#Воспоминания
В этой рубрике рассказываем о Есенине глазами его современников. 1 часть читайте здесь.
2 часть из воспоминаний И.Н.Розанова:
— Это что-то вроде Кольцова или Некрасова, которых я терпеть не могу! — сказала моя соседка справа, художница-футуристка, щеголявшая своей эксцентричностью.
Потом был перерыв, потом опять читали в том же порядке. В перерыве и по окончании в гардеробной слушатели обменивались впечатлениями о стихах и о наружности поэтов. Сосед мой слева, поклонник Тютчева, одобрял Клюева <...> Другой поэт, деревенский парень, ему не понравился. Еще резче отнеслась к нему моя соседка справа, художница.
Когда на лестнице к ней подошел Клюев, с которым она уже была раньше знакома, и спросил: „Ну как? “, она с дерзостью избалованной женщины отвечала:
— Сначала я слушала, а потом перестала: ваш товарищ мне совсем не понравился.
— Как? Такой жавороночек? — И в тоне Клюева послышалась ласковость к своему „сынку“ и сожаление.
— Впрочем, о вкусах не спорят, — смягчила свою резкость художница. — Может быть, кому-нибудь другому он и пришелся по вкусу.
Впоследствии, глядя на Есенина, я не раз вспоминал это определение Клюева: „жавороночек“. Но среди слушателей раздавались и голоса, отдававшие предпочтение безвестному до сих пор в Москве Есенину перед гремевшим в обеих столицах Клюевым. Я жадно прислушивался к этим толкам. <...> Есенина я, как и многие другие, находил проще и свежее. Тут были стихотворения, понравившиеся мне целиком, например, „Корова“, где уже сказалась столь характерная для позднейшего Есенина нежность к животным. <...> Кажется, в первый раз в русской литературе поэт привлекал внимание к горю коровы. Еще более произвело на меня впечатление „В хате", а особенно три последние строчки:
От пугливой шумоты
Из углов щенки кудлатые
Заползают в хомуты.
И ночью, уже ложась спать, я всё восхищался этой „пугливой шумотой“ и жалел, что не могу припомнить всего стихотворения».
🖼И.Н. Розанов. Фото из открытого источника.
