Сказочный деревянный теремок появился в костромских лесах, недалеко от Чухломы благодаря местному крестьянину-отходнику из уездного града Чухломы - Мартьяну Сазоновичу Сазонову.
Костромская земля, как и многие губернии в Российской империи была богата на крестьян-отходников. Почвы здесь бедные, жито давало скудные урожаи и каждый сезон местные крестьяне уходили в большие города на заработки.
Мартьян Сазонов был одним из отходников, то есть крестьян, уезжавших из дома на заработки, иногда — в далекие города. Большинство чухломских отходников были строителями, но Сазонов, по-видимому, специализировался в столярном деле, выучившись ему у знакомого мастера в Санкт-Петербурге. Предположительно с 1860-х годов до 1894 года Сазонов работал в Петербурге, живя там сначала без семьи и только приезжая в деревню на побывку, а последние лет семь жил в северной столице вместе с семьей. Он был государственным крестьянином, к сорока годам собравшим достаточный капитал, чтобы купить дом в Питере. В него то и переехала его первая жена с пятью детьми, жившие до того в Чухломе с в старом родительском доме. В 1894 году он овдовел (первая жена – Екатерина Авдеевна умерла от чахотки) и спустя несколько месяцев, вернувшись на свою малую родину, повстречал, полюбил и вскоре женился вторым браком на дочери заштатного дьякона церкви Ильи Пророка в деревне Фалилеево, Елизавете Алексеевне Добровольской (1873—1947).
Став супругою Мартьяна Сазонова, юная 21-летняя Елизавета Алексеевна взяла хозяйственные дела в руки свои надежные. И вот, семья Сазоновых впервые за многие месяцы вновь зажила счастливо. А Мартьян, в супруге своей видевший одну лишь отраду, всё время хотел преподнести ей дары щедрые, да радость нежданную. И вот, как гласит старинное предание, решил Сазонов дом новый построить, да непростой: а такой, чтоб самим русским царям завидно было. Не любы были Мартьяну дома выстроенные в стиле эклектики и модерна, захотел он в своём деревянном доме лицезреть башенки расписные, оконца в окантовках ажурных, да крылечки кованые. Красивый, как из русских сказок — с витражами, башенкой и резьбой. Пригласил он в Асташово лучшего зодчего, русского стиля мастера, говорят, самого Ивана Павловича Ропета. (Иван Павлович Ропет (настоящее имя Иван Николаевич Петров, 1845—1908) — один из известных архитекторов, работавших в русском стиле. Многие из его работ были опубликованы в журнале «Мотивы русской архитектуры», который выходил в 70-е годы XIX века). Мастер сей возводил строения дивной красоты на ярмарках заморских, украшал здания увеселительные под Петербургом, да в подмосковном Абрамцеве терем – загляденье построил. Сказывали старожилы не то легенду, не то быль, как в один из дней приехал зодчий знаменитый в Асташово, осмотрел просторы местные и молвил: «Будет у тебя, Мартьян, целый дворец в виде терема!». Возводился деревянный дом 1 год. И вот, к году 1897-му вырос чудо-терем на земле костромской – такой, каких люд местный еще не видовал.
Поговаривали, будто зодчий Ропет сперва хотел проект сей жаловать самому государю Николаю Александровичу – для домика охотничьего в Пуще Беловежской, но Сазонову удалось слова нужные подобрать, да щедро заплатить, дабы царский терем у себя в Асташово поставить. Однако, всё больше в Асташово судачили о том, что деревянное чудо при двух этажах, с башенкой высокой и оконцами расписными пожаловал Сазонов ненаглядной жене своей, дабы вкусам ее угодить. Поселилась большая Семья Сазоновых в тереме, да стали жить они там, каждому дню радуясь. На втором этаже терема находились комнаты- светлицы для приема гостей долгожданных и для бесед с купцами со всей Руси-матушки. Есть и другие сведения, повествующие о том, что Мартьян Сазонов свою дачу начал строить через 20 лет после публикации в журнале эскиза Ропета и очевидно копировал и общий силуэт, и членение, и разнообразные детали загородного дома — резной декор, выдвинутый вперед балкон, двухъярусную башню со шпилем и золоченым ободом.
