Иногда мне кажется, что мои комментарии — это отдельный сериал. Причём многосерийный. Только что обсуждали персики, потом пирожные, потом внезапно алкоголизм в СССР, и вот — бац — мне предлагают срочно заняться наркоманами в Америке. Потому что если уж говорить о проблемах, то давайте «по-честному», давайте «и про них тоже».
И знаете что? А давайте.
Мы действительно ездим сейчас по разным штатам в США, и невозможно не видеть того, что многие предпочитают обсуждать только в формате сенсационных роликов: палатки под мостами, люди с потухшим взглядом, целые кварталы, где жизнь как будто зависла на паузе. И каждый раз, когда на горизонте появляется очередная «улица зомби», я чувствую странный коктейль эмоций — от тревоги до растерянности.
Серёга, Ротный — спасибо, что не даёте расслабиться. Сначала персики, потом пироженки, теперь, по вашей логике, надо срочно «понять торчков по США», а то вдруг я не туда смотрю. Ну что ж, давайте резко переведём стрелки. Это вообще наша национальная гимнастика — в любой непонятной ситуации сказать: «А вот у них хуже». Хорошо. Сегодня — «у них».
В каком бы городе ни остановились, мы натыкаемся на ту самую улицу. Палатки, тележки из супермаркета, люди с пустым стеклянным взглядом. Где-то это несколько кварталов, где-то — целые районы. Самый известный пример — район Kensington в Филадельфии. Фото, что я прикрепила к статье очень нелицеприятны. Видео оттуда разлетелись по интернету как хроника апокалипсиса: люди стоят, согнувшись пополам, зависают в странных позах, будто их поставили на паузу. Их называют «зомби». И когда видишь это вживую, первая эмоция — действительно про зомби.
Я честно скажу: меня пробирает. Каждый раз. Когда на горизонте появляется человек с дёргаными движениями, с лицом, которое как будто не здесь, я автоматически напрягаюсь. В голове включается древний режим выживания: а вдруг набросится? А вдруг с ножом? А вдруг просто сорвётся? И, наверное, это нормальная реакция, потому что эти люди часто непредсказуемы. Они не всегда агрессивны — чаще наоборот, замкнуты в своём химическом тумане, — но их состояние нестабильно, и это чувствуется кожей.
Кто они? Кто все эти люди?
Это бывшие строители, медсёстры, военные, подростки из неблагополучных семей, люди с травмами, с депрессией, с хронической болью. Огромная часть проблемы — опиоидный кризис. Рецептурные обезболивающие, которые когда-то массово выписывали «по показаниям», а потом люди пересели на более дешёвый и смертельно опасный уличный наркотик. Система дала сбой — и вот результат.
За счёт чего они живут?
Социальные пособия, благотворительные фонды, церковные программы, бесплатные столовые, иногда — мелкие кражи, попрошайничество, случайные подработки. В это сложно поверить, но практически во всех городках США работают мобильные пункты помощи: им раздают:
еду, воду, шприцы (да, чтобы хотя бы снизить риск инфекций), предлагают лечение. Но лечение — это не волшебная кнопка. Зависимость — это не «взял и бросил». Это болезнь, которая цепляется за человека мёртвой хваткой.
Почему их так много?
Наверняка это доступность дешёвых синтетических веществ, про психические расстройства, про отсутствие доступной медицины для части населения, про дорогую аренду жилья, из-за которой люди оказываются на улице. Это про разрыв между благополучными кварталами и палаточным лагерем через три светофора.
И вот что парадоксально: Америка умеет строить небоскрёбы, запускать ракеты, печатать идеальный маркетинг ко Дню святого Валентина, но решить проблему уличной зависимости полностью — не может. Каждый штат тут решает проблему бомжей-наркоманов по-своему. Где-то жёстче, где-то мягче, где-то делают ставку на реабилитацию, где-то — на вытеснение проблемы подальше от туристических маршрутов.
Вы спрашиваете: «А они что глушат?» Они глушат всё то же, что люди глушат в любой стране — боль. Просто инструменты разные. Где-то это самогон на кухне, уж простите, где-то — синтетический порошок в подворотне. Не надо строить иллюзию, что алкоголики «живут только на территории России», а в США — исключительно наркоманы. Зависимость не имеет паспорта. Она просто принимает форму, которая доступнее в конкретной стране.
Мне страшно и странно. Страшно — потому что это рядом. Странно — потому что страна с таким уровнем возможностей не может окончательно справиться с этой бедой. И да, можно снова сказать: «Вот, смотрите, у них тоже плохо». Можно. Только легче от этого никому не станет — ни в России, ни в Америке. Может кому-то из вас полегчало? Поделитесь в комментариях.
Почему нас так тянет обязательно доказать, что где-то хуже? Может, потому что тогда своё становится терпимее? Напишите честно: когда вы видите такие кадры из американских городов — что вы чувствуете? Злорадство? Страх? Равнодушие? Или всё-таки понимание, что проблема зависимости — это не география, а человеческая слабость, с которой ни одна страна пока не научилась справляться идеально?
Уважаемые читатели, если хотите, можете поддержать наши смелые путешествия финансово:
На карту Тиньков: 5536913806002248
Это ваше решение, ваш выбор. Всем здоровья! Советую так же посмотреть видео на Ютуб-канале из предыдущих наших путешествий, и обязательно подписывайтесь, там ждут вас все видео, с самого первого дня нашей интересной жизни в путешествии.