвижение Зангезурского коридора выводит США к непосредственной близости от северных границ Ирана. По словам Акопяна, в этой логике ключевым партнером США становится Азербайджан, поскольку существующие противоречия между Баку и Тегераном создают дополнительное пространство маневра для Вашингтона.
Эксперт добавил, что в складывающейся конфигурации наименее выигравшей стороной выглядит Армения, которая получает ограниченную долю транзитных доходов.