Изучение ряда особенностей дома в ходе реставрации привело к мысли, что Сазонов строил дом сам, без профессионального архитектора. Так, кровля дома переделывалась прямо по ходу строительства, у парадного входа не было теплых сеней, наконец, в доме не было запланировано ни одного туалета, хотя это уже было нормой в петербургских загородных домах
Двухэтажный дом с разнообразным декором окружали хозяйственные постройки (ныне утраченные). При доме была также построена резная беседка, разбит сад, посажена липовая аллея, выкопаны пруды. Пока дом строился, Сазоновы жили на два дома. Кроме Терема, Мартьяну принадлежал одноэтажный особняк в Чухломе – дом под №203 по Никольской (современная ул. Ленина, 30). Дом использовался в основном как дачный, семья жила в нём только летом. Стоящий на холме, он был виден за несколько вёрст. В самом тереме и вокруг кипела жизнь: собирались гости из столицы, устраивались вечера с музыкой и танцами, играми в карты, вечерними разговорами в беседке.
Шли годы. Старшие дети Мартьяна Сазонова, от Анны Андреевны рожденные, стали один за другим покидать дом отчий. Бог не дал Сазонову деток общих с Елизаветой Алексеевной, заботились они вдвоем о счастье и достатке наследников подросших. Супругов Сазоновых разделяли годы немалые – Елизавета Алексеевна отроду вдвое моложе была мужа своего. Под конец жизни сильно стал болеть Сазонов. Дабы дни земные его продлить и здоровье сохранить, настояла семья его на том, чтобы переехал он из терема своего чудесного в славный град Чухлому, в дом к своему сыну. Там же Мартьян Сазонов и провел дни свои земные. Долго помнили жители Чухломы безутешную жену его, гостившую изредка в семьях своих пасынков, да падчериц. А сведения летописные сказывают нам, будто на старости лет Елизавета Алексеевна нашла свой приют в одном из богоугодных домов.
Говорят, новый дом так впечатлил приятеля Мартьяна — такого же разбогатевшего крестьянина Ивана Поляшова, — что тот построил в ответ свой терем, в Погорелово, в часе езды от Асташово. По преданию, приятели всегда соперничали — у кого дом лучше, жена краше, заработки больше.
В последние перед Первой мировой войной годы Мартьян Сазонов болел, стал грузен, плохо видел и мучался болями в груди. Из Чухломы в Терем он больше не выезжал, жил с женой и чахоточным сыном Иваном в своём доме на Никольской улице. Революция не пожалела обе усадьбы. Сазонов, правда, до нее не дожил. Мартьян Сазонович почил в Бозе в 1914 году то ли на 72-м, то ли на 74-м году жизни. Точная дата рождения его неизвестна: возможно 1840, а может быть и 1842 год. А Поляшов умер позже, в 1930-х. В 1918-м вдову Мартьяна Сазонова, Елизавету Алексеевну Сазонову, пришедшие к власти коммунисты, выгнали из собственного дома-терема. Здание было национализировано. После конфискации Терем в Асташове был опечатан и простоял бесхозным более 20 лет. С конца 1930-х годов там располаожились советские и колхозные учреждения – сельсовет, правление колхоза (начиная с 1950-х – правление отделения совхоза). По легенде, в 1943 году председательница сельского совета решила сыграть свадьбу в парадной гостиной. После Великой Отечественной войны в нём так же расположились библиотека, киноклуб, почта (выполнявшая также функции сберкассы), медпункт (фельдшерский пункт). Но на излёте советской власти, когда местные деревни стали потихоньку вымирать, асташовский терем забросили в 1973 году. Со временем вокруг брошенного на произвол деревянного сооружения, вырос лес, дом подвергался катаклизмам природы и активно разрушался...
