Помню, как лет десять назад мы сидели с подругой на кухне. У нее только что родился первый, и она взахлеб рассказывала про ползунки, прикорм и бессонные ночи. Я слушала, кивала, а внутри будто кошки скребли. Не потому что я не рада за нее. А потому что мне самой было тридцать, мужа нет, и про детей даже думать страшно. И каждый ее рассказ отзывался во мне глухой тоской и... раздражением. На что? На нее? На себя?
Когда чужое счастье колет
Знаете, у этого раздражения лицо не черствое, а очень ранимое. Ко мне на прием пришла как-то женщина, успешный дизайнер, сорок лет. Она сказала: «Я ненавижу, когда коллеги в понедельник начинают обсуждать, как их дети покакали. Меня это бесит до скрежета зубов. Я что, монстр?»
И мы стали разбираться. И оказалось, что за этим «бесит» стояла огромная, никем не замеченная боль. Она очень хотела детей, но не сложилось. Отношения закончились, потом возраст... А мир вокруг будто состоял из сплошных напоминаний. И ее раздражение было просто щитом. Знаете, таким колючим, чтобы никто не подходил и не бередил рану.
Нас просто не видят?
А еще часто бывает по-другому. Другая моя знакомая, пусть будет Лена, сознательно не хочет детей. У нее любимая работа, походы, йога и полная свобода. И она рассказывала, как на семейном ужине тетя накрывает стол и начинает: «Ой, Леночка, вот ты у нас такая молодец, а кто ж тебе стакан воды в старости подаст? Кому ты нужна будешь?»
И Лена злится. И я ее понимаю. Потому что это раздражение рождается не из зависти. Оно рождается из обесценивания. Ей будто говорят: «Твой выбор, твоя жизнь, твои ценности — мусор. Настоящая жизнь — только там, где дети». И каждый такой разговор как пощечина: «Ты неполноценна».
Секрет, о котором молчат
Я тут подумала... Мы часто делим женщин на два лагеря: «мамы» и «бездетные». И начинаем войну. Те говорят: «вы эгоистки». Эти отвечают: «вы зациклены». А по сути-то... по сути и тем, и другим просто хочется, чтобы их выбор уважали.
Раздражение — это всегда про защиту. Про то, что задето что-то важное. У одной — глубокая рана от несбывшегося. У другой — усталость доказывать свое право на счастье без штампа «мать».
И знаете, что еще? Я замечала за собой: иногда я тоже начинала рассказывать про детей в компании, где есть те, у кого их нет. И ловила себя на мысли — а зачем? Чтобы похвастаться? Чтобы почувствовать свою «нормальность»? Это ведь тоже про неуверенность.
Что делать с этим чувством?
Если вы бездетны и вас раздражают эти разговоры... Во-первых, разрешите себе это раздражение. Вы не монстр. Вы живой человек. Попробуйте в момент злости спросить себя: «О чем для меня этот разговор? Что во мне он задевает?» Иногда ответ удивляет.
А если вы мама и боитесь задеть подругу... Не надо бояться. Настоящая дружба выдержит. Но можно просто иногда интересоваться ее жизнью с той же страстью, с которой вы рассказываете про оценки в дневнике. Поверьте, ей это нужно не меньше.
Мы все, в общем-то, хотим одного — чтобы нас замечали. Не только как мать Петьки или как «свободную женщину». А просто как человека. Со своей усталостью, радостями и странностями.
Вопросы, которые я бы задала вам, дорогие мои:
- Бывало ли у вас такое, что чужой разрыв шаблона (ребенок или его отсутствие) вызывал у вас сильную эмоцию — злость, зависть, раздражение?
- Как вы думаете, чего на самом деле больше в наших разговорах про детей — заботы или желания подтвердить свой статус?
- Что для вас было самым трудным в общении с подругой на другом «берегу» — когда ваши жизненные сценарии разошлись?