Как дело с хулиганами обстояло в РИ пишет Т. Бирюкова в книге (тут я немного обозревал ее).
После Революции в стране появилась КДН, а все приюты и колонии для детей переводились в единое ведомство. Из тюрем стали изымать людей до 21 года и помещать в специальные «реформатории», где целью стало перевоспитание и подготовка к трудовой жизни. Детей до 14 лет освободили от уголовного наказания и пытались воспитывать. Подростков 14-18 лет тоже освобождали, если они «действовали без разумения».
Но такая система не справилась с валом проблем. Тогда КДН стала направлять детей в уголовные суды в случаях «упорных рецидивов, систематических побегов и явной опасности для окружающих». В этот же момент от властей последовал очередной импульс для решения проблемы.
— Ведь и до революции с этими босяками справлялись. Были колонии малолетних преступников…
— Это не то, знаешь… До революции это не то.
— Правильно. Значит, нужно нового человека по-новому делать.
— По-новому, это ты верно.
— А никто не знает — как.
— И ты не знаешь?
— И я не знаю.
— А вот у меня это самое… есть такие в губнаробразе, которые знают…
— А за дело браться не хотят.
— Не хотят, сволочи, это ты верно.
— А если я возьмусь, так они меня со света сживут. Что бы я ни сделал, они скажут: не так.
— Скажут стервы, это ты верно.
— А вы им поверите, а не мне.
— Не поверю им, скажу: было б самим браться!
Откуда цитата?
Появилось два вида учреждений (У): для осужденных уголовно (полная изоляция) и для остальных. В них обучали по школьной программе, сельхоз труду и ремеслам. В 29 г. решили, что детей от 14 до 16 лет из этих двух видов учреждений системы Наркомпроса, если они не исправляются, нужно переводить в У системы комиссариата внутренних дел. Примерно так Макаренко перебрался из одного в другое ведомство.
В 30 году эти У были переданы в систему Наркомюста. С подростками от 16 до 18 лет вопросы решались индивидуально. Их могли направить в третий вид У —тюрьмы (ИТК) для молодых людей от 16 до 20 лет.
Вскоре ИТК были преобразованы в спецшколы фабрично-заводского обучения, потому что раньше в них не было средств производства для полноценного обучения. В спецшколы ФЗУ набирали людей от 16 до 23 лет. Там доучивались по школьной программе, получали специальность и занимались спортом.
Из-за того, что уровень "отморозки" хулиганов разный, появилось три вида спецшкол ФЗУ: открытые, закрытые, полуоткрытые.
В открытые спецшколы хулиганы переводились по постановлениям педагогических советов обычных школ без каких-то особенных оглядок на их родителей.
До 35 года эти школы открывались во всех областях и республиках. В 35 году уголовное наказание стали применять к детям с 12 лет. Например, за насилие и причинение увечий. Установили ответственность, вплоть до уголовной, для председателей сельсоветов и опекунов(организаций) за отсутствие мер охраны и заботы. Усиливалась ответственность родителей.
Примерно в таком виде система развивалась. Примерно такой она описана в книге «Друзья и враги Анатолия Русакова (https://t.me/shkola_zhi/915)» (50-е годы).
В 95 году в стране были открытые спецшколы и училища, закрытые спецшколы и училища, коррекционные спецшколы и училища для детей с ОВЗ, которые совершили опасные деяния.
Примерно с 2000х по новому законодательству сужается категория подростков, которых можно поместить в У закрытого типа, а в У открытого типа поместить без согласия родителей становится невозможно.
Это приводит к тому, что хулиган долго содержится в обычной школе, распространяя определенную модель поведения. И только в том случае, если будет совершено (и выявлено) тяжкое преступление (обычно против других детей), он попадает в тюрьму для несовершеннолетних. А ведь таких последствий для обоих можно было бы избежать.
В 2013 году в стране было 89 спецшкол, сегодня осталось 36.
В 2016 году (ранее данных нет) в стране было 185 тюрем для детей. Сегодня их 194.
Подумайте над тем, что это может значить.