Его печальное состояние и счастливое возрождение широко в начале ХХI столетия обсуждалось в газетах, всевозможных передачах, интернете. В разное время в проекте по спасению этого чудного погибающего здания участвовали организаторы фестиваля «Полная Чухлома», Костромской департамент культурного наследия, "Архнадзор" и многие другие люди и организации из Москвы, Костромы и Вологды. Ещё недавно об этом удивительном памятнике, затерянном в Костромской глубинке, знали лишь немногие энтузиасты. В 1970-2000-х годах там, в труднодоступном месте, царило полное безобразие.: заброшенный деревянный особняк зарос лесом и почти развалился...
На этом сказка могла бы и закончиться, но в 2005 году Андрей Павличенков, молодой предприниматель, экстремал и любитель старины из Москвы, нашел погибающий дом. Оказалось, что терем был снят с государственного реестра и вообще не существовал официально ни в одном документе. Благодаря Андрею и его жене Ольге Головичер, терем Асташово вновь обрел хозяев и буквально родился заново: семейная пара выкупила его на торгах и занялась восстановлением. Терем, когда-то ставший подарком для своей суженой второй половинки, ко времени приобретения в начале ХХI столетия, был почти полностью развален. "Ни одного окна, всё перебито, двери переломаны, полы сломаны, печки разобраны", — вспоминал Михаил, который сегодня живёт поблизости и сейчас работает в тереме экскурсоводом. Терем был повреждён настолько, что его пришлось разобрать и собрать заново, заменив сгнившие части. Сперва спасли его от разрушения неминуемого, основание укрепили, да чудесную башенку аккуратно сняли, дабы при падении не рассыпалась она в щепки. В начале восстановительно-реставрационных работ был вырублен «сорняковый» лес вокруг дома, собраны и складированы обвалившиеся элементы декора, разобран мусор, сделаны обмеры и фотофиксация. Накренившаяся башенка, угрожавшая сохранности всей конструкции, была снята с помощью автокрана. К дому была отсыпана дорога длиной 2 км, заново подведено электричество. Затем Андрей Павличенков, ставший новым хозяином терема, кинул клич на всю Россию-матушку: нужны были зодчие славные, навыкам волшебным обученные, дабы чудесный терем возродить. Долго не находил хозяин терема умельцев грамотных среди мастеров русских. Но вскоре откликнулись столяры и плотники, решившие помочь возродить славный дом-теремок в Костромской глуши. Умельцы те в Асташово прибыли из вологодского града Кириллова, из реставрационной мастерской «Архитектура – Производство – Обучение». Славный наставник и предводитель умельцев, архитектурных дел мастер Александр Владимирович Попов, вместе с единомышленниками прославились своими работами славными. С 2011 по 2016 год шла полномасштабная реставрация с разборкой и вывозом сруба в реставрационные мастерские А. Попова в Кириллов. Работы велись с применением исторических технологий и материалов: тёсаных брёвен, дранки, войлока, гидроизоляции из берёсты. Методом переборки сруба восстановлен основной объём терема и пристройки, перекрытия и многочисленные элементы наружного резного декора. Удалось сохранить более 60 % подлинной конструкции, остальные детали, а это обшивка сруба, окраска, полы, штукатурка, печки, двери и т. д., воссозданы с максимальной достоверностью и близостью к оригиналу. Владея старинными ремеслами, перебрали они основание здания по бревнышку, палаты светлые сделали, словно новыми, разноцветными витражами окна украсили, резные печи керамикой отделали, да кружевом резьбы окна с фасадами преобразили. Помогали Павлюченкову с супругой также энтузиасты, волонтёры и многие неравнодушные люди. Они расчищали заросли и занимались разбором старого здания и возведением нового. Кто-то жертвовал доски, стройматериалы и солярку, а кто-то – деньги.
В 2015 году дом-теремок Асташово получил грант Фонда Потанина в номинации «Музейный старт». В 2016 году терем восстановили и в том же году «Терем» открылся как первая в России гостиница-музей, где, кроме проживания, туристы могут воспользоваться разнообразными программами для активного отдыха. В гостиничном тереме и зимой и летом достаточно прохладно. При Мартьяне Сазонове здесь сделали полы с подогревом — как ни странно, на Руси это встречалось нередко, даром что отопление было только печное. Сейчас теплых полов нет, зато вдобавок к печкам есть обычное отопление (причем радиаторы вмонтированы в пол, чтобы не бросались в глаза), канализация и электрическое освещение.
