19 февраля в прокат вышел фильм, который ломает стереотипы о хоррорах. «Ловушка для кролика» (Rabbit Trap) режиссёра Брина Чейни — это не просто история о встрече с потусторонним в дебрях Уэльса. Это гипнотический эксперимент, где звук становится не саундтреком, а полноправным действующим лицом, а древний фольклор оказывается ключом к современной психологической травме.
Для британского режиссёра Брина Чейни этот полный метр — давно назревшее высказывание. Ранее в короткометражках он уже исследовал тёмную сторону кельтских легенд, и теперь, получив в распоряжение камеру и талант Дев Пателя («Миллионер из трущоб») и Рози Макьюэн, он создал историю, от которой мороз продирает по коже именно там, где зарождается музыка — в глубине души.
Там, где трава шепчет
1970-е. Пара молодых экспериментаторов — Дарси (Дев Патель) и Дафна (Рози Макьюэн) — сбегают из шумного Лондона в обезумевшую от зелени глушь Уэльса. Они — музыкальные алхимики. Дарси дни напролёт бродит по пустошам с огромным микрофоном-«пушкой», охотясь за звуками природы: он записывает крики птичьих стай, дыхание ветра в траве и едва уловимый треск лесного подлеска. Дафна же остаётся в доме, чтобы превратить этот сырой шум в вокалезы и атональные композиции.
Идиллия творческого уединения трещит по швам, едва начавшись. Дарси терзают ночные кошмары: к нему приходит гигантская фигура отца, пожирающего плоть — живая иллюстрация к мрачному полотну Гойи «Сатурн, пожирающий своего сына». Дафна не будит мужа в эти моменты. Вместо этого она включает микрофон. Это их единственный способ говорить о боли — говорить на языке музыки.
Мальчик без имени
Одержимость звуком заводит Дарси слишком далеко. Однажды в лесу он слышит в наушниках нечто неземное — зов, который приводит его к ведьминому кругу из грибов. Забыв о главном правиле фольклора (никогда не вступать в кольцо!), герой переступает черту и теряет сознание.
На следующее утро Дафна замечает в траве ребёнка. Странный мальчик (пугающе органичный Джейд Крут) словно соткан из этого леса. Он знает всё о местных духах, о Тилвит Тег — феях из валлийской мифологии, встреча с которыми грозит безумием. Он приносит хозяевам дома цветы для чая, учит их слушать безмолвие и даже ловит кролика.
Но чем щедрее дары, тем тревожнее становится атмосфера. Мальчик не имеет имени. Он пьёт только молоко. Он говорит на древнем наречии и требует, чтобы его дары принимали по его же правилам. Отказ пустить его на порог мгновенно оборачивается гневом, а кошмары Дарси становятся невыносимыми.
Фольклор как психотерапия
Здесь Чейни совершает блестящий режиссёрский ход. Зритель ждёт классического хоррора про демонических детей, но получает тонкую драму о переработке травмы. Мальчик без имени — не просто фейри. Это материализовавшаяся боль детства самого Дарси, та часть его личности, которую он отказывается признавать.
Герои не могут дать созданию имя ровно потому же, почему не могут говорить о насилии, пережитом в прошлом. В пуританских 70-х на это просто нет слов. Единственный язык, который они находят — их странная, никому не нужная музыка, построенная на шорохах и криках. Это музыка брошенных детей и забытых тайн.
Симфония страха и красоты
Отдельного внимания заслуживает визуально-звуковой ряд. Оператор Андреас Йоханнессен и композитор Лукреция Далт проделали титаническую работу. Валлийские пейзажи здесь не просто фон, а живое существо — древнее, равнодушное и прекрасное. Камера любит крупные планы травы, мха, коры деревьев, а звук сплетается с картинкой так плотно, что вы начинаете вздрагивать от тишины.
«Ловушка для кролика» Брина Чейни доказывает: фолк-хоррор жив и здоров. Но теперь он говорит не только о проклятых землях и языческих богах, но и о том, что самое страшное чудовище часто живёт внутри нас, и чтобы его изгнать, иногда приходится впустить в дом лесного духа.