Ох-ох-ох... Как все грустно. Сапожник, который привык чинить бедняцкую обувь, разводит руками. Почти босоногая (в каких-то легких шлепанцах) девочка обреченно сцепила руки – красные от холода или от тяжелой работы. Все, последняя надежда гибнет на наших глазах. Жалко, жалко, только чем тут поможешь?
Ох-ох-ох... Как все грустно. Сапожник, который привык чинить бедняцкую обувь, разводит руками. Почти босоногая (в каких-то легких шлепанцах) девочка обреченно сцепила руки – красные от холода или от тяжелой работы. Все, последняя надежда гибнет на наших глазах. Жалко, жалко, только чем тут поможешь?
