✍️Продолжение дела Скарлетт, начало можно посмотреть тут.
Сегодня состоялся очередной эпизод, достойный пера Островского, но происходящий в реалиях российского судопроизводства.
Напомню, что родственники почившего отца ребёнка горят желанием продолжить общаться с ним. Нет, не так. Они горят желанием выиграть суд об общении с ребёнком. 🤦 А то как это — мы у них суды выигрываем, им тоже надо.
И вот я сижу на заседании и, честно, даже не удивляюсь.
Если бы мой профессиональный цинизм не закалился за годы практики, я бы сейчас сокрушалась: «Люди, зачем вам суд, если вы и так с ребёнком общаетесь? У вас есть доступ, вы на него давите, он вас боится — чего ещё желать для полного счастья?» Но нет. Им нужна победа. Им нужен титул. Им нужно, чтобы судья торжественно провозгласила: «Вы имеете право! Вот вам график! Разъясняю: обязанность Скарлетт не препятствовать общению».
И понеслась душа в рай.
Сегодня выслушали эмоционально-патетическую речь в стиле «какая же Воскобойникова меркантильная сука, на детях деньги зарабатывает». 🫣
Знаете, когда-то я бы расстроилась. Услышав «вы играете чувствами ребёнка, вам на него плевать», я бы, возможно, ушла в рефлексию. Но сейчас я лишь улыбаюсь про себя 🙂 Потому что когда у оппонента нет аргументов, в ход идут эмоции.
И расчёт простой: судья же женщина — услышит, проникнется. Но судья у нас, кстати, молодец 👏 Она не ищет правых и виноватых, она методично повторяет: «Миритесь, или я вам устрою».
🤞И вот тут самое главное. Почему мне на самом деле не плевать. Потому что я, в отличие от орущих тёток, разговаривала с ребёнком. Да-да, я всегда говорю с детьми в таких делах. Не чтобы использовать их показания как дубину, а чтобы услышать: чего он хочет, чего боится, что для него важно.
И я знаю: он любит свою маму. 🫶 Он нуждается в её защите, но не понимает, как защитить её от нападок родственников. А Скарлетт тоже не всегда осознаёт, что её ребёнок — не её адвокат и не телохранитель. Ему от неё нужна только любовь и поддержка, а не «держись, сынок, мы им покажем».
Ребёнок видит в родственниках отца отражение папы, которого потерял. И вроде как «надо» с ними общаться — так принято, так требуют. Но встречаться он хочет… по своей потребности. 🤷Когда сам захочет, а не по графику, утверждённому судом.
И вот нам сегодня снова предложили мировое соглашение. 🤝 Мы снова согласились, даже озвучили желание ребёнка — как он хочет общаться. По мнению истцов, это желание не его, а надиктовано под давлением. И ребёнок якобы не может так общаться, узнав, что отец погиб. Он, дескать, непременно должен общаться с родственниками так, как они себе представляют. Да, они продолжают общаться, но так, как общаются сейчас, — не хотят 🤦♀️
Но внутри я понимаю: мировое — это всего лишь бумажка. Подписанная, утверждённая судом, но всё равно бумажка. Потому что любить не понудишь. А ребёнок — существо, нуждающееся в особой защите, а не в судебных тяжбах.
P.S. Ах да, деталь, чтобы вы прониклись атмосферой 🤭😂 Сегодня я застряла на машине перед судом. Первые попытки выбраться не увенчались успехом, и, бросив моего Федю, я бежала в суд буквально «волосы назад». Вернувшись через час, увидела картину: мужчины всех возрастов и званий с лопатами копают, долбят замёрзший снег, толкают-толкают — да не вытолкают. Пока не появилось нестандартное решение: «Чего вы паритесь? Поднимем и откатим!» Так и сделали 💪
Продолжение, как всегда, следует…
А пока я слушаю эмоции, читаю между строк и помню, что за каждым делом стоят живые люди. Особенно маленькие ❤️
#ПорядокОбщения #Скарлетт