Время от времени натыкаюсь на ролики и посты, где некоторые блогеры, гуру психологи или даже тату-мастера заявляют, что татуировка — это форма самоповреждения (селфхарма). Каждый раз, когда я это слышу, у меня знатно подгорает.
Почему именно к тату такое пристальное внимание? В конце концов, есть много вещей, которые мы делаем осознанно и которые могут быть болезненными: та же эпиляция или косметологические процедуры. Почему их не называют селфхармом, а тату называют?
Татуировкам как явлению — более 5000 лет.
За это время они были и оберегами, и знаками принадлежности, и даже частью лечебных ритуалов.
Сегодня татуировка превратилась некоторую форму авто-биографии. Мы оставляем на коже то, что для нас важно: эмоции, ценности, увлечения или просто то, что считаем красивым.
Да, тату иногда могут быть способом прожить сложные эмоции, но сводить их смысл только к этому — значит сильно упрощать.
Мы наносим тату и из других состояний: из радости, чувства благодарности, тёплой ностальгии или большой любви. Это может быть жест самовыражения, памятный след важного момента или шаг к принятию собственного тела.
Я как тату-мастер вижу, что большинство моих клиентов приходят не от плохого, а к хорошему. Тату для них — не способ убежать от боли, а способ запечатлеть на коже то, что для них дорого, значимо или прекрасно.
Тату — это многогранное явление. Это и искусство, и форма самовыражения, и личная история. Сводить его только к инструменту работы с болью — несправедливо и слишком узко.
Ведь чаще всего это шаг не от чего-то, а к чему-то: к себе, к красоте, к памяти, к жизни наполненной смыслом.