Это то, что больше всего поражает в тереме: снаружи он выглядит как дом из русских народных сказок, а обустроен — как современная московская квартира. В районе почти не ловит мобильная связь, но в тереме подключен Wi-Fi. На кухне есть печь и ухват, а рядом — микроволновка и электрический чайник. А усталого гостя могут положить на настоящую русскую печь. Андрей решил, что оставить терем без русской печи было бы нелогично. Хотя в основном он придерживался принципа "не знаем, как это выглядело, — не будем воссоздавать". Тем не менее, печь была сложена и сейчас она больше всего нравится туристам - её очень часто фотографируют гости сказочного теремка.
Обои из одного зала воссоздавали английские специалисты (в России таких не нашлось), причем бесплатно. Вот у мебели шансов сохраниться не было — всё-таки терем пережил послереволюционные годы расхищения, и годы запустения. Как только здание было восстановлено, местные жители стали привозить в терем вещи времён проживания его устроителя, Мартьяна Сазонова. Сегодня, здесь есть расстроенное старинное пианино, многочисленные прялки, старые шкафы и стулья, журнал "Нива", которому уже больше сотни лет, и "дамский сундучок" с щипцами для завивки волос. Зато кровати — из современных магазинов: всё-таки гостям нужно спать на чём-то удобном и не скрипящем. Все, что стоит и лежит в комнатах, можно трогать: хоть это и дом-музей.
Здесь есть всё необходимое для тихого отдыха на природе: дремучий лес, чистая вода, тишина и удивительная архитектура. Сегодня все желающие могут не только полюбоваться лесным теремом в Асташово, но и пожить в нём, насладиться тишиной и уютом сказочного лесного терема.
И вот он, дивный теремок, стоит посреди безбрежного костромского леса уже более ста лет и удивляет своей невероятной красотой и уникальной историей о том, с какой заботой можно относиться к наследию. Теремок в Чухломском районе — это место, которое объединяет прошлое и настоящее: в этот дом не пожалели вложить средства и душу ни в 1897, ни в 2005 году.
Рядом с теремом собираются еще несколько перенесенных сюда старых деревянных построек, среди которых выделяется шатровая часовня Авраамия Городецкого (Чухломского) из деревни Головино, поставленная у красивого пруда с лилиями.
Известно, что Синодальная грамота на строительство деревянной часовни в деревне Головино выдана местному жителю Григорию Захарову в 1901 году. Построенная в русском стиле часовня простояла чуть более ста лет. Примерно в 2006 году верх часовни обрушился, а каркасный притвор сложился на землю. В руинированном виде часовню увидел предприниматель и меценат Андрей Павличенков, который занялся восстановлением дома-терема в Асташово. Он принял решение спасти погибающий памятник архитектуры. Было получено Благословение разобрать сруб и перевезти часовню на территорию усадьбы Асташово, находящуюся в 8 км. от бывш. деревни Головино
В 2014 году фирма «Нагель» взялась за осуществление этого проекта. Остатки часовни были обмерены и промаркированы. Разобран сруб и перевезён для реставрации.
Восстановление рухнувших конструкций представляло наибольшую сложность, поэтому лежащим отдельно от часовни на земле бревнам м доскам уделялось особое внимание. Из этих осколков как мозаика собирались во единое целое конструкции шатра, свода и главы. Многие детали буквально разваливались в руках, поэтому обмерить и зарисовать их было возможно только один раз. Весной 2015-го года отреставрированный сруб был собран на новом фундаменте. Несмотря на катастрофическое состояние конструкций, удалось сохранить 31% старых подлинных бревен. Часть деталей окон, обшивки и декора были установлены на свои места. Остальные конструкции были восстановлены с высокой степенью достоверности. Реставрационные работы завершены в 2018 году. Небольшая часовенка представляет собой восьмерик с главкой на шатровой крыше, с примыкающим пониженным притвором, декор выполнен в русском стиле.